Диссертация

Диссертация Формирование и использование человеческого капитала на региональном уровне

Работа добавлена на сайт bumli.ru: 2015-10-29



Федеральное агентство по образованию
Дальневосточный государственный университет путей сообщения
На правах рукописи

УДК 332
КУЗЬМИНА Наталья Геннадьевна
ФОРМИРОВАНИЕ И ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА НА РЕГИОНАЛЬНОМ УРОВНЕ (НА ПРИМЕРЕ ЕВРЕЙСКОЙ АВТОНОМНОЙ ОБЛАСТИ)
Специальность 08.00.05 – «Экономика и управление народным хозяйством (экономика труда)»
Диссертация на соискание учёной степени

кандидата экономических наук
Научный руководитель

доктор философских наук,

профессор Шкуркин А.М.
Хабаровск 2007
СОДЕРЖАНИЕ



Введение  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

3
Глава 1. Человеческий капитал: понятие, сущность, структура. . . . . .   

12

1.1. Теория человеческого капитала: ретроспектива и современная экономическая наука . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .



1.2. Структура и динамика инвестиций в человеческий капитала . .

26

1.3. Человеческий капитал в структуре социально-экономического потенциала региона . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

49
Глава 2. Тенденции и состояние человеческого каптала на уровне региона (на примере Еврейской автономной области) . . . . . . . . . . . . .

61

2.1. Методические подходы к оценке состояния человеческого капитала региона . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

61

2.2. Системные диспропорции региональной структуры и их влияние на формирование и использование человеческого капитала региона . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

74

2.3. Методические проблемы воспроизводства человеческого капитала на региональном уровне  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

118

Глава 3. Методы эффективного формирования и использования человеческого капитала на уровне региона (на примере Еврейской автономной области)  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

127

3.1. Оценка масштабов инвестиций в человеческий капитал за период с 1995 по 2005 гг. (на примере ЕАО) . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

127

3.2. Обоснование необходимости разработки направлений региональной программы экономического и социального развития в области формирования человеческого капитала  . . . . . . . . . . . . . . . . . .

140

3.3. Концепция программы развития человеческого капитала Еврейской автономной области  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

155
Заключение  . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

162

Библиографический список использованной литературы . . . . . . . .


168

Приложения . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


180




ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. В современном обществе экономической парадигмой выступает способность хозяйства к эффективным качественным и структурным сдвигам, которая прямо и непосредственно заложена в человеческом капитале а, следовательно, и в тех видах экономической и социальной деятельности, которые обеспечивают его воспроизводство.

В последние десятилетия стало общим мнение о том, что эффективность развития экономики современных государств и отдельных регионов в огромной степени зависит от средств, вкладываемых в «человеческий фактор», без этого невозможно обеспечить поступательное развитие общества. Многие экономисты приходят к выводу о том, что благосостояние нации, государства зависит от образованности и грамотности населения, а также состояния их здоровья. По мнению многих специалистов, образовательный уровень и квалификация людей относятся к социально-экономическим характеристикам, которые в наибольшей мере будут определять перспективные позиции регионов.

Исследуемая проблема особенно актуальна для российской экономики, так как человеческий потенциал России и ее отдельных регионов является наиболее ценным производительным ресурсом. Эффективность развития экономики государства в целом и его отдельных регионов в огромной степени зависит от средств, вкладываемых в «человеческий фактор». Без этого невозможно обеспечить поступательное развитие общества. Поэтому актуальность диссертационного исследования определяется важностью изучения проблем формирования необходимого человеческого потенциала, соответствующего требованиям создаваемой хозяйственной системы и разработки и реализации мероприятий по управлению качественными, количественными и пространственными характеристиками трудовых ресурсов.

По общему признанию теоретиков и практиков в настоящее время наибольшую опасность для России и ее регионов представляют угрозы, связанные с человеческим капиталом:

-       «утечка умов»;

-       разрушение института воспроизводства квалифицированных кадров;

-       люмпенизация населения городов и поселков.

Одним из важнейших условий реализации любой стратегии, намеченной в «Программе социально-экономического развития РФ на среднесрочную перспективу» является формирование необходимого человеческого потенциала, соответствующего требованиям создаваемой хозяйственной системы, осуществление мероприятий по управлению количественными, качественными и пространственными характеристиками трудовых ресурсов.

Степень разработанности проблемы. Одним из перспективных направлений развития западной экономической науки второй половины XX столетия и начала XXI в. является концепция человеческого капитала. Теория человеческого капитала как самостоятельный раздел экономического анализа оформилась только на рубеже 50-60 годов XX века. Западные экономисты предложили единую аналитическую рамку для объяснения таких разнопорядковых явлений как вклад образования в экономический рост, спрос на образовательные и медицинские услуги, возрастная динамика заработков и многое другое. Под человеческим капиталом понимается воплощенный в человеке запас способностей, знаний, навыков и мотиваций. Его формирование подобно накоплению физического или финансового капитала, требует отвлечения средств от текущего потребления ради получения дополнительных доходов в будущем.

Общие в методологическом и теоретическом отношении аспекты теории человеческого капитала разработаны в трудах таких ученых, как: Г. Беккер, И. Бен-Порэт, М. Блауг, Э. Лэзер, Р. Лэйард, Дж. Минцер; анализ моделей производства человеческого капитала, общая модель анализа выгод и издержек при инвестициях в человеческий капитал, а также комплексная оценка человеческого капитала содержится в трудах А.И. Добрынина, Р.И. Капелюшникова, А.В. Корицкого, С.А. Курганского, В.И. Марцинкевича
и др.


Одним из первых размеры человеческого капитала в США рассчитал в начале 60-х годов XX века Т. Шульц. Подобные расчеты, но по иной методике и с других позиций, произвел известный российский специалист по экономическим проблемам образования В.И. Марцинкевич.

Объектом внимания западных и отечественных экономистов чаще всего выступают структура человеческого капитала, формы инвестиций в человеческий капитал, количественная оценка человеческого капитала. Однако необходимо отметить, что в отечественной экономической литературе проблема человеческого капитала долгое время не привлекала серьезного внимания экономистов, а тем более его формирования и использования в условиях современной экономики. Лишь в 70-80-е годы XX столетия начали появляться отельные публикации, касающиеся рассмотрения тех или иных аспектов западной теории человеческого капитала. Это работы таких экономистов, как: В.И. Басов, B.C. Гойло, А.В. Дайновский, Р.И. Капелюшников, В.П. Корчагин, В.В. Ключков, В.И. Марцинкевич. Значительный вклад в анализ человеческого капитала, его состояния и проблем его развития внесла Н. М. Римашевская. 

Следует отметить и то, что в экономической литературе российских авторов еще нет целостных теоретических работ, посвященных комплексному исследованию проблемы человеческого капитала, методологии анализа и процесса его воспроизводства в условиях институциональной трансформации российской экономики.

Современная ситуация на российском рынке рабочей силы не является практическим подтверждением классической концепции человеческого капитала (наблюдается весьма слабая зависимость, а в некоторых случаях и вовсе отсутствует, между личностными характеристиками работника, его навыками и умениями и теми заработками, которые он получает). Именно поэтому особую значимость в данной проблеме приобретает выявление системных диспропорций региональной структуры, которые способствуют (или не способствуют) формированию и эффективному использованию человеческого капитала. К сожалению, в экономических исследованиях отечественных экономистов по соответствующей тематике крайне редки попытки выведения социально-исторических корней формирования человеческого капитала в России. По мнению автора, исследование институциональных основ концепции человеческого капитала позволит выработать концептуальную основу экономической политики региона, направленной на формирование качественного человеческого капитала.

Изложенные выше аргументы относительно практической и теоретической актуальности исследования формирования и использования человеческого капитала в условиях российской экономики послужили основанием для выбора цели, задач, структуры и содержания настоящего диссертационного исследования.

Цели и задачи диссертационного исследования. Основная цель диссертационного исследования состоитв том, чтобы на основе анализа системных диспропорций региональной структуры обосновать и разработать теоретические положения и практические рекомендации по созданию стратегии регионального развития, направленной на формирование и развитие человеческого капитала региона.

Поставленная цель обусловила необходимость решения следующих задач, отражающих логическую структуру предпринятого исследования:

-       исследовать известные определения понятий, разработанные в рамках теории человеческого капитала, относящиеся к проблемам его формирования и развития на уровне региона, и выяснить необходимость уточнения существующих и формулирования нового определения человеческого капитала региона;

-       определить место и роль человеческого капитала в структуре социально-экономического потенциала региона;


-       сформировать представление о системных диспропорциях региональной структуры ЕАО и отразить их влияние на формирование и развитие человеческого капитала региона; 

-       на основе демографических и социально-экономических показателей оценить состояние человеческого капитала ЕАО за период с 1995 по 2005 годы;

-       обосновать необходимость и предложить логическую последовательность разработки и реализации программы формирования и развития человеческого капитала проблемного региона человеческого капитала (на примере ЕАО).

Объектом исследования выступает человеческий капитал в структуре социально-экономического потенциала региона.

Предметом исследования являются процессы формирования и развития человеческого капитала региона в условиях системной диспропорции региональной структуры (на примере Еврейской автономной области).

Теоретической и методической базой исследования являются труды отечественных и зарубежных специалистов в области регионального развития и проблем формирования и использования человеческого капитала, законодательные акты Российской Федерации и ЕАО, указы Президента РФ, постановления Правительства РФ и губернатора ЕАО, нормативные документы субъектов РФ, посвященные проблемам подготовки высококвалифицированных специалистов.

Информационная база диссертационного исследования включает данные государственной и региональной статистики.

В процессе диссертационного исследования использовались анализ и синтез, сравнение, обобщение, статистический, системный анализ и другие научные методы исследования.

Основными результатами исследований являются:

-       уточнение важнейших элементов понятийного аппарата, используемого в рамках теории человеческого капитала;

-       обоснование необходимости включения человеческого капитала в структуру социально-экономического потенциала региона;

-       определение региональных особенностей структуры человеческого капитала;

-       выявление воздействия системных диспропорций региональной структуры на формирование и развитие человеческого капитала региона;

-       определение качественных и количественных изменений в структуре человеческого капитала ЕАО;

-       выявление особенностей формирования и развития человеческого капитала на региональном уровне.

Достоверность полученных результатов диссертационной работы основывается на изучении социально-экономических процессов, происходящих на Дальнем Востоке РФ и других регионов страны, положений и результатов осуществления экономической и социальной политики на территории России по отношению к формированию человеческого капитала региона.

Научная новизна полученных результатов состоит в следующем:

-       сформулировано определение такого понятия, как «системные диспропорции»;

-       определены системные диспропорции региональной структуры и установлено их влияние на состояние и развитие элементов человеческого капитала;

-       сформулированы основные направления современной концепции социально-экономического развития региона и предложена логическая последовательность разработки и реализации программы формирования и развития человеческого капитала проблемного региона, в которой в отличие от традиционных взята ориентация на повышение качества жизни населения через формирование и эффективное использование человеческого капитала региона;

Теоретическая значимость диссертационного исследования заключается в разработке объективных подходов, теоретических построений и методических рекомендаций по выявлению позитивных и негативных факторов формирования человеческого капитала на уровне региона; по подготовке программы формирования и развития человеческого капитала на уровне региона.

Дальнейшие направления разработки научно-методической базы по управлению процессом формирования и развития человеческого капитала на региональном уровне могут быть связаны с исследованиями многих проблем: выявление региональных особенностей структуры человеческого капитала и их анализ; инвестиции в активы человеческого капитала на микро и макро уровнях; разработка методов и моделей эффективного использования человеческого капитала региона.

Практическая ценность полученных результатов состоит в их использовании для разработки стратегии развития региона, направленной на формирование и эффективное использование человеческого капитала, повышение конкурентоспособности региона. 

Апробация результатов исследования. Основные результаты исследований излагались в докладах и сообщениях межвузовской научной конференции по проблеме «Интеграция науки и образования с целью развития творческого потенциала специалистов» (Биробиджан, 2001), региональной научно-практической конференции «Дальний Восток: ресурсный потенциал на рубеже III тысячелетия» (Владивосток, 2002), «Экономико-правовые проблемы Дальнего Востока и перспективы его развития» (Хабаровск, 2001), 7-й и 8-й открытых конференциях-конкурсах научных работ молодых ученых Хабаровского края (Хабаровск, 2005 – 2006 гг.), областного смотра - конкурса научных работ молодых ученых и аспирантов Еврейской автономной области (Биробиджан, 2007 г.).

Публикации. По результатам выполненных в диссертации исследований опубликовано 8 печатных работ, общим авторским объемом 2,4 п. л.

Структура и объем диссертации. Структура и логика диссертационной работы определены целью и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав и заключения, библиографического списка использованных источников. Основной текст диссертации помещен на 179 страницах и включает 16 таблиц и 15 рисунков. Библиографический список использованных источников содержит 135 наименований на русском и английском языках. В дополнении к основному тексту представлены 7 приложений.

Во введении обоснована актуальность темы диссертационного исследования, определены цели и задачи, указаны степень научной новизны, теоретическая и практическая значимость результатов исследования.

В первой главе «Человеческий капитал: понятие, сущность, структура» представлен обзор теоретических положений человеческого капитала, осуществлена попытка уточнения определений понятия человеческий капитал и формулировка сопутствующих понятий; составления обобщенной структуры инвестиций в человеческий капитал; определения места и роли человеческого капитала в структуре социально-экономического потенциала региона.

Во второй главе автором рассмотрены и обобщены методические подходы оценки человеческого капитала региона, проведен сравнительный анализ существующих методик; сформулировано понятие «системные диспропорции» региональной структуры и определено их влияние на процессы формирования и использования человеческого капитала региона.

В третьей, заключительной главе автор обосновывает необходимость разработки концепции региональной программы экономического и социального развития в области формирования и развития человеческого капитала как условие эффективного функционирования региональной системы.

В заключении проведены обобщения, как поставленных задач исследования, так и полученных результатов по проблемам влияния системных диспропорций региональной структуры на формирование и использование человеческого капитала региона.


ГЛАВА 1. ЧЕЛОВЕЧЕСКИЙ КАПИТАЛ: ПОНЯТИЕ, СУЩНОСТЬ, СТРУКТУРА

1.1.          Теория человеческого капитала: ретроспектива и современная экономическая наука

Рабочая сила является главным движущим фактором процесса производства, а общественное воспроизводство в широком, народнохозяйственном, аспекте есть возобновление производства товаров и воспроизводства самой рабочей силы. Эти моменты неизменно привлекали внимание классиков экономической науки.

Теория человеческого капитала, изучающая процесс качественного совершенствования человеческих ресурсов (уровня образования, физического здоровья, профессиональной подготовки и др.), начиная со второй половины ХХ века, играет активную роль в современном экономическом анализе.

Однако методологические основы анализа и научные знания о произ­водительных способностях человека были заложены еще в трудах классиков политической экономии. Так, одним из первых формулировку человеческого капитала предложил английский экономист У. Пети. Он первым ввел категорию "живые действующие силы", которая обобщала и объединяла в себе разнообразные свойства и способности человека, участвующего в процессе общественного производства. Уильям Петти предпринял попытку оценить денежную стоимость производительных качеств человеческой личности, а также предложил метод подсчета ценности каждого человека и потерь, которые имеет страна от гибели людей во время войны, эпидемий, от ссылки их за границу, на службу другим государствам[1]

Главным богатством страны У. Петти считал искусность и трудолюбие людей. "Представляется разумным, чтобы то, что мы называем богатством, имуществом или запасом страны, и что является результатом прежнего или прошлого труда не считалось бы чем-то отличным от живых действующих сил, оценивалось бы одинаково"[2]. Он также отмечал, что богатство общества зависит от характера занятий людей, различая бесполезные занятия и занятия, которые «повышают квалификации людей и располагают их к занятиям, которые сами по себе имеют огромное значение»[3].

Дальнейшее развитие идеи У. Петти получили в трудах А. Смита. В работе «Исследование о природе и причинах богатства народов» он вводит целый ряд понятий, характеризующих производительные способности человека: «способности свободных рабочих к труду», «физические силы рабочих», «производительные рабочие силы», «производительные силы рабочих». Смит стал первым из экономистов, положившим представление о человеческой природе в основу целостной теоретической системы.

В своей работе А. Смит отмечал, что решающая роль в производстве богатства принадлежит живым производительным силам работника, его навыкам и способностям и что увеличение производительности полезного труда зависит, прежде всего, от повышения ловкости и умения работника, а затем от улучшения машин и инструментов, с помощью которых он работает Следует заметить, А. Смит включал знания, мастерство и опыт людей в основной капитал общества. Он определял этот капитал, как «такой элемент производства, который приносит доход или прибыль, не поступая в обращение и не меняя владельца»[4]. Смит считал, что основной капитал состоит из машин и иных орудий труда, из построек, из земли и «из приобретенных и полезных способностей всех жителей и членов общества».

Выдвигая тезис относительно того, что заработная плата есть денежная цена труда (рыночная цена труда) и определяется «количеством и предлагаемой стоимостью труда», Смит неоднократно отмечал что за большую тяжесть труда и большее искусство работника полагается надбавка к заработной плате и что рыночная конкуренция вынуждает хозяев и работников каким-то образом осуществлять хотя и грубо, но справедливую оценку затрат разного характера. Таким образом, экономист указывал на необходимость дифференциации оплаты труда.

Также А. Смиту принадлежит идея об особом фонде восстановления затраченной работником жизненной энергии, который находится в распоряжении свободного работника и который включает в себя различные издержки - на питание, одежду, жилье, отдых, развлечения, домашнее хозяйство, содержание семьи, воспитание детей, образование[5]. Он считал, что заработная плата не должна опускаться ниже того уровня, при котором «раса рабочих вымерла бы после первого поколения»[6].

Дальнейшая разработка идей А. Смита осуществлена Д. Рикардо, который полностью воспринял идеи своего предшественника по данной проблеме. В ряде работ он вводит понятие «рабочая сила», хотя, важно заметить, значение этого понятия он сводит к самим людям, работающим по найму, а не к созидательным способностям человека.

Таким образом, представителями английской классической политэкономии были заложены основные характеристики человека, которые позволяли определить предмет изучения - деятельность экономического человека:

1.      Определяющая роль собственного интереса в мотивации экономического поведения.

2.      Компетентность экономического субъекта в собственных делах.

3.      Конкретность анализа через учет классовых различий в поведении и других, в том числе неденежных, факторах благосостояния.

Несмотря на значительные «успехи» ранних экономистов в области человеческого капитала стройной, завершенной теории не возникло. Экономистами XVIII и XIX столетий были разработаны отдельные элементы теории человеческого капитала. Но эти элементы были слабо связаны между собой и не представляли сколько-нибудь организованной системы.

Несколько в стороне от западной экономической мысли стоит анализ производительных способностей человека и характера их движения, произведенный К. Марксом.  Им внесен значительный вклад в становление теории человеческого капитала. В центр исследования капиталистических производственных отношений Маркс поставил анализ человека как рабочей силы.

Однако важно отметить, что категория «рабочая сила», раскрывающая производительные способности человека возникла в трудах К. Маркса не сразу. В работах, относящихся к 40-м годам XIX века, он еще оперировал категорией заработной платы как цены труда («Манифест коммунистической партии», «Нищета философии», «Наемный труд и капитал»).

В отличие от английской политэкономии взгляды Маркса на природу производительных способностей человека обусловлены конкретно исторической ситуацией и классовым подходом к анализу. В частности К. Маркс приходит к выводу, что рабочий продает не труд, а свою рабочую силу, обосновывая тем самым свою теорию прибавочной стоимости и объясняя, как капиталист, покупая рабочую силу согласно законам рынка по ее стоимости, получает большую стоимость, чем он авансировал на приобретение специфического товара — рабочая сила. Для этого в обмене между трудом и капиталом К. Маркс выделяет два акта и две, соответствующие им социально-экономические формы способностей человека к труду.

В первом случае (акте купли-продажи) - рабочий обменивает свой товар - рабочую силу (потребительную стоимость) на определенную сумму денежной стоимости. Здесь рабочая сила, как способность человека к труду, выступает как предпосылка процесса производства, принимает форму товара и отчуждается путем купли-продажи.

Во втором акте - акте потребления рабочей силы - капиталист присваивает сам труд как деятельность, создающую прибавочную стоимость, а отчужденная способность к труду принимает форму переменного капитала и принадлежит капиталисту как неотъемлемая часть совокупного капитала. Поясняя подобный метаморфизм, К. Маркс писал: «Мы должны проводить следующие различия: рабочая сила в руках рабочего является товаром, а не капиталом. В качестве капитала она функционирует после продажи в руках капиталиста, во время самого процесса производства»[7].

Как и классики английской политэкономии, Маркс сводит стоимость рабочей силы к стоимости жизненных средств, необходимых для жизни рабочего, для воспроизводства его рабочей силы. По мнению Маркса, эти средства должны обеспечить нормальную жизнедеятельность рабочего, удовлетворение его так называемых необходимых потребностей, определяемых рядом физиологических, историче­ских и моральных факторов.

Карл Маркс, опираясь на теорию трудовой стоимости, открыл двойственный характер труда, создающего товар как единство двух противоположных свойств. Он «размежевал» понятия «труд» и «рабочая сила» и показал, что товаром является не труд, а рабочая сила, которая имеет особую стоимость.

Маркс определенно разграничивал, с одной стороны, реализацию способностей человека к труду как предпосылки любого процесса производства, а с другой – их реализацию в условиях капиталистического производства, когда индивидуальная способность к труду отчуждается путем купли – продажи от работника, приобретает форму переменного капитала и как таковая принадлежит предпринимателю.

Сразу позволим себе возразить предложенному «разграничению»: ведь если человек обладает способностью работы на ПК, то разве эта способность «отчуждается» от него после того, как осуществлен акт купли – продажи?

Таким образом, рабочая сила по Марксу - это совокупность физических и духовных способностей человека, реализуемых в процессе производства.

Анализируя экономические воззрения ученых XIII – XIX веков можно выделить два основных подхода к проблеме определения содержания человеческого капитала:

1)     рассмотрение его как одного из факторов труда;

2)     отождествление с живой человеческой личностью.

В соответствии с первым подходом, в состав общественного богатства включались приобретенные способности, знания, навыки, квалификация работников как производительных факторов труда. «Само человеческое существо...- отмечает Дж. Милль, - не является капиталом. Человек служит целью, ради которой существует богатство. Но его приобретенные способности, выступающие только как средство и реализующиеся только посредством труда, с полным основанием можно отнести к категории капитала»[8].

Ученый-экономист Г. Сиджвик считал, что капитал состоит только из тех благ, которые произведены человеческим трудом, это понятие включает свойство, которое обнаруживает любое богатство вплоть до момента его потребления.

Второй подход, отождествляющий человеческий капитал с живой человеческой личностью, предполагает расширенную трактовку самого человека с его приобретенными знаниями и навыками в качестве капитала. «Все факторы, в том числе труд, находятся в руках частных собственников, которые продают их предпринимателям на рынках факторов производства», - таким образом, была выражена позиция Л. Вальраса[9].

Такой же точки зрения придерживался И. Фишер, который отмечал, что «многие услуги, связанные с процессом производства, лишь подготавливают другие услуги. Но, в конечном счете, все они находят завершение в психологическом доходе индивидуума»[10].

Вслед за Вальрасом Фишер определял капитал как любой запас (природные ресурсы, машины, сырье, трудовые навыки людей), который через какое-то время и в определенных условиях приносит поток услуг. Их превышение над затратами образует доход, реализуемый в виде процента. Заработная плата в таком контексте - по сути, процент на человеческий капитал, который может накапливаться точно так же, как капитал физический. 

Таким образом, можно заметить, что оба подхода взаимно дополняют друг друга, причем, второй подход рассматривает человека намного шире.

Заметное влияние на судьбу и важность теории человеческого капитала в начале XX века оказал А. Маршалл, один из самых влиятельных лидеров неоклассического направления того времени.

В своей работе «Принципы экономической науки» он отмечает, что «развитие рода человеческого - увеличение его численности, укрепление его здоровья и силы, умножение его знаний и способностей, обогащение свойств его характера» должны составлять цель всех экономических исследований[11].

Именно А.Маршалл сконцентрировал внимание на проблеме рынка образовательных услуг в связи с инвестированием в человеческий капитал. Ему принадлежит утверждение, что «самый ценный капитал - это тот, который вложен в человеческие существа»[12]. Однако от самой идеи «человеческого капитала» он отказался, назвав ее «нереалистичной», тем более что данный подход резко контрастировал с реальным положением рабочего класса того времени.

В экономической теории существует большое количество идей, отождествляющих человека и его качества с капиталом.

Так, например, Дж. Р. Маккуллох ясно определил человеческие существа как капитал: «Вместо того чтобы понимать капитал как часть продукции промышленности, несвойственной человеку, который мог бы быть сделан применимым для его поддержки и способствовать производству, кажется, не существует каких-либо обоснованных причин, по которым сам человек не мог бы им считаться, и очень много причин, по которым он может быть рассмотрен как формируемая часть национального богатства»[13].

Кроме того, он отмечает существование тесной аналогии между общепринятым и человеческим капиталом, считая, что инвестиции в человеческие существа должны иметь темп оборота, согласующийся с темпом оборота других инвестиций, плюс нормальный темп оборота, определенный рыночной процентной ставкой в течение возможной жизни индивидуума.

Нассау Сениор также как и его коллега предполагал, что человеческие существа могут успешно трактоваться как капитал. В большинстве своих рассуждений на эту тему он брал в этом качестве мастерство и приобретенные способности, но не самого человека. При случае, тем не менее, он трактовал сами человеческие существа как капитал с затратами на содержание, вкладываемыми в человека с ожиданием получения выгоды в будущем.

Интересным является замечание Генри Д. Маклеода. Он рассматривал производящего человека как фиксированный капитал. С его точки зрения, если этот человек не является продуктивным, то не подвержен экономическому анализу. Это мнение резко противоречит мнению Леона Вальраса, который включал все человеческие существа в капитал. А ценность, или цена, этих человеческих существ, говорил Вальрас, определяется подобно другим капитальным товарам.

Иоганн Г. фон Тюнен также отмечал нежелание отдельных экономистов оценивать человеческие существа в деньгах. Но из этого нежелания, говорил он, «проистекает недостаток ясности и путаность понятий в одной из наиболее важных областей политической экономии». «Более того, может оказаться, что свобода и достоинство людей могли бы быть успешно обеспечены, если бы они были субъектами законов о капитале»[14].

Методологической основой признания решающей роли человеческого потенциала является теория человеческого капитала, которая получила широкое распространение в США, а затем и во всем мире с начала 60-х годов ХХ в. Поистине взрывное повышение интереса к теме человеческого капитала было обусловлено признанием высокой его отдачи, о чем свидетельствовали впечатляющие успехи советской науки и техники в послевоенные десятилетия, эффективная реализация в Западной Европе «плана Маршалла», динамичный прогресс новых индустриальных стран и, наконец, развитие самих США. Так, в США на протяжении послевоенного периода нормы отдачи высшего образования располагались в интервале 8-12%, тогда как средняя норма прибыли реального капитала составляла около 4%. Есть прямая зависимость между размерами ВВП и коэффициентом образования населения. Американцы подсчитали, что увеличение сроков обучения хотя бы на один год дает прирост ВВП на 3%. Стало очевидно: зависимость экономического роста от состояния образования (различных его видов и уровней) носит не конъюнктурный, а устойчивый характер. Всего за несколько лет концепция человеческого капитала окрепла и получила всеобщее признание, появилось большое количество публикаций, в которых анализировались различные ее аспекты. 

В качестве практической предпосылки теории человеческого капитала можно отметить НТП 50 – 60-х. годов ХХ века. Это, прежде всего, связано с тем, что изменения второй половины ХХ века обусловили изменения в социальной и экономической жизни – человек с его интеллектуальными способностями становится определяющим фактором экономического роста. «Понимание роли и места человека в современном экономическом развитии опирается на огромные сдвиги в характере источников и механизмов самодвижения экономики и общества»[15]. Основные тенденции развития мировой экономики свидетельствуют о превращении природных и приобретенных самими людьми способностей и качеств в «основной критерий экономической жизнеспособности и социального прогресса».

В структуре экономики произошли глубокие перемены соотношений между важнейшими сферами занятости. В первую очередь выросла «доля невещного и в особенности духовного производства с обслуживающими его материальными отраслями»[16]. В качестве крупных сформировавшихся отраслей народного хозяйства развиваются такие сферы, как: образование, наука, здравоохранение.

Интересным является замечание В.И. Марцинкевича и И.В. Соболевой: «в течение многих десятилетий многие важные производственные свойства человека (общее развитие, личные качества) как бы не улавливались экономической системой»[17]. Здесь же авторы указывают (достаточно едко относительно вышесказанного): «большая часть потерь от неразвитости работников носит скрытый, «потенциальный» характер. Она не улавливается обычными объемными показателями результатов производства и не воспринимается как факт экономического ущерба»[18].

В наиболее обобщенном виде человеческий капитал представляет собой совокупность знаний, умений, навыков, здоровья и т.д., которые позволяют человеку посредством инвестиций получать более высокие доходы в будущем.

Теория человеческого капитала рассматривает образование и квалификацию как основу экономического роста и признает за их обладателями право на получение адекватных доходов.

Концепция «человеческого капитала» занимается сравнительно широким изучением технико-экономической стороны главной производительной силы общества и выдвинула наибольшее число вариантов анализа человеческих способностей к труду и их развития. Она исследует внутреннюю структуру живых производительных сил человека; конкретные процессы их производства и воспроизводства, границы и всю систему этой специфической сферы экономики, прозорливо названной классиками марксизма «экономикой второго вида». Западные экономисты относят доктрину «человеческого капитала» к неоклассическому направлению[19].

Современная теория человеческого капитала в том виде, в котором мы привыкли ее воспринимать (концентрация внимания на роли образования и обучения как важных определяющих факторах благосостояния и дохода человека), как отмечалось выше, была сформирована в начале 60-х годов прошлого столетия. У ее истоков стояли известные американские экономисты – Т. Шульц (ему отводится роль «первооткрывателя» данной концепции), создавший «всеобъемлющую концепцию человеческого капитала», в основе которой лежали «постоянные усовершенствования умений рабочего, основанные на образовании, обучении и грамотности» и Гарри Беккер, разработавший основной категориальный аппарат теории, ставший классиком и наиболее цитируемым специалистом в этой области. Несколько позднее значительный вклад в дальнейшее развитие теории человеческого капитала внесли такие экономисты, как: У. Боуэн, Б. Вейсброд, Дж. Минцер, Л. Туроу, М. Фишер, а в дальнейшем – Й. Бен-Порэт,  М. Блауг, С. Боулс, Э. Денисон, Дж. Кендрик, Р. Лэйард и др.

Так, например, Шульц выделял такие источники прогресса, как: улучшение здоровья, увеличение продолжительности жизни, сокращение детской смертности, увеличение средств, предназначенных на воспитание детей, а также способность образованной части населения делать более квалифицированные и эффективные экономические расчеты.

В современной литературе, как по экономической теории, так и по экономике труда можно встретить большое количество определений «человеческого капитала». Во-первых, это следует объяснить «неувядающим» (даже возрастающим) интересом к данной экономической категории, как со стороны западных, так и отечественных экономистов; во-вторых, желанием каждого ученого – экономиста, социолога внести свою «лепту» в продолжение и развитие достаточно модной теории. Таким образом, в основе той или иной конкретной дефиниции лежат определенные принципы исследования и своеобразие авторской трактовки.

Человеческий капитал как экономическая категория может быт раскрыт в полной мере при соблюдении ряда необходимых условий. Среди них на первое место следовало бы поставить научную методологию анализа этого сложного явления. 

В таком случае, как отмечает Щетинин, возможно преодолеть поверхностную характеристику понятия «человеческого капитала» и «подняться до осознания того, что в нем нашли зеркальное отражение глубинные изменения в производственных отношениях, которые произошли в ХХ столетии в развитых странах мира»[20].

Западные экономисты рассматривают понятие «человеческий капитал» с позиции механического соединения разнородных категорий «рабочая сила» и «капитал».

По мнению Т. Шульца «человеческий капитал состоит из приобретенных знаний, навыков, мотиваций и энергии, которыми наделены человеческие существа и которые могут быть использованы в течение определенного периода времени в целях производства товаров и услуг»[21].

Г. Беккер считает, что «человеческий капитал формируется за счет инвестиций в человека, среди которых можно назвать обучение, подготовку на производстве, расходы на здравоохранение, миграцию и поиски информации о ценах и доходах»[22].  

Наиболее удачным, по нашему мнению, следует признать определение «человеческого капитала», предложенное С.Дятловым. Он рассматривает его с позиции функционального анализа экономических явлений: - «сформированный в результате инвестиций и накопленный человеком определенный запас здоровья, знаний, навыков, способностей, мотиваций, которые целесообразно используются в той или иной сфере общественного воспроизводства, содействуют росту производительности труда и эффективности производства и тем  самым влияют на рост заработков (доходов) данного человека»[23].

Целесообразным будет отметить и то, что категория «человеческий капитал» в современных условиях должна рассматриваться не столько как экономическая категория, сколько – как «социально-экономическая», комбинированная, синтезированная категория.

Как любой капитал, человеческий капитал может быть развит и приумножен. При этом с одной стороны, он является основой для развития личности его носителя, с другой стороны, – объектом пристального внимания общества, в котором носитель трудится и развивается. В приумножении человеческого капитала заинтересован, прежде всего, его носитель, которому этот вид капитала способен приносить значительные дивиденды в виде повышения уровня жизни.

Человеческий капитал как «конечная» для нас категория выступает наиболее емким, важным, сложным и интересным. Он представляет собой, по нашему мнению, сформированный в результате инвестиций запас знаний, умений, навыков, физического здоровья, мотиваций, отражающий совокупность физических, интеллектуальных и психологических качеств и способностей человека, позволяющих увеличивать заработки человека. Важность человеческого капитала выражается в его способности приносить доход обладателю.

Сложность категории «человеческий капитал» состоит в невозможности выразить количественно многие ее структурные элементы. Интерес, прежде всего, связан с существующей в настоящее время проблемой его воспроизводства в условиях институциональной трансформации российского общества.

Понятие «человеческий капитал» соответствует современной оценке роли и места человека в экономической системе. Ценность понятия и в целом концепции, по мнению большинства экономистов, выражается в следующем:

-       человек рассматривается в единстве экономического, социального и индивидуального аспектов;

-       в понятии «человеческий капитал» выделяются основные три группы качеств и способностей, характеризующих человека в трудовой деятельности: физические, интеллектуальные и психологические;

-       использование понятия «капитал» для определения роли человека в экономической системе общества указывает на необходимость инвестирования в человека и его способности и возможность получения длительного эффекта от этих вложений;

-       понятие «человеческий капитал» является характеристикой свободного индивида, самостоятельного агента на рынке рабочей силы.

Таким образом, комбинированная социально-экономическая категория «человеческий капитал» сформировалась в результате заметных изменений в самом человеке как главной производительной силе и социально-экономическом субъекте общества. Если в доиндустриальной и индустриальной эпохах лимитирующим фактором выступал физический капитал и преобладал простой физический труд, то в постиндустриальный период господствующим является умственный труд высокообразованных людей, а лимитирующим фактором производства выступают знания и информация.

Подводя итог вышесказанному, можно сделать следующие выводы:

1.      В современном обществе одним из факторов, определяющих интенсивность и качество экономического роста, выступает человеческий капитал.

2.      Человеческий капитал представляет собой сформированный в результате инвестиций запас знаний, профессионального опыта, здоровья, мотивации и др. элементов приносящий человеку доход в результате его эффективного использования.

1.2. Структура и динамика инвестиций в человеческий капитал

Одним из главных условий повышения конкурентоспособности государства и отдельных его регионов в современных условиях является необходимость осуществления эффективных вложений в подготовку квалифицированного персонала.

В самом общем виде все вложения в человека, которые осуществляются с целью повышения квалификации, приобретения новых знаний, умений, навыков, сохранения его здоровья, рассматриваются как инвестиции в человеческий капитал.

Сущностное ядро теории человеческого капитала – инвестиционная трактовка затрат на качественное совершенствование человеческого потенциала страны и отдельных регионов в современной экономической ситуации занимает одно из центральных положений. Особенно актуальной проблема вложений в человеческий капитал становится в отечественных условиях, где в силу несовершенства институтов государственности весьма высока зависимость управленческой практики от субъективных качеств руководителей разных ведомств.

В экономической литературе в качестве затрат, связанных с вложениями в человеческий капитал рассматривают следующее:

-       прямые затраты, или расходы потенциального работника и общества в виде расходов на поддержание здоровья, оплаты обучения и профобучения, приобретения учебников, расходов на поиски работы, смену места жительства;

-       упущенный заработок, являющийся другим источником издержек и появляющийся в связи с тем, что в процессе вложения в человеческий капитал работнику не удается работать вообще или приходится трудиться в режиме неполного рабочего дня вследствие рождения и воспитания детей;

-       моральный ущерб, представляющий собой третий вид издержек, имеющий место из-за того, что получение образования и поиск работы довольно затруднительны, миграция нарушает привычный образ жизни, ведет к расставанию с друзьями, знакомыми.

В современной теории «человеческого капитала» с точки зрения ее инвестиционной направленности можно выделить два составляющих звена (две самостоятельные теории) - теорию "инвестиций в человека" и теорию "производства человеческого капитала".

Так, теория «инвестиций в человека» была первой из представлений западных экономистов о воспроизводстве производительных спо­собностей человека. Ее авторы - Ф. Махлуп (Принстонский университет), Л. Туроу (Массачусетский технологический институт), Б. Вейсброд (Висконсинский университет), Р. Уикстра (Колорадский университет), С. Боулс (Гарвардский университет), М. Блауг (Лондонский университет), Б. Флейшер (университет штата Огайо), Р. Кэмпбэлл и Б. Сиджел (Орегонский университет) и др. Экономисты этого течения исходят из кейнсианского постулата о всемогуществе инвестиций. Предметом исследования рассматриваемой концепции являются как внутренняя структура самого «человеческого капитала», так и специфические процессы его формирования и развития.

Теория «производства человеческого капитала» - «последнее слово» западной экономической мысли обязана своим появлением таким авторам как: Т. Шульц и Й. Бен-Порет (Чикагский университет), Г. Беккер, Д. Минцер (Колумбийский университет), Р. Пэлмэн (Висконсинский университет) и др. Представители данного направления считают, что производство человеческого капитала возможно посредством специфических процессов (функций), а не только инвестиций.

Обе теории имеют много «точек соприкосновения» по исходным социальным, основным теоретическим положениям и выводам. В то же время их отличает различный методологический подход и разное понимание технико-экономического процесса воспроизводства производительных способностей человека. В частности, Бэн-Порет (представитель теории «производства человеческого капитала») относительно различия в методологии подхода к производству созидательных способностей человека отмечает: «К теории инвестиций в человека мы добавили функцию производства человеческого капитала и исследовали некоторые скрытые качества его элементов с целью выявить оптимальные пути накопления человеческого капитала»[24].

Серьезным методологическим прорывом экономической мысли Запада является включение процесса формирования и развития созидательных способностей человека как самостоятельной стадии производства в систему экономического движения способностей человека к труду.

Т. Шульц придерживается мнения относительно того, что наряду с собственниками средств производства появляется и развивается
новая группа собственников – владельцы человеческого капитала: «...неквалифицированные рабочие стали капиталистами в том смысле, что приобрели много знаний и навыков, которые имеют экономическую ценность»[25]. Таким образом, «человеческий капитал состоит из приобретенных знаний, навыков, мотиваций и энергии, которыми наделены человеческие существа и которые могут быть использованы в течение определенного периода времени в целях производства товаров и услуг»[26].


Во многом определившим дальнейшее направление исследований в этой области считается книга Г. Беккера «Человеческий капитал».

Г. Беккер считает, что «главным побудительным фактором стало осознание того, что в большинстве стран рост физического капитала объясняет относительно невысокую часть роста дохода. Поиск удовлетворительных объяснений привел к разработке более совершенных измерителей физического капитала и вызвал интерес к менее осязательным сущностям, таким, как технический прогресс и человеческий капитал»[27].

Он рассматривает понятие «человеческого капитала» в широком смысле: «человеческий капитал формируется за счет инвестиций в человека, среди которых можно назвать обучение, подготовку на производстве, расходы на здравоохранение, миграцию и поиски информации о ценах и доходах»[28]. Позволим себе заметить, что данное определение охватывает шире человеческие способности, но не охватывает почему-то природные источники его происхождения. К сожалению, Г. Беккер ничего не говорит о лимитирующих факторах, которые способны ограничить любые инвестиции. Ведь для того, чтобы вкладывать в получение профессиональных способностей индивидом, он должен быть здоровым, способным к потенциальной трудовой деятельности.

Одно из центральных положений беккерианской теории принадлежит различению между специальными и общими инвестициями в человека.
Г. Беккер различал специальные и общие инвестиции в человека, что явилось огромным теоретическим значением.


Подготовка по месту работы подвергается столь скрупулезному разбору не потому, что она важнее других форм инвестиций в человеческий капитал (хотя ее значение часто недооценивается), а потому, что на ее примере можно ясно показать характер воздействия человеческого капитала на заработки, занятость и другие экономические переменные[29].

Так, по мнению Беккера, специальная подготовка способна наделить работников знаниями и навыками, представляющими интерес только для той фирмы, где они получены. Отсюда финансирование специальной подготовки осуществляется по большей части самими фирмами, так как именно они выступают основными получателями дохода от нее. Понятие специального человеческого капитала позволило объяснить, почему среди работников с продолжительным стажем работы на одном и том же месте текучесть ниже и почему заполнение вакансий в фирмах происходит в основном за счет внутренних продвижений по службе, а не за счет наймов с внешнего рынка.

Важным обстоятельством того, что фирмы идут на повышение образования персонала является прямая экономическая заинтересованность.

Отмечая это обстоятельство, Л. Туроу пишет: «Фирмы считают прибыльным увеличивать человеческий капитал занятого у них персонала, поскольку такое увеличение ведет к росту выработки. Фирмы, стремящиеся к максимуму прибыли, обеспечивают обучение до тех пор, пока предельные доходы от обучения равны предельным издержкам на обучение. Если предельные доходы от обучения превышают предельные издержки, принимаются меры к расширению обучения; если же верно обратное, обучение свертывается»[30].

Беккер так высказывался относительно подготовки по месту работы: «работники повышают производительность, овладевая новыми навыками и совершенствуя уже имеющиеся непосредственно на рабочем месте. Будущую производительность, естественно, можно повысить лишь ценой определенных издержек. Эти издержки состоят из потраченного времени и усилий самого обучающегося работника, преподавательской деятельности и материалов. Данные затраты являются издержками в том смысле, что они могли бы служить для выпуска текущей продукции, вместо того чтобы направляться на увеличение будущего выпуска[31].

Специальные инвестиции в человеческий капитал в современном понимании – это одна из распространенных форм образования – обучение на рабочем месте. Очень часто нанимателю приходится обучать вновь поступивших на службу работников по следующим причинам:

-       отсутствие у работников нужных знаний и навыков, то есть с необходимостью компенсации недостатков базового образования;

-        в условиях явно выраженной специфики технологии возникает необходимость в дополнительном обучении достаточно квалифицированных работников;

-       устаревание знаний, полученных за годы «формального» образования.

В данном случае речь идет об обучении, которое работодатель организует для своих работников. Этот вид обучения (инвестиций) может проводиться как на предприятии (например, для рабочих, осваивающих новое оборудование), так и вне его (например, для менеджеров, изучающих новые методы управления на базе бизнес-школы).

Как мы отмечали выше, специализированное обучение дает такие навыки и знания, которые нужны только в данной фирме. В этом случае предельный продукт труда работника возрастает, если он продолжает по окончании «специальной» учебы трудиться на прежнем предприятии. Например, вновь принятых на работу служащих знакомят со структурой фирмы, способами распределения ответственности между структурными подразделениями и т.д. Для работника данной фирмы - это полезные знания, которые позволят повысить его производительность. В случае перехода на другое предприятие эти знания и навыки теряют свою полезность.

В приведенном примере риск для работодателя, связанный с инвестициями в обучение, практически отсутствует, так как работник не может «продать» полученные новые знания другой фирме. Есть два варианта участия работодателя в обучении наемных работников: в первом случае он может часть расходов на обучение оплатить сам; во втором – он может взять на себя все расходы, связанные с обучением. Однако в этом случае риск повышается, так как работники иногда могут увольняться и по неэкономическим причинам.

Проиллюстрировав первый вариант на рисунке 1, получаем следующее: зарплата работника в нулевом периоде (w0) несколько ниже ее рыночного уровня (wр). Это связано с тем, что работник частично оплачивает свое обучение. В дальнейшем его зарплата возрастает до уровня w1, следовательно инвестиции для работника выгодны. Важно заметить, что в другой фирме специальные знания работника не нужны, а значит, он сможет получать только рыночный уровень зарплаты (wр).


Рисунок 1. Специализированное обучение на рабочем месте

На данном рисунке видно, что доходность инвестиций для работодателя определяется соотношением Y (верхний заштрихованный прямоугольник) и той части Z , которую он оплачивает сам.

Вместе с тем на рисунке видно, что чем продолжительнее ожидаемая трудовая деятельность работника, тем выгоднее инвестиции в специализированное обучение для обеих сторон. Так, работник, оплатив часть расходов на обучение в нулевом периоде (посредством получения зарплаты ниже среднерыночного уровня wр), в последующем в течение всей своей карьеры будет получать зарплату выше wр – это и есть его доход от инвестиций в обучение. Работодатель, осуществив капиталовложения на начальном этапе, будет получать прибыль в размере MRPL1 – w1 до тех пор, пока работник не уволится.

Гарри Беккер достаточно глубоко исследовал такое поня­тие, как «потерянные заработки». Он считает, что это очень важный элемент издержек подавляющей части инвестиций в человеческий капитал, и они должны учитываться наравне с прямыми затратами. Для работников, получающих подготовку на рабочем месте, все издержки выглядят как потерянные заработки. Другими словами, издержки принимают форму более низких заработков, чем те, что можно было бы получить где-то в другом месте. Хотя на самом деле значительную часть могут составлять прямые затраты.

Достаточно интересным, на наш взгляд, является подход западных теоретиков человеческого капитала к подготовке на уровне хозяйствующих субъектов. Так, они выделяют такой способ инвестиций в человека как «улучшение физического и эмоционального состояния человека»[32]. В результате разработки данного подхода эмоциональное состояние все больше начинает рассматриваться как важная детерминанта заработков.  

Общие инвестиции в человеческий капитал позволяют получать знания и навыки, которые могут найти применение на множестве различных фирм. Следовательно, и финансирование их осуществляется самими работниками. Здесь важно подчеркнуть, что в результате обучения продуктивность его труда вырастет, независимо от места работы. Это означает, что для работодателя подобные инвестиции оказываются рискованными, так как работник, окончив обучение, может предложить свои услуги в другой фирме, при условии более выгодных условий. Именно поэтому наниматели предпочитают вообще не осуществлять инвестиции в общее обучение. Они останавливают свой выбор на найме уже обученной рабочей силы.

Однако на практике встречаются ситуации, при которых наем новых работников оказывается дороже переобучения старых. В таком случае работодатель перекладывает расходы на обучение на самих работников. Отразим эту ситуацию на рисунке 2.

   W, MRPL
 


Рисунок 2. Общее обучение на рабочем месте

Предполагается, что обучение проходит в течение одного (нулевого) периода, а затем обученный работник продолжает трудиться в фирме. В нулевом периоде, когда проходит обучение, предельный продукт труда работника равен MRPLp (что означает продуктивность необученного работника). Соответствующая этому уровню продуктивности равновесная рыночная зарплата равна  wр. Однако в процессе обучения работник получает зарплату ниже – на уровне w0.  Разница между wр и  w0 представляет собой издержки обучения. (в нашем случае цена обучения равна Z). Здесь работодатель фактически перекладывает все расходы, связанные с образованием, на работника, так как в другой фирме он мог бы получить среднюю рыночную зарплату. Вместе с тем работник знает, что по окончании учебы ему повысят зарплату до уровня W1, что соответствует возросшей его продуктивности (W1 = MRPL1).

Следует заметить, что обученный работник в любой другой фирме сможет получать такую же зарплату, как у прежнего нанимателя (W1), так как это рыночный уровень оплаты труда. Следовательно, работнику нет смысла предлагать свои вновь приобретенные знания другому нанимателю, так как он при этом ничего не выиграет. Однако если в силу неэкономических причин он уволится, работодатель ничего не потеряет, так как работник фактически сам оплатил свое обучение.

В экономической литературе встречается ряд моделей, отражающих принятие решений человеком относительно получения образования – модели инвестиций в человеческий капитал.

Простая модель инвестиций в человеческий капитал, впервые предложенная Дж. Минсером, помогает понять, как человек принимает решение об образовании. Для ее построения необходимо учитывать следующее:

1.      Люди стремятся максимизировать полезность, и если полезность зависит от уровня потребления, а потребление – от дохода, то это значит - максимизировать суммарный доход, полученный в течение всей жизни.

2.      Уровень заработка прямо зависит от образования (так как образование дает знания и навыки, увеличивающие продуктивность работника, а значит – его зарплату).

3.      Существует полная информация о расходах на обучение и будущих доходах.

4.      Способности у всех одинаковы и позволяют учиться.

5.      Уровень благосостояния также позволяет всем учиться.

6.      Ее существует ограничений в предложении на рынке образовательных услуг.



Рисунок 3. Графическая модель инвестиций в человеческий капитал

В данном случае есть две возможности для человека, окончившего школу в момент S. Либо он сразу может начать трудовую карьеру – в этом случае он начинает получать доход Ya уже в году S, в дальнейшем же этот доход немного возрастает, так как человек приобретает некоторые навыки и опыт в процессе работы. Либо он решает учиться дальше в университете в течение U – S лет. Такое решение потребует прямых инвестиций в размере С (цена обучения, канцелярия и т.д.), кроме того, человек потеряет доход, который он мог бы получить, работая все эти годы (альтернативные издержки Z). Зато его доход Yb после начала карьеры станет выше, чем у менее образованного работника, и будет продолжать расти более быстрыми темпами до самой пенсии.

При определении направлений инвестиций в человеческий капитал  важно учитывать то обстоятельство, что при выборе направлений инвестирования и самой сферы приложения своих способностей человек руководствуется как личными склонностями и интересами, так и соображениями доходности труда, особенно в конкурентной экономике. При этом решения относительно направленности вложений и области реализации человеческого капитала могут приниматься не самим его владельцем, а другими людьми.

Инвестирование в человеческий капитал в определенной степени находится также под воздействием исторических, социокультурных и институциональных особенностей той или иной страны и региона.

Важным моментом в сфере вложений в человеческий капитал является то, что они (инвестиции) оказываются малоэффективными, прежде всего, в деформированной экономике, в экономике, подверженной институциональной трансформации. Здесь они сопряжены со значительным риском, поскольку носитель человеческого капитала в состоянии реализовать накопленные способности, знания в других странах. По оценкам западных экспертов, относящимся к концу 90-х годов, потери национальной экономики России в связи с массовым оттоком ученых и специалистов за рубеж составили за последние пять-шесть лет около 200 млрд. долл. Сохранение этой тенденции существенно осложняет воспроизводство человеческого капитала в РФ. По некоторым оценкам за последнее десятилетие нашу страну покинуло примерно 20 тысяч кандидатов и докторов наук. В немалой степени этому способствовало принятое во времена реформаторской эйфории законодательство, чрезмерно упростившее процедуру выезда за рубеж не только ученых, но и носителей государственных секретов. Массовый отъезд (на продолжительное время или навсегда) высококвалифицированных специалистов означает для России не только причинение прямых убытков (средств, потраченных на обучение), но и ставит под сомнение планы высшего руководства страны по развитию экономики и науки.

По мнению многих современных экономистов, социологов и ученых других направлений российская экономика переживает институциональную трансформацию. Причем процесс этот наблюдался не только в последние десятилетия ХХ века и начала XXI века, но он определял ход экономической истории в течение всего прошлого столетия.

Анализируя работы экономистов, занимающихся проблемами системных трансформаций в экономике, можно отметить следующее: «преобразование типов социально-экономических систем, кардинальное изменение механизмов достижения целей общественного развития, унификация философии построения и функционирования экономических и социальных систем стали одним из наиболее важных и значимых глобальных подвижек ХХ века»[33]. Таким образом, под институциональной трансформацией, по нашему мнению, следует понимать преобразование, изменение, модификацию правил, норм, привычек мышления, влияющих на выбор стратегий экономического действия. Однако хочется заметить, что трансформацию следует рассматривать не только с позиции структурных, но и с позиции функциональных изменений. Так как происходит не только уничтожение старых и появление новых институтов, но и деформация функций, выполняемых прежними институтами. Таким образом, с точки зрения институциональной трансформации и ее влияния на процессы формирования и использования человеческого капитала необходимо обратить внимание на изменения таких институтов, как: образование, здравоохранение, рынок труда, семья и другие.

Так, например, образование и подготовка на производстве повышают уровень знаний человека, а, следовательно, увеличивают объем и качество человеческого капитала. Особенно следует выделить расходы на обучение на производстве. Сегодня - это один из важнейших компонентов вложений в человеческий капитал во всех странах мира. По приоритетам такого рода вида инвестиций в людей, в экономической литературе выделяют два основных вида рынков труда, присущих той или иной стране. В разных странах они находятся в различном соотношении[34].

Первый вид - внешний рынок труда - рынок, ориентированный на территориальное перемещение рабочей силы, т.е. заполнение рабочих мест путем движения работников между предприятиями. Такому рынку соответствует профессиональная подготовка вне фирмы. Наиболее четко описанные черты присущи рынку труда США.

Второй вид - внутренний рынок труда - рынок с ориентацией на внутрифирменное движение работников. Подготовка кадров, формирование структуры по профессиям и квалификации происходит внутри фирмы в соответствии со структурой рабочих мест, перспективой развития предприятия. Данный вид рынка решает две задачи:

1)  обеспечение процесса передачи специфических знаний и внутрифирменного опыта от старых работников к новым;

2)  предотвращение утечки накопленных знаний и опыта за пределы фирмы. Такая модель наиболее характерна для рынка труда Японии.

Анализируя инвестиции в человеческий капитал можно четко выделить две их группы: первая группа инвестиций находит отражение в системе национального учета, вторая – неотраженные в системе национального учета. На рисунке 4 предлагается обобщенная структура инвестиций в человеческий капитал.


Рисунок 4. Обобщенная структура инвестиций в человеческий капитал

Рассмотрение лишь структуры инвестиций в человеческий капитал не дает полной картины относительно процессов формирования элемента национального и регионального богатства – человеческого капитала. Необходимо проследить динамику данного явления. Для начала хотелось бы отметить, что внутренним двигателем развития инвестиций в человеческий капитал является мобилизация средств на развитие образования и социальной сферы в целом. Так, например, сопоставляя расходы на образование в СССР и США можно отметить следующее.

Инвестиции в человека в развитых странах мира считаются не менее рентабельными, чем в физический капитал, и по отношению к производственным инвестициям последние десятилетия неуклонно растут (см. Таблицу 1).

Таблица 1

Соотношение инвестиций в человека в США и производственных капиталовложений (социальные расходы,
в % к производственным ин
вестициям)

Сфера

1970 г.

1980 г.

1985 г.

1990 г.

2000 г

Образование

50

42

45

55

63

Здравоохранение

54

63

76

101

118

Социальное обеспечение

90

107

123

162

184

Всего по трем отраслям

194

212

244

318

365

Показательно что в нашей стране доля расходов федерального бюджета на социальные цели начиная с 70-х годов XX века стала снижаться.

Как правило, основные инвестиции в человека осуществляются в сфере образования. Так, например, в развитых странах период 60 – 80 гг. XX века характеризуется мощным развитием образовательной сферы. В начале 80-х годов инвестиции в образование возросли в Англии и США в 3 раза, в ФРГ и Японии – в 4 раза, во Франции - в 5,5 раз. Развитые страны тратили на образование в этот период времени до 9% ВНП.

В расчете на каждого школьника США (за счет государства) расходуют 3572 долл., Франция - 2257, ФРГ - 2167, Италия - 1356 долл. в год. Кстати, в 1990 году Комиссия Европейского Сообщества (КЭС) выделила 1 млрд. долл. на реконструкцию и расширение системы образования пяти наименее развитым своим членам.

Для нашей страны, к сожалению, в сфере образования имеют место прямо противоположные тенденции. Вспомним, что в 1930-50 годы СССР имел самую высокую в мире долю расходов на образование в национальном доходе - около 10 %, в то время как США тратили на эти цели лишь 4 %, а европейские страны - 2 - 3 %. Из госбюджета на нужды образования, культуры и науки выделялось во второй и третьей пятилетке 28,3 и 25,2 % соответственно.

Начиная же с 1960-х годов и по настоящее время, наблюдается тенденция сокращения затрат на образование, переход на остаточный принцип его финансирования и все большее отставание по этим показателям от развитых стран мира. Если в 1970-х гг. из федерального бюджета на образование тратилось 7 % ВВП, то 1994-м году эта величина составляла лишь 0,6 %. В бюджете 1998-го года на образование выделено
17 млрд. руб., что составляет 0,5 % ВВП.


В начале 90-х годов расходы на образование в России составляли 2,7 % от ВНП, что в 3 - 4 раза меньше развитых стран.

В результате различных исследований был определен вклад таких показателей, как уровень образования и возраст, в рост заработной платы. Полученные результаты противоречивы – различиями в уровне образования объясняются от 8 до 75% различий в заработках. Немало усилий было также посвящено тому, чтобы отделить влияние образования на заработки от воздействия фактора личных способностей. Так, американский экономист
Э. Денисон первоначально отнес на счет неравенства способностей 40% разницы в заработках лиц, отличающихся по уровню образования. В более поздних работах приводится более низкая цифра – 10 – 25%.


Еще одна закономерность заключается в том, что связь заработков с образованием не остается постоянной в течение всей жизни работника: в наибольшей мере заработная плата зависит от уровня образования приблизительно к концу первого десятилетия трудового стажа, затем влияние образования постепенно снижается. В целом же различиями в уровне образовательной подготовки объясняются около 25% общего неравенства в заработках. Примерно такого же порядка значение производственного опыта[35].

Суммируя вышесказанное, можно сделать вывод, что человеческий капитал принципиально отличается от капитала физического тем, что он неотделим от личности индивида. В силу этого количественные характеристики человеческого капитала индивида во многом определяются его личностными особенностями, среди которых важнейшую роль играют врожденные умственные и физические способности.

Федеральной программой «Развитие образования в России» предусмотрено значительное снижение государственного финансирования и одновременное увеличение доли средств, которые учебным заведения придется зарабатывать самим - с 20% в 1993 г. до 25 % в 1995г. и до 40 % в 2005 г.

По мнению аналитиков, расходы на образование из консолидированного бюджета в % к ВВП в России последние несколько лет имеют возрастающую тенденцию. Однако если учесть падение реального ВВП в этот период, можно поверить, что потребность сферы образования в ресурсах сегодня удовлетворяются менее чем на половину.

Немаловажное значение в структуре инвестиций в человеческий капитал отводится профессиональной подготовке на производстве. Американские компании тратят на производственную подготовку и переподготовку кадров миллиарды долларов. Так, например, в 1990-е годы переподготовку прошли 62 % всех специалистов и техников, 50 % менеджеров, 37 - 40 % конторских служащих, 27 % квалифицированных рабочих.

В России диапазон отчислений на переподготовку и повышение квалификации кадров составляет сегодня 0,3-0,8 % выплаченной заработной платы. По мнению же специалистов, чтобы осуществлять нормальное воспроизводство рабочей силы нашей страны и «подтягивать» работников до должного уровня квалификации, работодатель должен тратить не менее
1 %. А чтобы развивать
ся - уже 1,5 %.


В условиях резкого сокращения бюджета еще в 1991 году был объявлен государственный курс на селекционную поддержку науки, который в 1994 году фактически трансформировался в задачу сохранения научно-технического потенциала страны. Одной из первых инициатив в этой области стало создание Государственных научных центров (ГНЦ), через которые наиболее перспективные научные исследования и наиболее сильные научные коллективы - так называемое «ядро науки» - должны получать дополнительное финансирование. Способ организации работ в форме научных центров хорошо известен в западной практике. Планировалось, что институты, получившие статус ГНЦ, будут иметь дополнительно 30-40 % финансирования. Однако в условиях сокращения бюджетного финансирования науки ГНЦ (в 1995 году их было уже 61) оказались в таком же положении, как и остальные институты.

Помимо ГНЦ появилась и принципиально новая форма государственной селективной поддержки науки - система грандового финансирования научных проектов на основе проведения открытых конкурсов.

По данным общенациональной статистики Всемирной Организации Здоровья, для обеспечения потребности общества в современном медицинском обслуживании, восстановления трудовых ресурсов и сохранения обороноспособности, необходимо расходовать на эти цели не менее 6 % ВВП. Даже в лучшие годы в СССР эта величина никогда не превышала 4 % ВВП. В 1989 году она составляла всего лишь 3,5 %. К тому времени наша страна уже безнадежно отстала и от Западной Европы, и от Японии, и от Канады, тративших на здравоохранение 6-9 % ВВП, и особенно от США где эта цифра составляла 12 %.

По расчетам специалистов, из всех источников на здравоохранение в 1995 году было выделено средств, составляющих более 4,5 % от ВВП страны. На 1998 год приходилось 5 % от ВВП. Не будем, однако забывать, что сам ВВП за последние годы сократился почти в два раза. Кроме того, изменилась и структура источников расходов - в середине 90-х годов расходы государственного бюджета составляли лишь 3,3 -3,1 % ВВП. За последние 5 лет реальное финансирование здравоохранения сократилось на 21% и по разным оценкам составило 2,3 – 3,2% ВВП.

В последние годы особенно возрастает роль и значение таких составных элементов человеческого капитала, как капитал культуры. В большинстве высокоразвитых стран, бюджетное финансирование остается одной из главных форм поддержки сферы культуры и искусства. Однако затраты на эти нужды составляют сравнительно небольшую часть их бюджетных расходов (от 0,2 до-2,5 % по разным странам).

Анализ структуры и динамики инвестиций в человеческий капитал показывает, что одна из главных причин ухудшения качественного состояния человеческого капитала в России - низкие объемы инвестиций в человека. Уже к началу 1990-х гг. в России значительно меньшая, чем в развитых странах, доля всех расходов приходилась на затраты, связанные с инвестициями в основные структурные элементы человеческого капитала нации. В течение последних лет реальное финансирование этих затрат продолжает сокращаться.

Наряду с падением общего уровня инвестиций в человеческий капитал в России наблюдается тенденция изменения их структуры (сокращение государственных расходов, рост частных расходов и их «теневизация»). Еще одним фактором, ухудшающим ситуацию в области инвестирования человеческого капитала выступает падение уровня жизни и углубление имущественного расслоения. Такая тенденция резко дифференцировала финансовые возможности повышения уровня человеческого капитала через инвестиции в образование, здоровье и т.д. основной массы населения.

В статье Сергея Глазьева «Кто ответит за обман?» в «Независимой» газете проанализирован проект федерального бюджета на 2006 год. Автор статьи отмечает, что он (проект) противоречит социально-экономическим задачам, поставленным президентом. Как отмечается в статье, сложившаяся структура бюджетных расходов свидетельствует о концентрации бюджетных и административных ресурсов не на повышении качества жизни граждан России, а на платежах по внешнему долгу. Так, по мнению С. Глазьева, четверть расходов бюджета связана с обслуживанием внешнего долга, треть всех расходов приходится на содержание силовых структур, значительная часть бюджетных расходов связана с содержанием государственной бюрократии (в проекте бюджета эти расходы составляют 42%), а «собственно на поддержку экономического роста, образование и научные исследования в будущем году планируется потратить 16% непроцентных расходов бюджета. С учетом расходов на здравоохранение, спорт и культуру на воспроизводство человеческого капитала в будущем году планируется израсходовать всего 14,3% федерального бюджета»[36].

В настоящее время наиболее развитые страны тратят более 10 % национального дохода на нужды образования, которое занимает первое место среди статей расходов. Страны со средним уровнем развития - от 4 - 7% национального дохода. Например, в США эти расходы превышают 12 % национального дохода, что более чем в 2 раза больше расходов на оборону. Это тот порог эффективности, который позволяет обеспечивать экономический рост на инновационной основе. Снижение объема инвестиций, ухудшение их качества неминуемо приводит к ухудшению экономических показателей страны. Совершенно верно, на наш взгляд, заметил президент Гарвардского университета Дерек Бок: «Если вы считаете, что образование слишком дорого, попробуйте посчитать, сколько стоит невежество».

Проведенное директором Института США и Канады РАН Сергеем Роговым сопоставление приоритетности госрасходов ведущих стран мира и России отражает архаичность российской бюджетной политики. Россия существенно отстает от развитых стран по уровню расходов на образование и здравоохранение. В приложении 1 представлены данные, отражающие расходы центральных органов государственного управления с разбивкой по функциям в % от общего объема расходов, 1990 – 2002 гг.

В развитых странах вклад новых знаний в прирост ВВП оценивается в 80- 90%. Этим объясняется увеличение государственных расходов на НИОКР и образование. «Именно за счет этих составляющих произошло многократное увеличение расходов государства, которое в условиях современного НТП вынуждено стать государством развития, приняв на себя обязательства по финансированию расходов на воспроизводство интеллектуально-человеческого потенциала и генерирование новых знаний»[37].

Для выполнения государством функции воспроизводства интеллектуально-человеческого капитала, а также для выполнения президентских установок о «концентрации бюджетных ресурсов на повышении качества жизни граждан» требует пересмотра всей структуры федерального бюджета и его базовых характеристик. Для того чтобы выйти на общепринятые в мире стандарты финансирования социальной сферы, необходимо повысить расходы на образование до 7% ВВП (на 2006 год запланировано 3,6%), на здравоохранение – до 5% ВВП (на 2006 год запланировано 2,5%), на науку - до 2,5% ВВП (запланировано 1,6%), на культуру – до 1,5% (запланировано 0,6%). Всего государственные расходы на социальную сферу должны быть повышены на 7% ВВП. В этом случае все расходы государства составят 39,9% ВВП вплотную приблизившись к общепринятой в развитых странах пропорции.

В целом, приведенный анализ структуры и динамики инвестиций в человеческий капитал позволяет сделать следующие выводы:

1.     Повышенный интерес к исследованиям, посвященным вопросам инвестиций в человеческий капитал и их эффективности, получил развитие после присуждения американскому экономисту Г. Беккеру в 1992 году Нобелевской премии за расширение области применения микроэкономического анализа к широкому кругу проблем человеческого поведения и взаимодействия, включая поведение вне рыночной сферы.  

2.     Важнейшими видами инвестиций в человеческий капитал считаются расходы на образование, профподготовку на рабочем месте, медицинское обслуживание, поиск экономически значимой информации, рождение и воспитание детей. 

3.     Инвестиции в человеческий капитал выступают основным условием повышения конкурентоспособности государства, его отдельных регионов и фирм в современных условиях.

4.     Инвестирование в человеческий капитал в определенной степени находится также под воздействием исторических, социокультурных и институциональных особенностей той или иной страны и региона.

5.     Значительные финансовые затраты на развитие образования являются не следствием благосостояния государства и его регионов, а его источником.

1.3. Человеческий капитал в структуре социально-экономического
потенциала региона


В последние десятилетия во многих государствах, в том числе и в Российской Федерации, наблюдается регионализация социальных и экономических процессов. Все в большей степени функции регулирования этих процессов переходят от центральных уровней государственной власти к территориальным. На основе предоставления территориальными органами власти средств осуществляется финансирование образования, здравоохранения, коммунального обслуживания населения, строительства и содержание региональных и местных дорог. При этом круг финансируемых мероприятий за счет региональных бюджетов постоянно расширяется (за счет средств из региональных бюджетов стали финансироваться не только общеобразовательные школы, но и частично высшие и среднеспециальные учебные заведения, крупные объекты здравоохранения, мероприятия по внутренней безопасности, правопорядку, охране окружающей среды и т. д.) и роль расходов региональных бюджетов на социальную политику, социально- культурные мероприятия, народное хозяйство, общее поддержание экономической стабильности в регионе постоянно увеличивается.

Неэффективность экономической деятельности государства многократно доказана в разных странах и различных экономических системах. В постиндустриальной экономике, которую строит Россия, основная доля ВВП приходится на средний и малый бизнес. Этот вид бизнеса сосредоточен в регионах. Таким образом, в новой экономике России регион должен быть ведущим субъектом экономической деятельности[38].

Уникальная пространственная протяженность Российской Федерации, высокая степень ее территориальной социально-экономической и этнической неравномерности обусловливает дифференциацию ее регионов. Базовый анализ статистических данных, отражающих состояние социально-экономического потенциала, подтверждает данное высказывание.

Дифференциация регионов Российской Федерации обусловлена региональным социально-экономическим потенциалом, который может быть охарактеризован резервами, возможностями региона при реализации всего комплекса разного вида ресурсов.

Мировой и отечественной экономической науке известно множество видов и определений региона (ареал, районы, экономические зоны, Федеральные округа, субъекты Федерации, муниципальные образования и др.).

Многими экономистами под регионом понимается любая часть национальной экономики, отличающаяся от национальной экономики характером операций, а именно:

-       регион не имеет национальных границ;

-       в регионе не осуществляются некоторые виды экономической деятельности, присущие только национальному образованию (затраты на оборону, нет национального банка, национальной денежной системы и т.д.)[39].

В системе национального счетоводства под регионом понимается любая часть национальной экономики, отличающаяся от нее характером экономических трансакций, а также тем, что не имеет собственной денежной единицы.

Если перейти на привычную терминологию, то регион определяется как открытая подсистема национальной экономики, субъект экономической деятельности, который осуществляет экономические взаимодействия трех типов: внутрирегиональные, межрегиональные внутри национальной экономики, внешнеэкономические за ее пределами.

Исходя из вышесказанного понятие региона достаточно расплывчато, поэтому для определенности будем понимать административно-территориальную единицу – субъект федерации.

Дальневосточными исследователями Б.Л. Корсунским, С.Н. Леоновым предложена методика выделения проблемных (отсталых, транзитных и депрессивных) регионов России, в которой для анализа применяются пороговые (допустимые) значения важнейших статистических индикаторов, таких как:

-       спад производства, показывающий, что экономика района охвачена структурным кризисом (оценки основываются на показателе валового регионального продукта);

-       безработица (при этом используются данные об общей безработице, исчисленные в соответствии с рекомендациями МОТ);

-       уровень промышленного потенциала региона (оценивается состоянием индекса промышленного производства);

-       величина среднедушевого дохода («порог» для данного показателя определяется числом наборов прожиточного минимума, которые возможно купить на среднедушевой доход.

Однако, по мнению автора, данный перечень целесообразно дополнить показателями, отражающими состояние (прежде всего, финансовое) таких сфер, как: образование, здравоохранение, культура и т.д. Именно они способствуют формированию качественного человеческого капитала региона и могут иметь пороговые значения для определения степени отсталости региона.

Еврейская автономная область отнесена к группе отсталых регионов России, т.е. корреспондируется с оценками ее социально-экономического развития дальневосточными учеными.

Для анализа региона в рамках национальной экономической деятельности необходимо выделять факторы, влияющие на его развитие и определяющие его социально-экономический потенциал.      

Структура регионального социально-экономического потенциала условно может быть представлена следующим образом:

-       природно-ресурсный потенциал, характеризующийся уровнем обеспеченности территории запасами минерально-сырьевых, земельных, лесных, фаунистических, водных, энергетических, рекреационных и др. ресурсов;

-       территориально-географический и природно-климатический потенциал, характеризующийся оценкой природного климата и экономико-географическим положением (особенности регионального пространства по отношению к продовольственным, сырьевым и ресурсным базам, рынкам сбыта);

-       человеческий (трудовой) потенциал (капитал), включающий количественные и качественные характеристики населения, уровень эффективности использования трудовых ресурсов, их образовательный, квалификационный, профессиональный ценз, а также  характеризующийся состоянием численности населения, его структурой, половозрастным составом, динамикой роста (убыли) населения, миграционными процессами и т.д.;

-       производственно-технологический потенциал, описывающийся совокупным результатом хозяйственной деятельности всех структурных составляющих производственного комплекса и характеризующийся макроэкономическими показателями, данными о деятельности основных отраслей народного хозяйства, показателями внешнеэкономической деятельности;

-       социально-инфраструктурный потенциал, описывающий возможности региона в сфере улучшения медицинского, бытового, культурного, транспортного, торгового, жилищно-коммунального обслуживания населения, связь, СМИ;

-       финансовый потенциал, характеризующийся возможностями региона в увеличении доходной части территориального бюджета путем регулирования налогов и сборов, нормативов отчислений, поступлений от приватизации государственного и муниципального имущества, объемов дотаций, субсидий, субвенций, трансфертных платежей, других финансовых платежей из Федерального бюджета;

-       научный, инвестиционно-инновационный потенциал, характеризующийся возможностями в сфере повышения конкурентоспособности продукции, работ, услуг на основе рационального использования достижений науки и техники.

На рисунке 5 представлена иллюстративная схема социально-экономического потенциала региона.
Рисунок 5. Социально-экономический потенциал региона

Определяя место человеческого капитала в структуре социально-экономического потенциала региона важно еще раз обратиться к данной категории. Как отмечалось выше, человеческий капитал представляет собой накопленный запас знаний, профессионального опыта, здоровья, которые в результате деятельности человека способны приносить ему доход. Региональный же человеческий капитал представляется автором как совокупность локализованных на территории человеческих ресурсов, обладающих определенными физическими, интеллектуальными, психологическими свойствами (особенностями), образовательными, научными, профессиональными знаниями и опытом, умениями, здоровьем и обеспечивающих инновационное развитие воспроизводственных процессов в региональных социально-экономических системах.

Если природные ресурсы - это компоненты природы, природно-климатические условия – силы природы, влияющие на жизнедеятельность населения и экономическую деятельность, необходимых для получения конечных продуктов, то человеческий капитал (потенциал) региона – это категория, отражающая возможности и целесообразность ведения предпринимательской деятельности в том или ином регионе.

В данном случае необходимо четко понимать, что население региона (как носитель человеческого капитала), где предприниматель собирается осуществлять свою деятельность, должно рассматриваться как минимум с трех точек зрения:

1.     Как источник кадрового потенциала (демографическая и образовательно-квалификационная структура).

2.     Как контингент потенциальных потребителей товаров и услуг (этническая структура, потребительская способность).

3.     Как социальная среда, в которой должна осуществляться предпринимательская деятельность (структура населения по качеству жизни, уровню занятости, уровню доходов, обеспеченности материальными и духовными благами).

Для достижения приоритетных стратегических целей развития государства уровень развития региона должен оцениваться показателями, характеризующими степень использования структурированного по элементам национального богатства. Приоритетность этих целей обусловлена:

-       состоянием качества жизни населения;

-       конкурентоспособностью на внутренних и международных рынках товаров, услуг и факторов производства;

-       уровнем национальной, в том числе экономической безопасности страны[40].

Иначе говоря, уровень развития экономики оценивается эффективностью использования национального богатства, которым располагает страна и, прежде всего, человеческим капиталом (потенциалом), который является важнейшим фундаментом для достижения приоритетных стратегических целей ее развития.

Основным критерием развития человеческого капитала на региональном уровне является: приемлемый уровень жизни, качество жизни и достаточные показатели демографического развития, включающие в себя: необходимый уровень воспроизводства, низкую смертность (в первую очередь низкие уровни детской и материнской смертности, а также низкий уровень смертности населения в трудоспособном возрасте).

Составляющими приемлемого уровня жизни населения являются: уровень доходов, как минимум, обеспечивающий три прожиточных минимума на одного человека.

Качество жизни обеспечивается помимо высокого уровня индивидуальных доходов на каждого человека степенью доступности образовательных, медицинских, коммунальных и других сервисных услуг, образующих условия жизнедеятельности человека.    

Являясь важнейшей составляющей национального богатства страны, социально-экономического потенциала каждого региона России, человеческий капитал непосредственно воздействует на воспроизводственные процессы, именно от него зависит получение в экономике прибыли, наполняемость бюджетов различных уровней, качественные изменения в структуре экономики, повышение эффективности производства и привлекательность социальной сферы, достижения в научных, технических, технологических, инновационных проектах, уровень качества населения.

Поэтому одним из важнейших условий развития региональной экономики является формирование в нем человеческого капитала (потенциала), соответствующего требованиям современной экономической системы.

Интегральная оценка составляющих социально-экономического потенциала регионов ДВ и Забайкалья позволяет отнести ЕАО в группу аутсайдеров – 11 место из 13. Практически по всем составляющим область занимает одно из последних мест представленного рейтинга. Поэтому оценка состояния человеческого капитала, как элемента социально-экономического потенциала региона и разработка предложений по его формированию и эффективному использованию представляется особенно актуальной.

Современные специалисты в области экономики и социологии проводят кластерный анализ для типологизации регионов с точки зрения состояния человеческого капитала. Алгоритмы кластерного анализа предполагают разбиение всех регионов на подгруппы регионов, называемыми кластерами. Регионы как объекты, входящие в состав одного кластера, могут трактоваться как «похожие» с точки зрения заданной совокупности показателей[41].

Достаточно интересным моментом является то, что результаты проведенного некоторыми авторами кластерного анализа регионов РФ по состоянию человеческого капитала позволяют отнести ЕАО к «среднему» кластеру – самый многочисленный кластер, включающий 71 субъект. К данному кластеру относятся регионы со средними значениями всех факторов человеческого капитала. В основу классификации регионов авторами были положены вычисленные значения факторов как обобщающих характеристик уровня развития в регионах образовательного, демографического и санопотенциала.

Условным показателем, позволяющим ранжировать регионы по состоянию человеческого капитала можно, на наш взгляд, считать ИРЧП. Данный показатель разработан специалистами ООН в 1990 году для определения достижений в сфере базового развития человека. Этот показатель содержит четыре парадигмы и измеряется тремя показателями.

К важнейшим парадигмам с точки зрения исследователей данного индекса относятся: продуктивность, равенство, устойчивость и расширение возможностей.

ИРЧП был построен на основе концепции, ключевые положения которой состоят в том, что человеческое развитие критически зависит от возможности прожить долгую и здоровую жизнь, приобрести знания, иметь доступ к ресурсам (доходам), обеспечивающим достойное потребление.

В соответствии с такой методологической установкой для расчета применяемого индекса были использованы три показателя:

1.      Ожидаемая продолжительность жизни.

2.      Уровень образования.

3.      Реальный душевой валовой внутренний продукт (ВВП).

Логика построения  индекса развития человеческого потенциала такова.

Первое измерение – индекс ожидаемой продолжительности жизни (J
1
) – означает продолжительность предстоящей жизни при рождении и устанавливается в минимальном и максимальном значениях в интервале от 25 до 85 лет.

Второе измерение – индекс уровня образования (J
2
) – на 2/3 производно от грамотности среди взрослого населения (от 0% до 100%) и на 1/3 – от совокупной доли учащихся (тоже от 0% до 100%) среди населения в возрасте до 24 лет.

Третье измерение – индекс уровня жизни (J
3
) – зависит от реального душевого ВВП и колеблется в пределах от 100 долл. ППС до 40 000 долл. ППС (паритет покупательной способности – соотношение между двумя или несколькими валютами по их покупательной способности к определенному набору товаров и услуг. Как правило, ППС не совпадает с официальным валютным курсом).

ИРЧП (HDIHuman Devel­opment Index) представляет собой простую среднюю величину, производную от деления суммы всех индексов (индекса продолжительности жизни, индекса уровня образования, индекса уровня жизни) на три»[42]:
,                                                                                (1.1)
где HDI – индекс развития человеческого потенциала;

J
1
– индекс ожидаемой продолжительности жизни;

J
2
– индекс уровня образования;

J
3
– индекс уровня жизни.

Схематически методика расчета индекса развития человеческого потенциала выглядит следующим образом (см. Рисунок 6):

Элемент

Долгая и здоровая жизнь

Знания

Достойный уровень жизни

Показатель

Ожидаемая продолжительность жизни при рождении

Уровень грамотности взрослого населения

Валовой коэффициент поступивших в учебные заведения

ВВП на душу населения, долл. ППС

Индекс по элементу

Индекс ожидаемой продолжительности жизни

Индекс уровня образования

Индекс ВВП

ИНДЕКС РАЗВИТИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО ПОТЕНЦИАЛА



Рисунок 6. Методика расчета индекса развития человеческого потенциала

Рассматриваемый сводный индекс всегда заключен в пределах от 0 до 1, при этом наиболее развитым странам соответствуют значения индекса, близкие к единице. В расчетном органе статистической комиссии ООН установлено считать, что ИРЧП меньше 0,5 означает низкий уровень жизни; в пределах от 0,5 до 0,8 – соответствует среднему уровню жизни; больше 0,8 – характеризует уровень жизни населения как высокий.

Особенность ИРЧП как социального индикатора интегрального назначения состоит в следующем:

1.      Он упрощает восприятие чрезвычайно сложных процессов, не искажая и не фальсифицируя их.

2.      Развитие индекса человеческого потенциала, безусловно, не может дать количественного представления по целому ряду параметров и не затрагивает такие свойства, которые не имеют математического измерения. В их числе – политическая свобода, отношения между поколениями и степень их равенства, экологические условия развития личности, морально-этические характеристики общественных отношений и др.

3.      Индекс развития человеческого потенциала нельзя абсолютизировать. Он не предназначен для измерения благосостояния и не является мерилом счастья. Он лишь показывает, в каком направлении осуществляется развитие и насколько далеко ушли страны с точки зрения накопления и развития человеческого потенциала.

Сравнительно высокая популярность ИРЧП обусловила и его активную критику. Наиболее часто упоминаемые в литературе недостатки, связанные с  вычислением и интерпретацией этого показателя, можно разделить на две группы. Во-первых, недостатки, присущие ИРЧП, как и любому другому комплексному индексу: недостаточная обоснованность используемого набора характеристик, учитываемых при расчете индекса; использование в расчетах разнотипных показателей; недостаточная статистическая надежность или отсутствие фактических данных по тем или иным позициям. Во-вторых, специфичные для ИРЧП недостатки, связанные с внутренними изъянами используемых показателей, методикой их включения в индекс, ошибками вычислений и статистическими неточностями, субъективизм в установлении границ отнесения тех или иных значений к различным группам.

Но, несомненно, даже с учетом перечисленных недостатков, ИРЧП обладает рядом достоинств, обуславливающих его дальнейшее распространение и перспективность практического использования:

1.      В его расчете применяется многоуровневый расчетно-аналитический аппарат, который позволяет осуществлять достаточно обоснованное ранжирование отдельных территориальных образований, включая как страны, так и регионы.

2.      Он дает возможность для оценки тенденций развития стран и регионов по комплексному кругу социально-экономических показателей, дополняющих стандартные экономические или социальные измерители.

3.      Основанный на ИРЧП анализ позволяет сформировать системный подход к разработке, реализации и оценке эффективности программ человеческого развития, включая методы определения приоритетов, размеров и источников финансирования, формирования государственного и муниципальных бюджетов и т.д.

На основании вышеизложенного отметим следующее:

1.     Регионализация социальных и экономических процессов приводит к необходимости включения человеческого капитала в структуру социально-экономического потенциала региона.

2.     Человеческий капитал как элемент социально-экономического потенциала региона включает количественные и качественные характеристики населения, уровень эффективности использования трудовых ресурсов, их образовательный, квалификационный, профессиональный ценз, а также  характеризуется состоянием численности населения, его структурой, половозрастным составом, динамикой роста (убыли) населения, миграционными процессами и т.д.

3.     Являясь важнейшей составляющей социально-экономического потенциала региона, человеческий капитал непосредственно воздействует на воспроизводственные процессы, именно от него зависит получение в экономике прибыли, наполняемость бюджетов различных уровней, качественные изменения в структуре экономики, повышение эффективности производства и привлекательность социальной сферы, достижения в научных, технических, технологических, инновационных проектах, уровень качества жизни населения.

4.     Условным показателем, позволяющим ранжировать регионы по состоянию человеческого капитала можно считать ИРЧП. 


ГЛАВА 2. ТЕНДЕНЦИИ И СОСТОЯНИЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА НА РЕГИОНАЛЬНОМ УРОВНЕ
(на примере Еврейской автономной области)


2.1. Методические подходы к оценке состояния человеческого
капитала региона


Одной из важнейших категорий региональной экономики является экономическое пространство, развивающее исходное представление о территории. Экономическое пространство вмещает множество объектов и связей между ними: населенные пункты, промышленные предприятия, хозяйственно освоенные и рекреационные площади, транспортные и инженерные сети и т.д. Каждый регион имеет свое внутреннее экономическое пространство и связи с внешним пространством[43].

Взаимообусловленность и взаимосвязанность элементов экономического пространства оказывает  не только косвенное, но и прямое воздействие на формирование человеческого капитала в регионе.

Все элементы региональной системы, взаимодействуя между собой, формируют особую «основу» для формирования, развития и использования человеческого капитала.

Формирование человеческого капитала во многом определяется качеством экономического пространства.

Качество экономического пространства определяется, прежде всего:

-       плотностью (численность населения, объем валового регионального продукта, природные ресурсы, основной капитал и т.д. на единицу площади пространства);

-       размещением (показатели равномерности, дифференциации, концентрации, распределения населения и экономической деятельности, в том числе существование хозяйственно освоенных и неосвоенных территорий);

-       связанностью (интенсивность экономических связей между частями и элементами пространства, условия мобильности товаров, услуг, капитала и людей, определяемых развитием транспортных и коммуникационных сетей)[44].

Таким образом, человеческий капитал конкретного региона обладает определенными особенностями, которые формируются посредством взаимодействия и взаимовлияния различных элементов региональной системы (экономических, социальных, инфраструктурных и т.д.). Эти особенности проявляются как в трансформации элементов человеческого капитала (их количественных и качественных характеристик), так и в степени их восстребованности, а, следовательно, и эффективности использования человеческого капитала. 

Значение человеческого капитала и необходимость его оценки на уровне региона можно объяснить следующими причинами:

1.     Являясь элементом социально-экономического потенциала региона, оценка человеческого капитала необходима с целью определения инвестиционной привлекательности; для определения направлений инвестиций в регионе.

2.     Оценка состояния человеческого капитала, определение критериев оценки, сбор и анализ относящейся к этому информации будет привлекать внимание региональной власти к тому, что необходимо сделать, чтобы сохранить, развить и эффективно использовать имеющийся человеческий капитал.

3.     Измерение стоимости человеческого капитала региона может служить основой для выбора стратегии региональной социально-экономической политики.

По мнению специалистов в области регионального социально-экономического развития человеческий капитал региона представляет собой совокупность локализованных на территории трудовых ресурсов, обладающих определенным уровнем образования, профессиональных знаний и навыков, здоровья и т.д. Таким образом, можно отметить, что человеческий капитал региона (его состояние) определяется двумя составляющими. С одной стороны – это количество проживающего на территории трудоспособного населения; с другой – его качественная характеристика (прежде всего образовательный уровень и уровень здоровья). Как в первом, так и во втором случаях важно оценить степень воздействия региональных институтов (экономических, социальных и т.д.) на составляющие человеческого капитала региона. Такая составляющая как количество проживающего на территории трудоспособного населения несомненно испытывает влияние, прежде всего, экономических факторов. Так как именно экономическая составляющая привлекает или не привлекает население оставаться в том или ином регионе.

Вторая составляющая – образовательный уровень и уровень здоровья населения также напрямую зависят от уровня экономического развития региона. Чем более привлекательным является регион с позиции социально-экономических показателей, тем более вероятным становится «задержка» в нем специалистов высокой квалификации, обеспечивающих достаточный уровень функционирования образовательной системы и системы здравоохранения. 

Следовательно, при оценке состояния человеческого капитала региона, необходимо проследить тенденции в таких отраслях, как: образование, здравоохранение, культура. Именно состояние этих сфер и определяет возможность формирования, развития и использования человеческого капитала. Однако важно учесть и то, что условия формирования и развития человеческого капитала региона определяются и уровнем социально-экономического развития региона. Так, например, авторы выделяют такие группы регионов, которые различаются по таким параметрам экономического развития, как: валовой региональный продукт, доля основных фондов в экономике, объем промышленной продукции, инвестиции в основной капитал.

Таким образом, оценка составляющих человеческого капитала отдельно взятого региона, края, области является необходимым элементом для построения эффективной региональной экономической политики.

Динамика развития экономики каждого региона выступает своеобразной базой для формирования различных уровней жизни населения. Развитие экономики региона, в свою очередь, способствует определенному уровню занятости населения, формированию доходов населения, развитию отраслей социального назначения (образования, здравоохранения, культуры). Таким образом, поляризация экономического развития увеличивает и резко обостряет дифференциацию регионов в естественных характеристиках, отражающих уровень жизни населения.

Для оценки состояния человеческого капитала региона необходимо использовать систему показателей, отражающих его качество. Особенность данных индикаторов состоит в охвате всех активов человеческого капитала, а также учете региональных особенностей его формирования и использования. Исходя из предъявляемых условий к показателям качества человеческого капитала, можно выделить две основные их группы: демографические и социально-экономические показатели.

Характеристика демографической составляющей человеческого капитала должна основываться на показателях численности и естественного движения населения. Основными показателями, характеризующими естественное движение населения, являются показатели смертности и тесно связанные с ними показатели половозрастной структуры населения, показатели, характеризующие миграционные потоки населения. Таким образом, группа демографических показателей включает в себя такие переменные, как:
-     динамика численности населения;

-     показатели естественного движения населения;

-     показатели миграционного потока населения;

-     половозрастную структуру населения.

Социально-экономические показатели включают следующие индикаторы:

-     показатели состояния доходов населения;

-     показатели структуры расходов населения;

-     показатели трудовой активности населения и структуры занятости населения;

-     показатели развития социальной сферы.

В отдельную группу можно выделить показатели, отражающие состояние здоровья населения региона и развитие сети лечебно-профилактических учреждений.

В то же время, важно учитывать естественные и созданные человеком условия, которые оказывают непосредственное и косвенное воздействие на формирование, развитие и использование человеческого капитала региона, области. В данном случае речь идет, прежде всего, о таких составляющих, как: природный фактор и показатели экономического развития региона (объем валового регионального продукта, инвестиции в основной капитал и социальные сферы).

Иллюстративная схема системы показателей состояния человеческого капитала региона представлена на рисунке 6.



Рисунок 6. Иллюстративная схема системы показателей состояния человеческого капитала региона

Перечисленные группы показателей и их анализ, по нашему мнению, достаточно полно отражают состояние человеческого капитала региона и условия его формирования и развития, а также способствуют выработке корректной и более эффективной региональной экономической политики.

Человеческий капитал как сложная экономическая категория имеет качественные и количественные характеристики. В рамках современной теории человеческого капитала оценивается не только объем вложений в человеческий капитал, но и объем аккумулированного индивидуумом человеческого капитала. При этом подсчитывают стоимость общего объема человеческого капитала как для одного индивида, для отдельного региона, так и для страны в целом.

Необходимо отметить, что «измерение человеческого капитала является проблемой современной теории человеческого капитала, которой ученые и практики занимаются уже несколько десятилетий, но до сих пор, как считают специалисты, в этой области знаний не выработаны единые принципы для исчисления комплексного показателя, дающего достоверные оценки»[45]. Это связано с тем, что, во-первых, существуют объективные сложности описания процессов функционирования людей в экономической системе и представления их в рамках концепции такого теоретически сложного и не сформировавшегося до конца понятийного аппарата, который предлагает концепция человеческого капитала. Во-вторых, возникают существенные проблемы мониторинга происходящих в человеческом капитале изменений, вытекающие не только из недостатков используемых измерителей, но и из существования информационных ограничений на проведение статистического учета исследуемых процессов.

Разумеется, в любой теоретической или статистической модели, включающей в себя  определения и показатели человеческого капитала, будет существовать ограниченность, объясняемая  сложностью формирования информационной базы. Но это не означает, что исследование этих факторов не может дать позитивных научных и практических результатов.

Именно понимание важности поиска рациональных измерителей человеческого капитала вызвало появление в экономической литературе и практике достаточно большого числа подходов, которые можно объединить в несколько крупных групп.

Первый подход ориентирован на использование натуральных показателей, которые затем с помощью системы коэффициентов переводятся в экономические оценки. К достоинствам такого подхода следует отнести простоту и легкость измерения происходящих процессов.

В этом случае применяется трактовка человеческого капитала как совокупности трудоспособного населения с определенными качественными характеристиками (образованием, здоровьем, производственными навыками и т.д.), каждая из которых имеет собственную систему натуральных измерителей. Так, например, для оценки образовательного уровня применяются такие «прозрачные» показатели как количество лет обучения человека или достигнутый им уровень образования (начальный, средний, высший).

Введенная таким образом мера человеческого капитала дает достаточно надежные количественные ориентиры для оценок. Однако этот подход имеет несколько существенных недостатков. Во-первых, это неполнота учета человеческого капитала, поскольку вне этой системы оценок остается образование, приобретенное с помощью неформальной и другой специфической формы профессиональной подготовки. Во-вторых, это изолированность друг от друга исследуемых характеристик человеческого капитала, например, образования и здоровья, измеряемых в разных системах координат, что дает возможность изучить лишь отдельные аспекты проблемы, но не ее в целом. В-третьих, это трудности для сопоставительного анализа, которые создает существование разных национальных, региональных, профессиональных образовательных единиц (например, различных сроков получения того или иного типа образования). И, в-четвертых, этот подход не дает возможности для учета разнокачественных результатов, полученных за один и тот же период времени обучения, определяемых насыщенностью образовательных программ, качеством организации учебного процесса, престижностью вуза и т.п., что предопределяет существенные различия в полученных экономических и социальных результатах. Кроме того, такой подход не позволяет достоверно учитывать объем интегральных знаний, навыков и других составляющих человеческого капитала, формирующихся в организациях и других коллективных сообществах.

Тем не менее, при всех указанных недостатках, такой подход позволяет при исследовании отдельных составляющих человеческого капитала, т.е. дезагрегации индексных величин, в деталях оценить складывающиеся структурные и динамические тенденции.

Учитывая сложности формализации интегральных оценок для большого количества разнокачественных и разномасштабных характеристик человеческого капитала, многие исследователи стали использовать более универсальные – стоимостные показатели.

Следует отметить, что в современной экономической  науке именно этот подход к исследованию динамики и структуры изменений в качестве рабочей силы имеет многообразную и развернутую систему прикладных применений.

Непосредственное использование стоимостных показателей основано, с одной стороны, на учете денежных затрат, обеспечивающих приращение любого вида человеческого капитала, и, с другой стороны, на оценке возможностей получения в результате такого приращения дополнительных доходов. На этой методической базе появилось много вариантов расчетов эффектов, получаемых в результате изменения человеческого капитала. Например, оценка результатов на основе чистого дохода индивида (будущие заработки минус личные затраты на жизнь). В этом случае оценивание ведется не по «валовому» доходу, а только по той его части, которая может быть капитализирована.

Также, например, получил распространение способ оценок, аналогичный учету материальных ценностей на предприятии: человеческий капитал калькулируется по методу формирования цены производства. Для этого суммируются все затраты, понесенные родителями при воспитании и содержании ребенка до взросления, которые, наряду с его более поздними собственными расходами на образование и другими формами совершенствования, определяют общую оценку.

Позитивным моментом такого подхода следует считать возможность измерения не только индивидуальных затрат и эффектов, но и их агрегированных величин на различных уровнях организации экономической системы.

Стоимостные оценки становятся мерой развития не только личного, но и общественного, регионального, корпоративного человеческих капиталов, формирующихся в результате использования любого набора источников финансирования (индивидуальных затрат, общественных фондов, корпоративных вложений и т.д.).

Кроме того, на этой основе может быть создана информационная база для более широких оценок эффектов от вложения ресурсов в человеческие качества. Такой подход был использован в методике Кендрика Дж., «который считал, что для оценки человеческого капитала в стране необходимо использовать показатели объема ресурсов, вложенных не только в воспитание и образование, но и в создание социальных условий жизнедеятельности населения (жилищное хозяйство, товары длительного пользования и т.д.). По мнению Кендрика Дж., эти факторы, так или иначе, отражаются на величине зарплаты. Поэтому приписывание образованию всей разницы в заработках между группами с разным уровнем подготовки приводит, с одной стороны, к завышению действительного экономического эффекта обучения, и с другой стороны, недооценке других факторов»[46].

Следовательно, технологии применения стоимостных измерителей человеческого капитала позволяют в качестве результата учитывать не только заработки индивидов. На основе их использования возможен расчет социальной нормы отдачи образования, включающий с одной стороны, оценки широкого круга как государственных и социальных издержек, и, с другой, государственных и социальных выгод, связанных с инвестициями в увеличение человеческого капитала. Это приводит к тому, что оценка человеческого капитала может существенно изменяться в зависимости от того, на каком уровне (микро-, мезо- или макроэкономическом) она определяется. В частности, оценки индивидуальной нормы отдачи от повышения образования могут сильно уступать их аналогам, рассчитанным на более высоких уровнях агрегирования, что связано с появлением в коллективных и общественных экономических системах различных косвенных и дополнительных эффектов.

Разумеется, на практике возникает много проблем при расчете полных издержек и выгод, поэтому реально используемые оценки, как правило, основаны на сравнительно узком наборе измеряемых факторов. В частности, сложно учесть влияние на заработки внутрифирменного обучения на рабочем месте, или выгод человеческого капитала, который принадлежит обществу в целом, не говоря уже о множестве неэкономических выгод. Однако доступность использования универсального стоимостного измерителя позволяет значительно расширить как круг исследовательских задач, так и диапазон принимаемых решений в области формирования и использования человеческого капитала. В случае проведения прогнозных работ, а также при оценке перспективных тенденций изменения человеческого капитала при известных тенденциях финансирования наиболее применимыми являются стоимостные характеристики.

Следующий подход к оценке состояния человеческого капитала был предложен Андриановой В.В. в ее книге «Культура народов Причерноморья»[47]. В этой работе она рассчитала величину человеческого капитала с помощью метода калькуляции затрат на воспроизводство рабочей силы, на определение стоимости человеческого капитала, аккумулированного за период от рождения человека до его совершеннолетия и начала трудовой деятельности.

Исходя из данного метода, стоимость рабочей силы, человеческого капитала определяется расходами среднедушевого человека на питание, одежду, обувь, содержание жилья, транспортные расходы, культурно-зрелищные и духовные потребности человека, а также расходами на здравоохранение, образование, воспитание, начиная с детского возраста по формуле 2.1[48]:
,                                                                                         (2.1)
где  – человеческий капитал, денежная оценка стоимости рабочей силы одного работника;

r – коэффициент дисконтирования, процентная ставка: 5% годовых;

A – капитал, вклад, стоимость жизни одного человека;

t – число лет  до вступления в активную трудовую деятельность (например, 20).

В стоимость жизни одного человека включаются следующие показатели: стоимость физиологических потребностей взрослого человека; расходы на одежду, обувь, содержание жилища, транспортные расходы, удовлетворение культурных потребностей (газеты, телевидение, книги и т. д., телефон и т.д.); расходы на образование, здравоохранение и другие.

Положив в основу потребности взрослого человека, следует их условно дифференцировать по возрастным периодам: до 5 лет включительно – 25%; от 6 до 12 лет включительно – 50%; от 13 до 15 лет включительно – 80%; от 16 до 20 лет включительно –100%.

С учетом дифференциации потребностей по возрасту сначала рассчитывается средний ежегодный авансированный человеческий капитал при условии полного физиологического нормативного обеспечения, а затем определяется суммарный человеческий капитал работника в 20-летнем возрасте с учетом дисконтирования.

Существенным преимуществом данного подхода является процедура дисконтирования. Именно она позволяет учесть склонность людей выше оценивать определенную сумму денег в настоящее время, чем такую же сумму в будущем.

Известна и другая модель формирования человеческого капитала. Используя в качестве базовой модели производственную функцию Кобба-Дугласа, Туроу Л. предложил следующую модель производства человеческого капитала[49]
,                                                                           (2.2)
где HC – произведенный человеческий капитал;

K – физический капитал;

HCx – вложения человеческого капитала;

P – природные ресурсы;

EA – экономическая способность различных индивидов.

Из формулы 2.2 видно, что данный подход к оценке человеческого капитала опирается не только на вложения в него, но и учитывает состояние других, не мене значимых величин (состояние физический капитала, природных ресурсов), определяющих развитие экономики, а, следовательно, и развитие человеческого капитала.

Однако для того чтобы разрешить проблему достоверной оценки разноуровневых и межсистемных эффектов от использования человеческого капитала, наукой и практикой было разработано большое количество разнообразных измерителей. Наиболее универсальные (сквозные) из них входят в третью группу методик оценки человеческого капитала, которые ориентированы на расчеты относительных показателей (индексов, рангов и пр.), очень удобных для сравнительных исследований.

В настоящее время наиболее часто применяются:

-        индекс развития  человеческого потенциала;

-        индекс интеллектуального потенциала общества;

-        показатель величины человеческого капитала на душу населения;

-        коэффициент жизнеспособности населения и ряд других.

Таким образом, каждая из описанных групп методов оценки процессов формирования и развития человеческого капитала имеет определенные достоинства и недостатки. Поэтому, чтобы определить наиболее оптимальный подход к оценке состояния человеческого капитала, необходимо сравнить все выше перечисленные методики. Для удобства сравнение выполнено в виде таблицы (см. Приложение 2).

2.2. Системные диспропорции региональной структуры и их влияние на формирование и использование человеческого капитала региона

В последние десятилетия во многих государствах, в том числе и в Российской Федерации, наблюдается регионализация социальных и экономических процессов. Все в большей степени функции регулирования этих процессов переходят от центральных уровней государственной власти к субфедеральным. Отличительной особенностью российской экономики является то, что все ее трансформационные стадии теснейшим образом вплетены в территориальную специфику.

Регионализация экономики в сфере формирования и использования  человеческого капитала, являющегося основополагающим элементом национального богатства страны и социально-экономического потенциала региона, проявляет себя в том, что на различных территориях, с их геополитическим, геостратегическим и социально-экономическим своеобразием, формируются свои уникальные проблемы, что актуализирует необходимость проведения исследований на этом направлении в различных регионах.

Отметим, что достаточно сложной является ситуация и на российском Дальнем Востоке. Это связано, прежде всего, с тем, что большинство дальневосточных регионов - территории проблемного типа, характерной особенностью которых является высокий уровень нестабильности всех его подсистем. На неустойчивость жизнедеятельности населения влияет неразвитость таких элементов региональной системы, как: социально-инфраструктурный, природно-ресурсный, территориальный, географический и инвестиционный потенциал, специализация региональной экономики, низкий уровень жизни и т.д. Различные асимметрии между элементами человеческого капитала, его качественными и количественными характеристиками формируются под воздействием особенностей внешней среды, своеобразие которой в динамике определяется результатами взаимодействия элементов региональной системы (см. Рисунок 7).


Рисунок 7. Взаимодействие между региональной системой и человеческим капиталом региона

Как отмечалось выше состояние человеческого капитала на уровне региона определяется такими показателями, как: демографические и социально-экономические.

С позиции демографических показателей особенного внимания заслуживают такие составляющие, как: численность населения, проживающего на территории области, число родившихся и число умерших на территории области, показатели механического прироста (убыли) населения, половозрастная структура населения.

На демографическое развития существенное влияние оказывают объективные и субъективные факторы и условия. Являясь составной частью Дальнего Востока, демографическое состояние Еврейской автономной области имеет некоторые особенности. Прежде всего, это связано с более поздним заселением территории, ее отдаленностью от центральной части России, достаточно суровыми природно-климатическими условиями, не достаточно благоприятной социально-экономической обстановкой.

Начиная с 90-х годов XX века обнаруживается комплекс негативных явлений в сфере воспроизводства населения. В области начинает сокращаться численность населения. За период с 1995 по 2005 год численность населения ЕАО значительно снизилась, причем такая динамика была достаточно устойчивой. Так, если в 1995 году численность населения составляла 207,2 тыс. человек (в 1989 году население области составляло еще 215,9 тыс. человек), то в 2005 году этот показатель составил 188,755 тыс. человек (сокращение численности населения составило 18, 4 тыс. человек). На рисунке 8 представлена динамика численности населения ЕАО.

Динамика и размещение городского и сельского населения в области отражает исторический процесс повышения роли городов в развитии общества, который охватывает изменения в размещении производительных сил, прежде всего в расселении населения, его социально-профессиональной, демографической структуре, образе жизни культуре и т.д. Доля горожан в общей численности населения составляет 66,6%.

Изменения в численности городского населения находятся под воздействием трех компонентов: естественное воспроизводство населения, миграция и преобразования сельских населенных пунктов в городские (или городских в сельские). В Еврейской автономной области первые два компонента всегда являлись ведущими, но их значимость была различной в отдельные периоды экономического развития области. 


Рисунок 8. Динамика численности населения ЕАО (1995 – 2005 гг.)

В 90-е годы XX века стали нарастать тенденции снижения рождаемости, вызванные, прежде всего, негативными явлениями в социально-экономическом развитии.

На рисунке 9 представлены показатели рождаемости, смертности и естественного прироста населения на территории Еврейской автономной области. 

В 1990-е годы в ЕАО, так же как и в целом в Дальневосточном регионе,  «сформировалась новая модель репродуктивного поведения: распространение более рациональной с экономической точки зрения стратегии брачного поведения (повышение возраста вступления в брак, отказ от брака, популярность неформального брачного союза и т.п.) и откладывание рождений в браке (включая первого ребенка) до достижения определенных материальных стандартов в интересах повышения своего социального статуса»[50]. 


Рисунок 9. Рождаемость, смертность и естественный прирост населения ЕАО (1995 – 2005 гг.)

С точки зрения беккерианской теории объяснение снижения рождаемости следующее: семья выбирает между количеством и качеством детей, то есть состоянием здоровья, уровня образования, профессиональной подготовки и т.д. В известной мере качество и количество взаимозаменяемы. В данном случае действует своеобразный мультипликационный эффект, когда сокращение спроса на рождение детей повышает их качество. В то же время, экономический рост повышает нормы отдачи образования и, тем самым, стимулирует спрос на качество детей. Такое взаимодействие между количественным и качественным спросом на детей лежит в основе рационального поведения семьи. В нашем случае такое взаимодействие вряд ли можно считать повсеместным, однако необходимо учитывать при региональном управлении социальными процессами.

Важно отметить, что ухудшение экономической ситуации и социальная напряженность на территории области зачастую являются причиной отказа от второго и третьего ребенка. По косвенной оценке демографов, почти 100% женщин в России контролируют число рождений. Это позволяет предположить, что возврат к нормальному воспроизводству демографической составляющей человеческого капитала в ближайшем будущем маловероятен.

Вторым важнейшим демографическим процессом является смертность, которая в демографии рассматривается как процесс вымирания поколений. Смертность относится к естественному движению населения, она, наряду с рождаемостью, значительное влияние оказывает на демографическое развитие[51].

В динамике смертности и продолжительности жизни населения Еврейской автономной области в 90-е годы XX века прослеживается устойчивое снижение показателей. Так, если в 1995 году на 1000 жителей приходилось 13,8 умерших, то в 2004 году этот показатель составил 17,0.

Отражение тенденции показателя естественного прироста населения Еврейской автономной области на фоне всех регионов нашей страны можно увидеть на рисунке 10.



 
 




Увеличение смертности отмечается практически по всем классам причин смертности. Исключение составляют следующие причины: болезни органов дыхания и самоубийства. В то же время с 1995 по 2004 годы значительно увеличилась смертность от случайных отравлений алкоголем (в 7 раз).
Рисунок 10. Естественный прирост  населения РФ (1990 и 2003 гг.)

Наибольшую озабоченность вызывают данные, отражающие смертность населения в трудоспособном возрасте. Так, если в 1995 году из общего числа умерших человек 38% составляли люди в трудоспособном возрасте, то в 2004 году этот показатель увеличился до 41%. Основной причиной смерти в данной возрастной группе, как отмечает статистика, являются случайные отравления алкоголем.

Некоторые авторы[52] отмечают, что рост смертности жизнеспособной части населения наиболее значителен в тех регионах, областях, где более остро протекали кризисные процессы в экономике. В связи с этим рост смертности они объясняют не только прохождением демографической волны, образованной вхождением в возраст естественной смертности значительного контингента мужчин предвоенных лет рождения, но и влиянием кризисных факторов. В том, что именно социально обусловленная смертность определяет различия регионов с разным типом населения, можно убедиться непосредственно из анализа роста смертности от неестественных причин[53].

Смертность по причине убийств и самоубийств, несчастных случаев на работе и в быту, безусловно, является показателем неблагополучия социальной ситуации. В последнее десятилетие ее рост наблюдается практически во всех регионах России, а также на северо-востоке и большинстве регионов Сибири и Дальнего Востока, где это обусловлено крайне резким падением качества жизни и условий труда.

Одним из наиболее чувствительных показателей социальных условий жизни населения и служб здравоохранения является младенческая смертность. Степень изменчивости младенческой смертности в регионах зависит от уровня экономического развития территорий.

В последние годы отмечается положительная динамика в структуре причин младенческой смертности: снижение смерти детей от управляемых и относительно управляемых причин - болезней новорожденных на 23%. Структура причин младенческой смертности представлена в таблице 5.

Таблица 5

Структура причин младенческой смертности



1995

2000

2001

2002

2003

2004



Всего, человек

Умершие в возрасте до 1 года от всех причин

62

38

41

43

51

49

в том числе:

от инфекционных и паразитарных болезней

13

1

2

3

2

3

От болезней органов дыхания

4

2

6

8

5

4

от болезней органов пищеварения

1

1

-

1

-

2

Продолжение таблицы 5

от врожденных аномалий (пороков развития), деформаций и

хромосомных нарушений

5

10

4

7

6

5

от состояний, возникающих в перинатальном периоде

29

18

22

15

24

23

от несчастных случаев, отравлений и травм

8

4

6

6

8

7

Источник: составлено по: Статистический ежегодник ЕАО, 2005 г.

Негативные последствия кризиса в социально-экономической сфере существенно отразились на заболеваемости населения Еврейской АО. За период с 1995 по 2004 годы существенно возросла распространенность болезней, имеющих социальный характер.

За рассматриваемый период возросла смертность от болезней системы кровообращения, расстройства питания, нарушения обмена веществ, инфекционных и паразитарных болезней. Стабильно растет смертность от неестественных причин, то есть от несчастных случаев, отравлений и травм (см. рисунок 11).

К приоритетным группам риска, которые обусловливают повышение смертности, относятся мужчины молодого и среднего трудоспособного возраста и женщины от 55 до 70 лет.

Основными факторами роста смертности населения не только в Еврейской автономной области, но и Дальнего Востока в целом отмечаются следующие:

-       резкое падение уровня жизни большинства населения, фактическое обнищание наименее социально защищенных слоев населения и семей с детьми;



Рисунок 11. Смертность населения по основным классам
причин смерти


-       реформы здравоохранения и коммерциализации сферы медицинских услуг, ставших недоступными большинству обедневшего за годы реформ населения;

-       резкое снижение эффективности системы санитарно-эпидемиологического контроля;

-       ликвидация государственной монополии на производство и продажу, и, как следствие, интенсивная алкоголизация, а также наркотизация населения;

-       ослабление системы охраны и контроля за условиями труда;

-       дальнейшее ухудшение экологической обстановки в связи с резким сокращением расходов на природоохранные мероприятия[54].
Демографическая составляющая человеческого капитала определяется не только действием таких динамических факторов, как рождаемость и смертность. Важным элементом человеческого капитала региона является миграция. Важность этой составляющей состоит в том, что оценка миграционных потоков позволяет выявить социально-демографические проблемы формирования человеческого капитала в регионе. В таблице 6 представлены данные, отражающие миграционные потоки Еврейской автономной области. На рисунке 11 представлена диаграмма, отражающая миграционное движение ЕАО за период 2000 – 2005 гг.

Таблица 6

Миграционное движение населения Еврейской автономной области
(1995 – 2005 гг., чел.)




1995 г.

2000 г.

2001 г.

2002 г.

2003 г.

2004 г.

2005 г.

Число прибывших в ЕАО, чел.

9913

5525

5143

4748

4551

3832

3603

Число выбывших из ЕАО, чел.

14038

6220

5418

4803

4697

3952

4450

Миграционный прирост, убыль (-), чел.

-4125

-695

-275

-55

-146

-120

-847

Источник: Статистический ежегодник Еврейской автономной области: Стат. сб. В 2 ч., ч. 1 /Еврстат. – Биробиджан, 2005. - 203 с.

В январе-августе 2005 года число выбывших из области превысило число прибывших на 666 человек (в январе-августе 2004 г. - на 75 человек). На формирование отрицательного сальдо миграции в настоящее время влияют в основном перемещения населения с другими регионами России.

Важно отметить, что на протяжении всех последних десятилетий сохранялась ситуация, когда число прибывающих в область уменьшалось более высокими темпами, чем число выбывающих. Как следствие, в 1992 году впервые сальдо миграции приобрело отрицательное значение (-1,9 тыс. человек).



Рисунок 12. Миграционное движение населения ЕАО
(2000 – 2005 гг.)


В последующие годы, при сохранении общей тенденции, ее динамика претерпевала существенные изменения. Если своей самой высокой отметки отрицательное сальдо миграции достигло в 1999 году (-2,8 тыс. человек), то в последующие годы ситуация стала заметно смягчаться, и в 2001 и 2002 годах сальдо миграции по области составило -0,3 и -0,1 тыс. человек соответственно. Всего за период между переписями населения 1989 и 2002 годов в результате миграционного обмена Еврейская автономная область потеряла более 23 тыс. человек.

Миграционная убыль населения началась с 1992 года. С этого периода суммарная миграционная убыль составила более 23 тыс. человек. На формирование отрицательного сальдо миграции влияли в основном перемещения со странами дальнего зарубежья (Израиль, Германия), доля которых в миграционной убыли составила более 90%.

Тревогу вызывает возрастной состав мигрантов. Так, территорию ЕАО «покидает» население в трудоспособном возрасте. В 2004 году из числа выбывших доля лиц в трудоспособном возрасте составила 72,3%. В таблице 7 отражена возрастная структура мигрантов.

Таблица 7

Возрастной состав мигрантов

Годы

Всего,

человек

в том числе в возрасте:

моложе трудоспособного

трудоспособном

старше трудоспособного



Прибывшие

1995

7611

1702

5182

522

1998

6030

1202

4227

601

1999

6020

1191

4255

574

2000

5525

1153

3757

615

2001

5143

956

3599

588

2002

4748

868

3399

481

2003

4551

774

3324

453

2004

3832

635

2779

418



Выбывшие

1995

9026

2179

6028

672

1998

7888

1790

5413

685

1999

8846

1889

6124

833

2000

6220

1328

4281

611

2001

5418

1036

3815

567

2002

4803

895

3495

413

2003

4697

852

3381

464

2004

3952

717

2860

375

Источник: составлено по: Население Еврейской автономной области. Статистический сборник, 2005 г.

Существует комплекс факторов, обусловивших отток населения из ЕАО в 1990-е годы. Изначально – это распад СССР (стали формироваться потоки «обратных» мигрантов). В ходе радикальной смены хозяйственного механизма произошло свертывание многих производств, оказавшихся в новых экономических условиях нежизнеспособными. Поэтому усложняющаяся ситуация в области занятости, низкая оплата труда и неудовлетворительные условия труда, жилищные и другие проблемы явились в условиях экономической нестабильности главными причинами повышения миграционной подвижности населения и его оттока из региона.

Существенные изменения происходили и в возрастной структуре населения. Так, доля лиц моложе трудоспособного возраста в численности всего населения  в 2005 году составляла 66% по сравнению с уровнем 1995 года. В тоже время увеличилась доля лиц в трудоспособном возрасте. На рисунке 13 представлена возрастная структура населения ЕАО.

Анализ структурных сдвигов внутри группы лиц трудоспособного возраста отражает следующие тенденции: за рассматриваемый период возросла доля лиц в возрасте 25 – 29 лет (31,4%), но также произошло снижение уровня населения в группе 35 -39 лет (67%). Приведенные данные свидетельствуют, в целом, о неблагоприятной ситуации с точки зрения демографической составляющей человеческого капитала на территории области. В перспективном периоде не предполагается роста населения в возрасте моложе трудоспособного. Следовательно, вырисовывается весьма негативная картина демографической составляющей человеческого капитала – неизбежное нарастание темпов сокращения населения за счет сужения его воспроизводственной базы.


Рисунок 13. Возрастная структура населения ЕАО
(1995 – 2005 гг.), тыс. чел.


Сокращение населения в возрасте моложе  трудоспособного – это на перспективу уменьшение населения в репродуктивном возрасте, сокращение экономически активного населения со всеми вытекающими отсюда социальными последствиями.

Анализ естественного движения населения, общих итогов миграции и возрастного состава мигрантов позволяет определить следующие последствия:

1.      Деформируется возрастно-половая структура населения.

2.      Население «стареет». В ЕАО так же как в Приморском, Хабаровском краях и в Амурской области средний возраст населения опережает среднерегиональный показатель и составляет 35,0 лет (в 2004 году).

3.      Сокращается численность экономически активного населения.

4.      Увеличивается демографическая нагрузка на занятое население.

5.      Миграция будет продолжать функцию количественного дополнения естественной потери населения, тем самым ускорять сокращение общей численности проживающих в регионе.

Анализ демографической составляющей человеческого капитала Еврейской автономной области отражает неблагоприятную ситуацию. На территории ЕАО, как и в других регионах Дальнего Востока, практически с 1991 года отсутствуют позитивные моменты в формировании населения как за счет миграции, так и естественного воспроизводства; разрушаются основы народонаселения региона, сформированные в течение многих десятилетий с большими трудностями и издержками. Все эти моменты имеют важное значение для стратегии развития любой территории.

По мнению специалистов в области демографии очевидным становится, что «демографический потенциал Дальнего Востока недостаточен для создания здесь более или менее сплошной экономической и поселенческой структуры»[55]. Еврейская автономная область исключением не является.

До сих пор ни экономический рост, ни программные заявления государства относительно развития Дальнего Востока не оказывают заметного влияния на демографическую ситуацию в Дальневосточном регионе. Численность населения стремится к состоянию гистерезиса – устойчивой численности на минимальном уровне. И результат неизбежно будет именно таков, если миграционно - демографические процессы в регионе по-прежнему останутся вне сферы конструктивной экономической и социальной политики[56].

Дальневосточные ученые отмечают, что «для создания на российском Дальнем Востоке равных условий жизни, сравнимых с базовыми регионами страны, необходимо, чтобы общий фонд материальных благ и услуг в расчете на одного жителя превышал среднероссийский уровень в 1,4 – 1,6 раза. Создание же преимуществ, как показывают имеющиеся расчеты, потребуют превышения в 1,7 – 1,9 раза[57]. 

Система социально-экономических показателей, отражает не только состояние человеческого капитал, но и условия его формирования.

Социальное пространство России (ее регионов) неоднородно. Имеются резкие различия в уровне заработной платы и доходов, структуре расходов населения, уровне и структуре занятости, пенсионному обеспечению и т.д.). Следовательно анализ состояния человеческого капитала на основе социально-экономических показателей представляется необходимым элементом исследования.

Обострение социально-экономического положения исследуемого региона связано не только с изменениями, происходящими в России, но и с особенностями региона. К естественным причинам расслоения региональной системы можно отнести сложные процессы перехода к рыночной системе. Так, например, после 1991 года в крупных городах рыночные отношения, структуры и институты складывались намного более высокими темпами, чем на периферии. В результате чего возникли огромные диспропорции в экономическом потенциале регионов.

Динамику развития региона во многом определяет характер сложившейся специализации. Так, спад промышленного производства в 90-е годы в Еврейской автономной области привел к утрате традиционных рынков сбыта в результате сокращения покупательной способности населения и конкуренции с импортной продукцией.   

Региональная дифференциация в социально-экономических показателях вызвана и природно-климатическими различиями. Воздействие природно-климатических условий отражается на расходах, необходимых для поддержания жизни - величине прожиточного минимума.

Состояние доходов населения Еврейской автономной области можно оценить следующим образом: формально уровень среднедушевых номинальных доходов населения ЕАО, как и в целом по Дальнему Востоку, в течение всего реформенного периода оставался выше среднего по стране. Это отражало естественный факт наличия сильной инерции в области политики регулирования доходов. Эта политика на Дальнем Востоке всегда строилась на компенсационной основе, то есть предполагалось, что денежные выплаты и льготы в регионе должны были компенсировать тяжелые природно-климатические условия, отдаленность, сравнительно низкий уровень инфраструктурной обеспеченности. Компенсационный принцип формирования номинальных доходов вполне соответствовал теоретической концепции, согласно которой размер заработной платы (которая являлась и является основным источником денежных доходов населения в регионе) определяется стоимостью рабочей силы, то есть величиной затрат на ее воспроизводство в конкретном месте и в конкретное время[58].

Начиная с 1997 года ЕАО как и другие южные районы Дальнего Востока теряет преимущество высоких денежных доходах даже в номинальном выражении.

Так, показатель денежных доходов населения показывает, что официальные среднедушевые денежные доходы населения ЕАО ниже, чем по РФ в целом и ДВФО. Главной причиной, естественно, является отставание темпов экономического роста, специфика функционирования рынка труда (его локализованность), а также особенности структуры производственных издержек в регионе. Более высокая доля затрат на материалы и комплектующие, особенно повышенные удельные затраты на энергию и транспорт, при сравнительно низкой рентабельности обусловили отставание темпов роста номинальной заработной платы в регионе.

Состояние данного показателя свидетельствует о возможности населения осуществлять инвестиции в человеческий капитал, процессах его накопления на территории региона, а также позволяет отразить как внутри, так и внерегиональную мобильность населения. Так, меньшая величина доходов в сравнении с регионами ДВФО и России приводит к утечке высококвалифицированных кадров из Еврейской автономной области.

Охарактеризуем состояние доходов населения за 1995 – 2005 гг. На протяжении всего исследуемого периода времени размер денежного дохода жителя ЕАО стабильно увеличивался. Среднедушевые денежные доходы населения (в месяц) за период 1995 – 2005 гг. возросли в 15 раз (в 1995 г. они составляли 416,1 руб., а в 2005 году – 6256,2 руб.). Однако в данном случае необходимо делать поправку на имевшие место инфляционные процессы, которые в пересчете всех данных в сопоставимых ценах несколько изменяют ситуацию.

Анализ данных, отражающих уровень заработной платы по отраслям экономики, показывает, что со значительным отрывом от других сфер деятельности в области лидирует отрасль «финансы, кредит, страхование, пенсионное обеспечение» в 4 – 7 раз превышая уровень заработной платы, сложившийся в таких отраслях, как: промышленность, сельское хозяйство, образование, здравоохранение и других структурообразующих сферах. С точки зрения стратегии развития региона такая дифференциация заработной платы является неоправданной.

Распределение населения по величине среднедушевых денежных доходов отражает относительно равномерное соотношение (см. Таблицу 8). С одной стороны, это хорошо, так как характеризует относительную меньшую социальную напряженность в регионе. Но с другой стороны, это же свидетельствует о сравнительно низком уровне доходов в регионе и о том, что высокие доходы «вымываются» за пределы области.

Таблица 8

Распределение населения по величине среднедушевых денежных доходов
(в процентах)




2002

2003

2004

Все население

100

100

100

В том числе со среднедушевыми денежными доходами, руб. в месяц:

_

_

_

до 1000,0

7,8

3,1

1,6

1000,1 – 1500,0

14,0

7,8

4,7

1500,1 – 2000,0

15,4

10,8

7,5

2000,1 – 3000,0

25,1

22,4

18,2

3000,1 – 4000,0

15,5

17,7

16,9

4000,1 – 5000,0

9,0

12,4

13,4

5000,1 – 7000,0

8,2

13,8

17,4

свыше 7000,0

5,0

12,0

20,3

Источник: составлено по: Статистический ежегодник Еврейской автономной области, 2005 г.

Отрицательным фактором, оказывающим влияние на процесс формирования человеческого капитала, является структура расходов населения. Последняя отражает перераспределение средств в пользу первичного потребления. В этот же период произошло значительное увеличение общей суммы расходов населения, в том числе на такие основные составляющие человеческого капитала, как образование и здоровье (см. Приложение 3).

Например, оплата услуг системы образования выросла в среднем в 23,22 раза в период 1995 – 2004 гг. (с 3791 тыс. руб. в 1995 г. до 88017 тыс. руб. в 2004 г.). Расходы на путевки в санатории, дома отдыха, туризм и медицинские услуги, т.е. на здоровье, также увеличились в данный период времени, но, по сравнению с расходами на образование, в меньшей степени – в 10,5 раза (с 13799 тыс. руб. в 1995 г. до 144871 тыс. руб. в 2004 г.). В это же время произошло значительное увеличение расходов населения на покупку товаров, оплату жилищно-коммунальных и бытовых услуг – соответственно в 9,84 раза; в 21,08 раза и 8,96 раза.

Характеризуют состояние человеческого капитала и показатели трудовой активности населения и структуры его занятости. В данном случае следует отметить, что величина экономически активного населения, занятого в экономике за 1995 – 2005 гг. увеличивалась на 4,8 тыс. чел. (с 78,9 тыс. чел. до 83,7 тыс. чел.). Общий темп роста за исследуемый период составил 6,08%. Это значит, что с каждым годом все больше людей получали возможность повысить уровень своих профессиональных знаний и навыков, тем самым, повышая и уровень качества человеческого капитала области.

Положительно повлияли на качество человеческого капитала ЕАО и произошедшие  изменения в отраслевой структуре занятости населения области. На протяжении 10-ти лет наблюдался рост численности занятых в сфере услуг, который в значительно большей степени опережал увеличение численности занятых в материальном производстве в 2000 – 2005 гг. С 1995 г. по 2000 г. в Еврейской автономной области численность занятых в сфере материального производства стабильно снижалась, общее ее сокращение за этот период составило 8,3 тыс. чел. Темп роста среднегодовой  численности занятых в материальном производстве за 2000 – 2005 гг. составил 10,98%, что уступает темпу роста среднегодовой численности занятых в сфере услуг как за этот период – 15,66%, так и в целом за 1995 – 2005 гг. – 20,84%. Данный процесс имеет очень большое значение для повышения качества человеческого капитала нашего региона, так как сфера услуг всегда характеризовалась наличием высококвалифицированного труда
(см. Таблицу 9).

Таблица 9

Численность экономически активного населения Еврейской автономной области, занятого в экономике, в 1995 – 2005 гг., тыс. чел.



1995 г.

2000 г.

2002 г.

2003 г.

2004 г.

2005 г.

Экономически активное население

97

94

95,7

93

91,2

91,2

в том числе:

занятые в экономике, тыс. чел.

78,9

71,2

77,2

79,9

82,1

83,7

в том числе:













занятые в сфере материального производства, тыс. чел.

33,8

25,5

26,7

27,9

28,3

29,2

занятые в сфере услуг, тыс. чел.

45,1

45,7

50,5

52

53,8

54,5

Источник: составлено по Труд и занятость в Еврейской автономной области: Стат. сб. ТО Росстата по ЕАО 2005 г. – 83 с.; Статистический ежегодник Еврейской автономной области: Стат. сб. В 2 ч., ч. 1 / Еврстат. – Биробиджан, 2005. – 203 с.

Однако, весь положительный эффект от этого явления перекрывается катастрофической ситуацией, сложившейся на региональном рынке труда. Она заключается, прежде всего, в огромном несоответствии объемов спроса и предложения рабочей силы. Достаточно привести следующие статистические данные. «В 1995 г. в органы управления федеральной государственной службы занятости населения по ЕАОобратилось по вопросу трудоустройства 7749 чел., в то время как потребность в работниках, заявленная предприятиями и организациями в государственную службу занятости, составила 116 чел. В начале 2005 г. ситуация выглядела так: 9180 чел. хотели получить работу и 562 чел. смогли устроиться на работу. Причем, все больше растет спрос на труд рабочих профессий, а не высококвалифицированных специалистов: с 40,52% (1995 г.) до 59,25% (2005 г.)»[59]. И хотя в 1995 г. удалось найти работу 44,7% чел.; в 2000 г. – 68,5% чел.; в 2005 г. – 76,9% чел. из числа искавших, все же остается группа безработного населения, понижающая качество человеческого капитала ЕАО и тормозящая его дальнейшее развитие.

Наконец, рассмотрим наиболее значимые показатели, характеризующие человеческий капитал в образовательной сфере. Это показатели общего среднего, профессионального среднего и  высшего уровня образования населения Еврейской автономной области и образовательной структуры занятых в экономике. «По данным Всероссийской переписи населения 1989 г. в ЕАО на 1000 чел. в возрасте от 15 лет и более приходилось 164 чел. с общим средним образованием; 205 чел. с профессиональным средним образованием; 77 чел. с профессиональным высшим образованием. Всероссийская перепись населения 2002 г. показала увеличение данных показателей: в 2002 г. в ЕАО на 1000 чел. в возрасте от 15 лет и более насчитывалось 172 чел. с общим средним образованием; 270 чел. с профессиональным средним образованием; 97 чел. с профессиональным высшим образованием[60].

Изменения в уровне образования связаны, с одной стороны, с вхождением в возрастную группу 15 лет и более многочисленного поколения родившихся в первой половине 80-х годов прошлого столетия, большая часть которого продолжала повышать свой образовательный уровень, с другой, усилением внесемейных ценностных ориентаций молодежи и, в первую очередь, женщин. Современное общество предъявляет достаточно жесткие требования к качеству личности, стимулируя повышать свой образовательный уровень.

В целом, несмотря на такую положительную направленность, качество уровня образования человеческого капитала нашей области за период 1989 – 2002 гг. можно оценить как среднее. Но в последнее время наблюдается значительное увеличение численности населения, получающего высшее профессиональное образование («численность студентов в высших учебных заведениях за 1995 – 2005 г. увеличилась почти в 4 раза: в 1995 г. она была равна 1587 чел., а в 2005 г. стала 6375 чел.»[61]. Причем численность учащихся в средних специальных учебных заведениях в 2005 г. уменьшилась на 5,2%, по сравнению с данными 1995 г. Однако, начиная с 2000 г. число студентов, получающих среднее специальное образование стало ежегодно увеличиваться. Но все же темпы этого роста за 2000 – 2005 гг. (4,49%: «2000 г. – 3629 чел.; 2005 г. – 3792 чел.»[62] намного отстают от стремительного увеличения числа учащихся в высших учебных заведениях. Следовательно, данное явление можно рассматривать как фактор, заметно повышающий качество человеческого капитала Еврейской автономной области.

Численность занятых в экономике с высшим профессиональным образованием за период с 2000 по 2004 гг. сократилась на 3,7% (с 18,4% до 14,7%); численность занятых в экономике со средним профессиональным образованием за период с 2000 по 2004 гг. сократилась на 12,8% (с 33,3% до 20,5%); в тоже время произошло увеличение числа занятых со средним (полным) общим образованием с 19,3% в 2000 г. до 32,9% в 2004 г. Данный факт также свидетельствует о негативных явлениях с точки зрения качественного состава человеческого капитала области (см. Таблицу 10).

Таблица 10

Распределение численности населения Еврейской автономной области, занятого в экономике, по уровню образования в 2000 – 2004 гг., в процентах



2000 г.

2002 г.

2003 г.

2004 г.

Население, имеющее высшее профессиональное образование, %

18,4

16,2

19,1

14,7

Население, имеющее среднее профессиональное образование, %

33,3

24,2

23,4

20,5

Население, имеющее среднее (полное) общее образование, %

19,3

28,3

26,2

32,9

Источник: составлено по Труд и занятость в Еврейской автономной области: Стат. сб. ТО Росстата по ЕАО 2005 г. – 83 с.

Таким образом, основываясь на исследовании каждого составляющего элемента человеческого капитала и степени его влияния на состояние изучаемой категории, мы пришли к выводу, что тенденции развития большинства рассмотренных показателей свидетельствуют о неблагоприятном их влиянии на качественные и количественные характеристики человеческого капитала. Поэтому с данной точки зрения состояние человеческого капитала Еврейской автономной области за 1995 – 2005 гг. значительно ухудшилось и требует немедленного вмешательства и устранения накопившихся проблем. 

Следует отметить, что условия формирования и развития человеческого капитала в регионе зависят не только от уровня доходов населения, но и от развитости отраслей социальной сферы, основу которой составляют жилищно-коммунальное хозяйство, здравоохранение и образование.

Анализ данных, отражающих ситуацию в социальной сфере, носит лишь «статистически» благополучный характер. Так, например, происходивший в течение 1990-хгодов отток населения способствовал росту уровня жилищной обеспеченности оставшегося в Еврейской автономной области населения. Жилище, включенное в систему коммунального и бытового обслуживания населения, составляет среду обитания человек, определяющую качество жизни. В условиях рыночной экономики жилище выступает как товар длительного пользования. Оно индуцирует широкий дополнительный спрос и стимулирует развитие многих отраслей экономики. Будучи дорогим товаром, жилье является одним из важнейших факторов стимулирования сбережений населения, формирования инвестиционных ресурсов.

В Биробиджане жилье не строилось с 1994 года. В 2002 году начали достраивать «замороженные» объекты, а в 2005 году шло возведение восьми жилых домов. Важно отметить, что это не только бюджетное строительство, но, в большей мере, строительство с использованием долевых паев как будущих жильцов, так и предпринимателей города.

На каждого жителя в ЕАО в целом приходится 20,1 м2 (по Дальнему Востоку этот показатель составляет 19,8 м2). Однако качество этого жилья существенно уступает среднероссийским стандартам. При высокой стоимости жилья и сравнительно низких не только реальных, но и номинальных денежных доходах доступность жилья остается низкой.

Состояние системы здравоохранения, являющееся одним из условий формирования и развития человеческого капитала региона может быть охарактеризовано такими показателями, как: обеспеченность населения лечебно-профилактическими учреждениями, врачами, коечным фондом и др. (см. Таблицу 11).

Таблица 11

Ресурсные показатели здравоохранения ЕАО


1995

2000

2002

2003

2004

Численность врачей всех специальностей –всего, человек


761

691

669

659

664

Число врачебных учреждений, оказывающих амбулатоpно-поликлиническую помощь населению

44

35

39

39

38

Число коек (вpачебных и акушеpских) для беpеменных женщин и pожениц

183

125

118

122

126

Источник: составлено по: Статистический ежегодник Еврейской автономной области, 2005 г.

Формально нагрузка на одного врача в области существенно ниже, чем во многих сопредельных странах. В республике Корея, например, этот показатель в 3,5 раза выше, чем на Дальнем Востоке и в Забайкалье; в Китае – в 3 раза, в Японии – в 2,6 раза, в США – в 2 раза.

Обеспеченность населения коечным фондом области, несмотря на сокращение его абсолютной численности, остается на уровне выше среднего. Вместе с тем, интенсивность использования коечного фонда не достаточно высокая. Среднее число дней занятости койки в году по сравнению с 1990 годом несколько увеличилось, однако остается ниже среднего уровня на 7-10%. Средняя длительность одного случая госпитализации увеличилась до 16.3 дней при нормативной длительности 14.2 дня. Однако, учитывая сложные природно-климатические условия области, отдаленность многих населенных пунктов от районных центров,  вопросы количества и качества медицинского обслуживания остаются крайне сложными.

Третий показатель условий формирования и развития человеческого капитала региона – состояние системы образования. Государственные, региональные и индивидуальные расходы на образование являются одним из важнейших видов инвестиций в человеческий капитал. Прямые вложения в человеческий капитал (расходы на образование) способны увеличивать его объем. Проведенные в различных странах исследования неоднократно подтверждают взаимообусловленность экономики и уровня образования.

В качестве измерителя объема инвестиций в человеческий капитал можно принимать среднее количество лет, затраченных на получение образования активным населением страны к началу данного года. Мерой же полезного эффекта может быть принят прирост национального дохода или чистой прибыли, полученной с лагом в несколько лет. Нетрудно видеть изначальное ограничение данных подходов, вместе с тем подобные подходы позволяют увидеть ситуацию в первом приближении[63].

Детальный анализ статистических данных, отражающих функционирование сферы образования на территории области, свидетельствует как о положительных, так и отрицательных тенденциях в этой области (см. Таблицу 12).
Таблица 12

Основные показатели образования (на конец года)



1995

1997

1999

2001

2003

2004

Детские дошкольные учреждения

117

101

81

67

65

66

Учреждения начального профессионального образования

8

8

9

9

9

9

Средние специальные учебные заведения

6

6

6

6

5

5

Высшие учебные заведения

1

1

1

1

1

1

Численность детей, учащихся (студентов, на конец года), человек













Учреждения начального профессионального образования

8460

6915

5517

5778

6207

6283

Средние специальные учебные заведения

4028

4087

3511

3876

3797

3792

Высшие учебные заведения

1587

1829

3230

5653

6600

6375

Источник: составлено по: Паспорт Еврейской автономной области, 2005

Устойчивая положительная динамика наблюдается в уровне образования как мужчин, так и женщин. Одна из причин, объясняющая данный факт, состоит в следующем: число лиц с высшим образованием увеличивается, а число лиц со средним профессиональным образованием – снижается. Так, с 1995 по 2004 годы на территории Еврейской АО увеличилось не только количество высших учебных заведений (с учетом открывшихся филиалов ВУЗов РФ), но и количество обучающихся в них студентов. Если в 1995 году в областном вузе (без учета филиалов высших учебных заведений других регионов РФ) обучалась 1,6 тыс. студентов, то в 2004 году их численность составила 6,4 тыс.

Ситуация со средними учебными заведениями выглядит не так благополучно. В частности, по сравнению с 1995 годом сократилось и количество средних учебных заведений, и количество обучающихся в них студентов. Это характеризует тенденцию нехватки лиц со средним профессиональным образованием для различных отраслей экономики области и перепроизводством невостребованных специалистов с высшим образованием.

Такая тенденция не может рассматриваться положительно с точки зрения состояния, формирования и эффективности использования человеческого капитала на территории области. В частности, это отражается на соотношении спроса и предложения труда, их диспропорции. 

Объяснение данной ситуации, на взгляд автора, носит институциональный характер. Причина состоит в том, что в 90-е годы произошел так называемый «провал» системы профессионально-технической подготовки (во время перестройки люди не стремились получать образование, многие занимались торговлей). Во второй половине 90-х годов XX века сформировалось общественное мнение относительно престижности таких специальностей, как: юрист, экономист, аудитор, бухгалтер, программист и т.п. Такое общественное мнение приобрело форму института, определяющего профессиональный выбор современных абитуриентов.

В то же время наблюдается значительное сокращение числа дошкольных учреждений. Так, если в 1995 году на территории области функционировало 117 дошкольных образовательных учреждений, то в 2004 году их число сократилось до 66. Учитывая наметившуюся тенденцию увеличения рождаемости, как в областном центре, так и в муниципальных образованиях области, нетрудно заметить напряженность с местами в дошкольных образовательных учреждениях. Так, например местные СМИ отмечали, что на 1 августа 2005 года ситуация с местами в дошкольные учреждения выглядела следующим образом: на 486 мест в детских садах города Биробиджана претендовали порядка 1800 малышей.

Одним из главных стоимостных показателей состояния человеческого капитала в образовательной сфере является доля расходов на образование в валовом внутреннем продукте. Обращает на себя внимание положительная динамика роста расходов консолидированного бюджета Еврейской АО на социально-культурные мероприятия (в 1,35 раза за истекшее десятилетие) и более высокие темпы роста расходов на образование (в 1,5 раза). Образовательная емкость ВВП в 2001 г. составила 6,6%. Отметим, что в настоящее время наиболее развитые страны тратят свыше 10% ВВП на нужды образования, а страны со средним уровнем развития – от 4 до 7% в составе ВВП. Эти показатели являются порогом эффективности, который позволяет обеспечивать экономический рост на инновационной основе. Если по образовательной емкости ВВП ЕАО соответствует требованиям инновационного оборота человеческого капитала для стран со средним уровнем развития, то по структуре образования – явно отстает от этих требований.

Во множестве исследований доказано, что общий уровень образования никак не влияет на уровень квалификации и незначительно отражается на результатах труда. Вместе с тем у работников с более высоким уровнем образования значительно повышаются требования к условиям и содержанию труда…что предопределяет и более высокую вероятность возникновения диспропорций в структуре занятости, прежде всего в таких его сферах, которые в больших объемах требуют неквалифицированный и малоквалифицированный труд[64].

На протяжении всего пореформенного периода, как в России, так и в ее регионах происходили существенные сдвиги в спросе на труд, которые, в свою очередь, привели к значительным изменениям в отраслевой структуре занятости. Наблюдалось оживление экономической активности в ряде сервисных секторов, в первую очередь сферах, связанных с обслуживанием формирующегося рынка, и перераспределением занятых из сферы материального производства в сервисные сектора.

Динамика численности занятых в сферах производства товаров и производства услуг имеет явную тенденцию к перераспределению трудовых ресурсов из первичного и вторичного секторов в сектор услуг как для России, так и для Дальнего Востока. Однако если в России и на Дальнем Востоке этот процесс происходил на фоне общего снижения численности занятых в экономике, то в Еврейской автономной области – на фоне увеличения численности занятых в экономике.

На основании вышеизложенного можно отметить следующие выводы:

1.      Демографическая составляющая человеческого капитала Еврейской автономной области свидетельствует о неблагоприятной тенденции. Так, рост численности населения трудоспособного возраста и дальнейшее снижение показателя демографической нагрузки можно ожидать до 2006 года. Впоследствии в трудоспособный возраст начнут вступать поколения 90-х годов рождения, когда началось резкое снижение рождаемости, а выходить из этого возраста – многочисленные поколения родившихся в послевоенный период. Это приведет к снижению численности населения трудоспособного возраста и росту числа и удельного веса лиц старших возрастных групп, что обусловит, в свою очередь, рост показателя демографической нагрузки.

2.      В результате предшествующего демографического развития наступила и продолжает усиливаться депопуляция населения. Сформировавшиеся тенденции в области естественного и миграционного движения населения предопределяют дальнейшее сокращение численности населения области.

3.      Социально-экономическая компонента человеческого капитала отражает с одной стороны положительную динамику в процессе формирования человеческого капитала Еврейской автономной области, с другой – негативную, что выражается в несоответствии доходов населения с величиной прожиточного минимума, диспропорциями на рынке труда и т.д.

4.      Любые расчеты, связанные с оценкой человеческого капитала или эффективности инвестиций в человеческий капитал, неминуемо сталкиваются с проблемой достоверности статистических данных или отсутствия данных.

5.      Человеческий капитал конкретного региона обладает определенными особенностями, которые формируются посредством взаимодействия и взаимовлияния различных элементов региональной системы (экономических, социальных, инфраструктурных и т.д.). Эти особенности проявляются в трансформации элементов человеческого капитала (их количественных и качественных характеристик), в степени их востребованности (следовательно, и эффективности использования человеческого капитала).

6.      Проведенный покомпонентный анализ региональной системы позволил выделить наиболее существенные элементы, воздействующие на формирование человеческого капитала региона (см. Рисунок 14):


Рисунок 14. Факторы и условия формирования человеческого
капитала региона


7. Сложившаяся региональная организация пока не в полной мере обеспечивает воспроизводство и капитализацию ключевого актива – человеческих ресурсов. Это выражается, как показано выше, в дестабилизации (низком уровне) качества жизни населения, их сильной стратификации по данному показателю.

Способом, позволяющим оценить состояние человеческого капитала отдельного региона или страны в целом, принято считать подход на основе расчета ИРЧП. В соответствии с методологической установкой, описанной в предыдущем параграфе, для определения ИРЧП необходимо рассчитать такие показатели, как:

-        индекс ожидаемой продолжительности жизни населения;

-        индекс уровня образования населения;

-        индекс уровня жизни для населения.

Все необходимые для расчета перечисленных показателей данные представлены в таблице 13:

Таблица 13

Данные, необходимые для расчета ИРЧП

Показатели

1995 г.

2000 г.

2002 г.

2003 г.

2004 г.

2005 г.

Продолжительность жизни населения, лет

61

63

61

61

59

59

Грамотность среди взрослого населения, %

95,04

95,04

98,81

98,81

98,81

98,81

Доля учащихся среди населения в возрасте от 7 до 24 лет, %

79,69

77,15

79,93

78,01

76,64

73,31

Номинальный ВРП на душу населения, руб.

5699,3

18963

35288

45181

53935

66032

Индекс потребительских цен (ИПЦ) (декабрь к декабрю предыдущего года) %

244,6

116,9

119,9

114,5

112,1

111,2

Реальный ВРП на душу населения, руб.



2330,1

16222

29431

39459

48113

59381

Источник: составлено по Статистический ежегодник Еврейской автономной области: Стат. сб. В 2 ч., ч. 1 /  Еврстат. – Биробиджан, 2005. – 203 с.; Население Еврейской автономной области от переписи до переписи:  Аналитическая записка ТО Росстата по ЕАО, 2005 г.; Образование и культура в Еврейской автономной области: Стат. сб. / Еврстат. г. Биробиджан, 2005 г.; http:// www.eao.ru/?p=477

Индекс ожидаемой продолжительности жизни (J
1
) устанавливается в минимальном и максимальном значении в интервале от 25 до 85 лет.

В 1995 г. индекс продолжительности жизни населения ЕАО был равен:

,                                                                       

где цифра 61 обозначает продолжительность жизни в целом в 1995 г.; 25 – минимальное значение продолжительности жизни; 85 – максимальное значение продолжительности жизни.

В 2000 г. средняя продолжительность жизни населения области составила 63 года. Тогда индекс ожидаемой продолжительности жизни населения ЕАО соответственно был равен J1 = 0,633.

В 2005 г. средняя продолжительность жизни населения области составила 59 лет. Отсюда следует, что индекс ожидаемой продолжительности жизни населения ЕАО был равен J1 = 0,567.

Получается, что в целом индекс ожидаемой продолжительности жизни (J1) населения ЕАО за 1995 – 2005 гг. незначительно, но снизился (на 0,03), что свидетельствует о "деградации" данной составляющей человеческого капитала. Хотя на протяжении 1995 – 2000 гг. наблюдался рост данного показателя.

Индекс уровня образования (J2) – на 2/3 производно от грамотности среди взрослого населения, на 1/3 – от совокупной доли учащихся (тоже от 0% до 100%) среди населения в возрасте от 7 до 24 лет и колеблется от 0% до 100%.

Достоверные данные, отражающие уровень грамотности населения, может дать только перепись. Последние по времени переписи проводились в стране в 1989 и 2002 гг. Установлено, что грамотность населения в 1989 г. составила 95,04%, а в 2002 г. – 98,81%.

Совокупная доля учащихся начальных, средних, средних специальных и высших учебных заведений среди населения в возрасте от 7 до 24 лет включительно составила в 1995 г. – 79,69%; в 2000 г. – 77,15%; в 2005 г. – 73,31%.

Следовательно, индекс уровня образования населения ЕАО в 1995 г. был равен:

.

Индекс уровня образования населения ЕАО в 2000 г. был равен:

.

Индекс уровня образования населения ЕАО в 2005 г. был равен:

.

Таким образом, в целом, изменение величины индекса уровня образования ЕАО в 1995 – 2005 гг. свидетельствует о положительной направленности социальных процессов в нашем регионе. Но, в то же время с 1995 г. до 2002 г. произошло увеличение данного показателя (J2) до 0,925, а затем он стал постепенно уменьшаться. Объяснить это снижение можно высокими темпами сокращения численности населения Еврейской автономной области, значительно опережающими темпы роста численности населения, получающего образование.

Показателем, обобщающим уровень благосостояния и достигнутого населением региона качества жизни, является реальный валовой региональный продукт (ВРП), приходящийся на душу населения и исчисляемый в долларах ППС.

«Индекс уровня жизни (J3) зависит от реального душевого ВРП и устанавливается в пределах от 40000 долл. ППС. При величине, большей «пороговой» (5100 долл.), устанавливается полезность душевого ВРП и проводится дисконтирование. Если дисконтируются 40000 долл., то это даст величину, равную 5448 долл. ППС»[65].

Согласно расчетам, произведенным по данным областного Комитета статистики относительно номинального уровня ВРП на душу населения и ИПЦ за соответствующий год и представленным в таблице,  реальный ВРП на душу населения в 1995 г. в ЕАО оценивался в 2330,05 руб. Паритет покупательной способности в 1995 г. составлял 2653 руб. за 1 долл. В таком случае в долларах ППС скорректированный душевой ВРП составлял 0,88 долл. ППС (). Поскольку эта величина не превышает порогового значения, равного 5120 долл. ППС, то дисконтировать душевой доход не нужно. В таком случае индекс реального ВРП на душу населения (в долларах ППС) равен:

,

где 0,88 (долл. ППС) – величина скорректированного душевого ВРП Еврейской автономной области за соответствующий год (1995 г.);

5448 (долл. ППС) – величина дисконтированных 40000 долл.

Для удобства все необходимые данные и полученные результаты относительно индекса уровня жизни населения ЕАО за 1995 – 2005 гг. представлены в таблице 14:

Таблица 14

Необходимые данные и расчеты по индексу уровня жизни



1995 г.

2000 г.

2002 г.

2003 г.

2004 г.

2005 г.

Реальный ВРП на душу населения, руб.

2330,05

16222,16

29431,61

39459,39

48113,3

59381,44

ППС за 1 доллар, руб.

2653

8,9

9,5

15,1

14

13

Скорректированный душевой ВРП, долл. ППС

0,88

1822,71

3098,06

2613,2

3436,66

4567,8

Сравнение с пороговым значением – 5120 долл. ППС

<5120

<5120

<5120

<5120

<5120

<5120

J3 – индекс уровня жизни

-0,01

0,32

0,56

0,47

0,62

0,84

Источник: составлено по http://www.tspu.tula.ru/res/geosid/liveinrussia/ g5_3.htm; http://www.info.kna.ru/main.dll?dir=3&firm=2802&level=2&m1_id=2.

Из произведенных расчетов видно, что за 10 лет (с 1995 г. по 2005 г.) произошло увеличение индекса уровня жизни населения ЕАО на 0,85.

ИРЧП (HDI), как мы уже отмечали, представляет собой простое среднее индекса ожидаемой продолжительности жизни (J
1
), индекса достигнутого уровня образования (J
2
) и индекса уровня жизни населения (J
3
).

Таким образом, ИРЧП ЕАО в 1995 г. был равен:

.

Соответственно, ИРЧП ЕАО в 2000 г. был равен:

.

ИРЧП ЕАО в 2005 г. составил:

.

Для удобства результаты расчетов всех индексов по каждому году нашего научного исследования представим в виде таблицы 15.

Таблица 15

Индексы, характеризующие состояние человеческого капитала Еврейской автономной области в 1995 – 2005 гг.

Индексы

1995 г.

2000 г.

2002 г.

2003 г.

2004 г.

2005 г.

Индекс ожидаемой продолжительности жизни (J1)

0,6

0,633

0,6

0,6

0,567

0,567

Индекс уровня образования (J2)

0,899

0,89

0,925

0,919

0,9142

0,9031

Индекс уровня жизни населения (J3)

-0,01

0,32

0,56

0,47

0,62

0,84

Индекс развития человеческого потенциала (ИРЧП=HDI)

0,496

0,614

0,695

0,663

0,7004

0,77

Сопоставляя полученный с помощью предложенных расчетов результат с принятой шкалой значений, можно отметить, что в 2005 г. ЕАО по уровню ИРЧП следует относить к регионам со средним уровнем жизни населения.

В книге «Культура народов Причерноморья»[66] Андрианова В.В. предложила и рассчитала величину человеческого капитала Крыма с помощью метода калькуляции затрат на воспроизводство рабочей силы, на определение стоимости человеческого капитала, аккумулированного за период от рождения человека до его совершеннолетия и начала трудовой деятельности.

Необходимо отметить, что, делая оценку стоимости человеческого капитала за 1995 – 2005 гг. в рублях, нужно учитывать величину инфляционных процессов, поэтому будем применять метод дисконтирования. Экономисты нашей страны определили наиболее точным коэффициентом дисконтирования для описания тенденции роста экономики России, ее массы прибыли, темпов роста доходности, воспроизводства жизненных благ за длительный  период (20 лет) как 5%.

Следовательно, стоимость человеческого капитала будет определяться расходами среднедушевого человека на питание, одежду, обувь, содержание жилья, транспортные расходы, культурно-зрелищные и духовные потребности человека, а также непосредственно его расходами и расходами государства на одного человека на здравоохранение, образование, воспитание, начиная с детского возраста по формуле 2.1.

Согласно предложенной формуле, необходимо рассчитать:

-        стоимость физиологических потребностей взрослого человека;

-        расходы одного человека на содержание жилья, транспортные расходы, удовлетворение культурных потребностей (газеты, телевидение, книги и т.д., телефон и т.д.);

-        среднедушевые расходы на образование, здравоохранение и другие из государственных фондов.

Необходимые для расчетов данные по Еврейской автономной области представим в таблице 16. Но, в силу отсутствия статистической информации за 2005 г., касающейся рассматриваемого вопроса, исследуемый период будет сокращен (1995 – 2004 гг.).

Таблица 16

Среднедушевые денежные расходы населения и расходы (на душу населения) консолидированного бюджета Еврейской автономной области
за 1995 – 2004 гг., руб.




1995 г.

2000 г.

2002 г.

2003 г.

2004 г.

Среднедушевые расходы населения:











покупка товаров и оплата услуг

3423,1

11350,57

22646,17

29187,96

38025,24

в том числе:











покупка товаров

2968,01

9354,42

18821,81

24376,99

31893,07

оплата услуг

455,09

1996,16

3824,36

4810,98

6132,17

в том числе:











оплата жилищных, коммунальных услуг и услуг гостиниц

104,31

631,1

1556,29

1967,04

2400,55

оплата бытовых услуг

60,22

306,55

431,27

502,74

589,02

оплата услуг системы образования

18,3

133,34

301

385,76

463,84

Продолжение таблицы 14

расходы на путевки в санатории, дома отдыха, туризм и медицинские услуги

66,6

403,05

573,2

663,93

763,45

услуги на кино, театры и другие зрелища

7,48

21,93

42,24

64,83

71,62

оплата транспортных услуг

120

221,98

443,09

581,79

990,14

оплата услуг связи

56,57

232,96

415,4

557,45

739,49

прочие услуги

21,62

45,24

61,85

87,44

114,06

Расходы (на душу населения) консолидированного бюджета на социально-культурные мероприятия

0,76

2,66

6,1

7,03

8,4

Источник: составлено по Денежные доходы и расходы населения Еврейской автономной области: Стат. сб. ТО Росстата по ЕАО, 2005 г. – 46 с.; Здравоохранение в Еврейской автономной области: Ст. сб. / Еврстат. г. Биробиджан, 2005 г. –  55 с.
Отсюда следует:

-        за стоимость физиологических потребностей взрослого человека Еврейской автономной области мы примем среднедушевые расходы на покупку товаров;

-        за расходы одного человека на содержание жилья, транспортные расходы, удовлетворение культурных потребностей (газеты, телевидение, книги и т.д., телефон и т.д.) – сумму оплаты жилищных, коммунальных услуг и услуг гостиниц, оплаты бытовых услуг, расходов на кино, театры и другие зрелища, оплаты транспортных услуг и оплаты услуг связи;

-        за среднедушевые расходы на образование, здравоохранение и другие – сумму оплаты одного человека услуг системы образования, расходов на путевки в санатории, дома отдыха, туризм и медицинские услуги и расходов (на душу населения) консолидированного бюджета ЕАО на социально-культурные мероприятия.

Согласно подходу Андриановой В.В., потребности взрослого человека следует условно дифференцировать по возрастным периодам: до 5 лет включительно – 25%; от 6 до 12 лет включительно – 50%; от 13 до 15 лет включительно – 80%; от 16 до 20 лет включительно –100%.

Исходя из указанных выше утверждений, получаем (см. Таблицу 17):

Таблица 17

Среднедушевые расходы (по видам) населения и расходы (на душу населения) консолидированного бюджета Еврейской автономной области
за 1995 – 2004 гг., руб.




1995 г.

2000 г.

2002 г.

2003 г.

2004 г.

1)       стоимость физиологических потребностей взрослого человека

2968,01

9354,42

18821,81

24376,99

31893,07

2)       расходы одного человека на содержание жилья, транспортные расходы, удовлетворение культурных потребностей

348,57

1414,53

2888,3

3673,85

4790,82

3)       среднедушевые расходы на образование, здравоохранение и другие

84,89

536,39

874,21

1049,69

1227,29

 – капитал, вклад, стоимость жизни одного человека

3402,24

11308

22590,42

29107,56

37919,58

*1А до 5 лет включительно (25%)

850,56

2827

5647,61

7276,89

9479,89

2А от 6 до 12 лет включительно (50%)

1701,12

5654

11295,21

14553,78

18959,79

3А от 13 до 15 лет включительно (80%)

2721,79

9046,4

18072,34

23286,05

30335,66

4А от 16 до 20 лет включительно (100%)

3402,24

11308

22590,42

29107,56

37919,58

Далее необходимо рассчитать средний авансированный человеческий капитал при условии полного физиологического нормативного обеспечения, т.е. среднюю  величину стоимости человеческого капитала за год для индивида любого возраста до 20 лет, учитывая при этом, что стоимость жизни одного человека с возрастом меняется. Для этого воспользуемся формулой 2.4.
,                                             (2.4)
где Ср. аванс. Hk – средняя  величина стоимости человеческого капитала за год для индивида любого возраста до 20 лет;

А1 – стоимость жизни одного человека в возрасте до 5 лет включительно;

А2 – стоимость жизни одного человека в возрасте от 6 до 12 лет включительно;

А3 – стоимость жизни одного человека в возрасте от 13 до 15 лет включительно;

А4 – стоимость жизни одного человека в возрасте от 16 до 20 лет включительно.

Чтобы найти конечную величину стоимости человеческого капитала индивида в 20-летнем возрасте за год, необходимо рассчитать суммарный человеческий капитал индивида в 20-летнем возрасте за год с учетом дисконтирования (5%) по формуле 2.5.
.                                                           (2.5)
Следовательно, согласно формуле 2.4, средний авансированный человеческий капитал, например, в 1995 г., составил:
 руб.
Отсюда, согласно формуле 2.5, суммарный человеческий капитал индивида в 20-летнем возрасте с учетом дисконтирования (5%) в 1995 г. был равен:
 руб.
Таким образом, произведенные расчеты показали, что стоимость человеческого капитала населения в 20-летнем возрасте Еврейской автономной области за 1995 – 2004 гг. выросла в 10 раз. Произошло это в результате стремительного увеличения стоимости жизни одного человека – в 11 раз. Так, в числе этого, в 10,7 раза выросли расходы населения на удовлетворение физиологических потребностей; в 13,7 раза – расходы населения на содержание жилья, транспортные расходы, удовлетворение культурных потребностей; в 14,5 раза – оплаты населением  услуг системы образования и здравоохранения; в 10 раз – расходы консолидированного бюджета ЕАО на социально-культурные мероприятия.

На основе проведенного исследования отметим:

1.      С точки зрения анализа системы количественных и качественных характеристик человеческого капитала Еврейской автономной области, состояние данной экономической категории нашего региона в 1995 – 2005 гг. значительно ухудшилось и требует немедленного вмешательства и устранения накопившихся проблем. Тенденции развития большинства рассмотренных демографических и социально-экономических показателей в этот период (1995 – 2005 гг.) свидетельствуют о неблагоприятном их влиянии на качественные и количественные характеристики человеческого капитала.

2.      Согласно подходу, предложенному специалистами ПРООН и основанному на использовании показателя Индекса развития человеческого потенциала (ИРЧП), Еврейскую автономную область по состоянию ее человеческого капитала, в целом, следует отнести к регионам со средним уровнем жизни населения (ИРЧП изменялся от 0,614 до 0,77; интервал  принадлежит интервалу ). Но, в 1995 г. состояние человеческого капитала нашего региона характеризовало ЕАО как субъект с низким уровнем жизни (ИРЧП=0,496; 0,496<0,5). Следовательно, состояние человеческого капитала Еврейской автономной области  за 1995 – 2005 гг. значительно улучшилось – ИРЧП увеличился на 0,274.

Сравнивая между собой названные два подхода по масштабам охвата наиболее значимых характеристик человеческого капитала, можно отметить, что первый способ оценки состояния человеческого капитала является более развернутым. Он учитывает такое количество показателей социально-экономического положения населения, т.е. качество жизни населения, которое позволяет определить, в конечном итоге, общее состояние человеческого капитала и возможности его дальнейшего формирования и развития. Второй же подход, основанный на расчете ИРЧП, также пытающийся охватить основные социально-экономические показатели, характеризующие состояние человеческого капитала и одновременно влияющие на него, мы считаем более узким. Узость данного способа оценки состояния человеческого капитала заключается в том, что он не отражает всего многообразия и богатства реальной жизни людей и довольно поверхностно затрагивает главные составляющие человеческого капитала. Так, например, образование как один из основных элементов человеческого капитала рассматривается, с точки зрения данного подхода, только исходя из определения уровня грамотности взрослого населения и доли учащихся в возрасте до 24 лет. При этом не учитывается структура каждой из перечисленных величин. Например, грамотным можно назвать человека с высшим образованием, а можно – и получившего только среднее (полное) общее образование, однако качество человеческого капитала от этого будет заметно варьировать. К тому же подход с использованием ИРЧП абсолютно упускает из виду, например, демографические показатели, которые определяют численность непосредственных носителей человеческого капитала – людей. Подход на основе анализа системы качественных и количественных характеристик человеческого капитала, в отличие от предыдущего, учитывает намного больше величин, определяющих состояние человеческого капитала.

3.      Наконец, количественная оценка человеческого капитала Еврейской автономной области в 1995 – 2004 гг. по методу Андриановой В.В. – на основе калькуляции затрат на воспроизводство человеческого капитала – показала следующие результаты. Стоимость человеческого капитала на протяжении 9-ти лет (с 1995 г. по 2004 г.), стремительно увеличивалась (в 10 раз). Это связано, прежде всего, с изменением уровня цен в регионе и «статистически благополучными данными», отражающими уровень жизни населения области.

2.3. Методические проблемы воспроизводства человеческого капитала на региональном уровне

Рассматривая инвестиции в человеческий капитал мы, прежде всего, имеем ввиду процесс его формирования. Формирование человеческого капитала, являясь одной из стадий воспроизводства, достаточно сложный вопрос как с теоретической, так и с практической точек зрения. Методология воспроизводства человеческого капитала пока еще не создана, точнее – не описана в полном объеме. Это объясняется, во-первых, тем, что границы человеческого капитала не вполне очерчены (например, включать ли в его состав такие элементы, как ценностные ориентации, состояние физического и психического здоровья и т.д.), во-вторых, многие составляющие человеческого капитала не поддаются количественному измерению (например, установки и мотивации человека), в то время как емкость человеческого капитала рассчитывают в рублях (или долларах) по двум – трем показателям: норма отдачи от уровня образования различного типа, производительность общественного труда, величина (или удельный вес) инвестиций в человеческий капитал в экономических и социальных сферах (образование, публичные блага, здравоохранение и т.п.).

Такая методика расчета емкости человеческого капитала приближена к методу исчисления «индекса развития человеческого потенциала» (ИРЧП), где используют три важнейших показателя, отражающих условия жизни и возможности развития человеческого потенциала.

«Человеческий потенциал» и «человеческий капитал» одинаковы по значению общего признака – величина запаса знаний, опыта и т.д. Скажем, ИРЧП включает в себя среднюю величину дожития населения страны до определенного среднестатистического возраста, уровень доходов в расчете на душу населения в условных потребительских единицах и численность молодежи, охваченной всеми формами обучения в возрасте до 25 лет.

Что касается качества человеческого капитала, то, кажется, эту проблему экономисты – теоретики намеренно обходят в силу ее неразрешимости на уровне макропоказателей. Действительно, качество национального человеческого капитала вряд ли можно выразить количественно. Его измерение возможно только с помощью качественных показателей. Например, величина (доля) ВВП на одного работающего, величина трудовой жизни, соотношение затрат и отдачи от общего и профессионального образования, от частоты переходов и переподготовки работников на рабочих местах, численность безработных в разрезе социально-экономических классов, страт, квалификационных групп и т.д. Эти статистические показатели можно индикативным методом сгруппировать в более общие. Но здесь возникает вопрос: насколько методологически верно производить генерализацию частных показателей в общие (индексы) если они между собой коррелируются слабо или вообще не коррелируются?

Методология призвана установить (наряду с основными принципами и методами научного анализа) нормы, правила, которые обеспечивают и универсальность, и проверяемость, и результативность любого научного исследования.

Методология человеческого капитала (Шульц, Беккер) основана на принципе приоритета человеческих качеств по отношению к технологии и капиталу. Утверждая, что человеческий капитал – главное условие общественного прогресса, главный фактор производства, Л. Туроу, Т. Шульц, Г. Беккер и другие теоретики заложили основы институциональной экономики. Ее сторонники расширяют рамки (границы) воспроизводства рабочей силы до воспроизводства жизни, здоровья, знаний, информации не только работника, но и человека с его сложной иерархией ценностей, мотивов; социальным опытом, общих и специальных знаний. Особое значение с точки зрения институциональной экономики придается таким институтам, как образование, рынок, собственность.

Процессы воспроизводства человеческого капитала в ближайшие десятилетия будут иметь для российской экономики в целом и отдельно для ее регионов существенное, а может быть, и решающее значение. Среднесрочный прогноз в этой области должен стать неотъемлемой составной частью разработки государственной и региональной экономической стратегии. При этом решающую роль должны сыграть не столько рутинные расчеты прогнозных количественных значений материально-вещественных или финансовых показателей, сколько точность и глубина оценок предстоящих качественных изменений, в частности, динамики воспроизводственных процессов в социально-трудовой сфере.

Воспроизводство человеческого капитала является многомерным, многоуровневым процессом и как всякий процесс представляет собой сцепление стадий, фаз перехода из одного состояния в другое. Априорное «разбиение» процесса воспроизводства на отдельные стадии – фазы необходимо не только с точки зрения «удобства» анализа, но, прежде всего – для построения логики, стратегии анализа теоретических конструкций – гипотез.

Придерживаясь так называемой нисходящей стратегии анализа, которая предполагает переход «видения» от концептуальной теоретической схемы (в нашем случае – это модель – структура человеческого капитала, схема стадий – фаз процесса его воспроизводства и т.д.) мы выделяем такие стадии, как:

-       формирование (производство) человеческого капитала;

-       накопление (аккумуляция);

-       фаза распределения (диффузия);

-       использование (потребление).

Можно предположить, что на каждой стадии - фазе и на каждом уровне воспроизводства действуют свои особые закономерности. Одной из задач нашего исследования и является описание закономерностей, присущих формированию и использованию человеческого капитала на региональном уровне.

С точки зрения институциональной экономики, на фазе производства человеческого капитала наибольшую роль играют институты семьи, государство (школы, вузы, спорт, медицина и т.д.). На фазе накопления запаса человеческого капитала приоритет принадлежит институтам собственности, рынка, информационным технологиям, банкам и т.д. На стадии распределения и использования человеческого капитала в механизме воспроизводства участвуют, пожалуй, все общественные и государственные институты (кроме, может быть, института образования): семья и СМИ, фирмы (предприятия) и банки, частные и государственные, экономические и политические институты, словом, все сообщества, организации и учреждения, вызывающие перетоки (миграции) рабочей силы, возрастание или затухание трудовой активности, увеличивая или сокращая рыночный труд, свободное и рабочее время. Поэтому важнейшими методологическими принципами изучения (анализа) процесса воспроизводства человеческого капитала является принцип соответствия (выделено курсивом нами) функций социальных институтов целям каждой его фазы: экономичность или рациональность; долговременность (перспективность или краткосрочная эффективность, отдача), скорость или степень нагрузки, гуманность, универсальность или специализация.

Анализируя процесс воспроизводства человеческого капитала, прежде всего, необходимо использовать функциональный подход. Смысл данного подхода кратко можно изложить следующим образом: социальные, экономические и другие институты (как государственные, так и негосударственные) выполняют определенный набор функций: передача знаний, обучение, обеспечение жизненных средств, перераспределение рабочей силы (рынок рабочей силы), поддержание трудоспособности рабочей силы и т.д. Одновременно, каждый общественный институт в силу изменений внешних или внутренних (структурная перестройка) факторов могут переживать деструктивное, точнее – дисфункциональное состояние. При этом наблюдается усиление одних и ослабевание других функций, наложение их друг на друга (вплоть до поглащения). К примеру, функция нравственного воспитания подготовки к труду в институте начального (школьного) образования ослаблена в результате гипертрофии функции обучения, передачи знаний. Не случайно во многих странах в настоящее время (США, Франция) в средних школах вводится 2-х – 3-х летнее профессиональное обучение. В России же наблюдается тенденция роста доли молодежи с начальным и неполным средним образованием. Однако ранняя профессионализация имеет и своих противников. Так, известный специалист по проблемам образования И.И. Шабатин в своей статье «Образование как главный резерв общества» пишет: «Курс на раннюю профессионализацию лишает образование его главной социальной функции: воспроизводства интеллектуального потенциала»[67]. С этим утверждением нельзя не согласиться, если учесть такой факт – в передовых странах мира, по данным ЮНЕСКО, после средней школы продолжают обучение в различных типах учебных учреждений свыше 80% выпускников, а в России – 40 - 45%.

Очевидно, что воспроизводственные процессы (в том числе воспроизводство человеческого капитала) протекают на разных, частично пересекающихся, частично – автономных уровнях, которые прямо связаны с главными субъектами - участниками, поддерживающими эти процессы, выполняя свои основные функции. Можно выделить следующие уровни воспроизводства человеческого капитала, увязывая их с институтами (семья, государство, рынок, образование) с одной стороны, и с пространственными рамками, с другой.

Наиважнейший уровень – поселенческий, так как именно здесь происходит концентрация усилий, а, следовательно, и условий для формирования и воссоздания человеческого капитала, его накопления и использования. Городские и сельские поселения любого типа (поли – и монофункциональные, наукограды и станицы, портовые и высокогорные и т.п. и т.д.) схожи в одном: все они выполняют функцию обеспечения воспроизводства человека, населения, человеческого капитала, рабочей силы (все это одновременно) с большим или меньшим успехом, располагая большими или меньшими ресурсами (в том числе воспроизводственными).

Следующий уровень – территориальный, включающий в себя социально-экономические образования самого различного типа и вида: это и крупные экономические районы, и регионы в виде субъектов РФ (республики, края, АО), и локальные зоны, комплексы (ТПК, ТТК и т.п.). Не случайно межрегиональные различия столь активно обсуждаются и ангажируются, создается «новая» региональная статистика, в центре внимания которой находятся знаменитый ВРП и не менее знаменитый среднедушевой доход. Но если учесть, что до недавнего времени многие статистические данные в территориальном разрезе вообще отсутствовали (в том числе ВРП), то можно считать большой подвижкой изменения в статистико–информационной базе.  

Микрорегиональный уровень воспроизводства человеческого капитала заслуживает особого внимания и рассмотрения по двум немаловажным обстоятельствам: во-первых, он (этот уровень) в отечественных научных изысканиях специально не выделяется до сих пор, что подтверждает отсутствие этой «темы» в экономической теории. Во-вторых, микроуровень воспроизводства человеческого капитала в полной мере еще не функционирует и существует скорее как потенциальный ресурс.

Вывод авторов монографии «Пространственные трансформации в российской экономике» (часть II, стр. 94) о том, что «…воспроизводственные процессы стали все больше замыкаться в рамках территориальных экономических подсистем»[68] безусловно, верен, но с одной поправкой: не только в рамках экономических подсистем, систем (комплексов) - субъектов Федерации, но и перемещаются на поле таких территориальных социально-экономических образований как округа, муниципалитеты, территориальные корпорации.

Процесс воспроизводства носит глобальный, всеохватывающий характер: орудия труда, работники, капитал (физический, человеческий, социальный и др.), социальные институты, общественные нормы и стереотипы поведения постоянно возобновляются и изменяются одновременно. Воспроизводятся и рыночные отношения, и функции общественных институтов, и территориальная организация общества, хотя очевидно, что возобновление запасов человеческого капитала, капитала социального или физического осуществляется с разной степенью интенсивности, с неодинаковыми циклами, захватывает разные субъекты, участвующие в данном процессе. Воспроизводство человеческого капитала осуществляется в большем или меньшем объеме в зависимости от иерархии экономических и социальных институтов (государство и семья; центральные и периферийные банки и рынки), от степени упорядоченности, синхронности функционирования государственных и негосударственных учреждений, предприятий, институтов.

Можно с уверенностью утверждать, что временные циклы воспроизводства человеческого капитала – формирование, накопление, использование (износ) также различны в зависимости от степени интенсивности или стагнации, уровня экономического и социального потенциала территории.

С точки зрения методологии анализа (оценки) эффективности воспроизводственных процессов их типологизация необходима, на наш взгляд, прежде всего с целью определения способов и рычагов регулирования (оптимизации) применительно к каждому типу (и уровню).

Одной из методологических проблем является проблема измеряемости и неизмеряимости качества человеческого капитала и рабочей силы как одной из его форм. На эту проблему в свое время обратили внимание Р.Дж. Эренберг и Р.С. Смит, исследуя источники различий в стоимости рабочей силы и оплате труда. В частности, анализируя факторы дискриминации на рынке рабочей силы, эти ученые выдвинули тезис о том, что наряду с измеряемыми источниками различий в зарплате наемных работников – образование, возраст и стаж, имеются и неизмеряемые признаки и характеристики: психо-эмоциональная устойчивость, прирожденные способности[69]. К этим признакам можно, видимо, добавить и такие, как опыт и трудовая мотивация, которые также влияют на реальную и потенциальную производительность, а значит и на эффективность использования человеческого капитала.

Существующие ныне методики определения производительности труда (соотношение прибыли и фондовооруженности, фондоотдача и др.) не позволяют измерить уровень эффективности использования человеческого капитала. Макроэкономические показатели (напр., такие как величина ВВП или ВРП на душу населения) не могут дать ответ на вопрос, насколько эффективно используется человеческий капитал в рамках города, региона или отрасли, не говоря уже о профессионално-квалификационных группах. Между тем, фактов о несоответствии движения физического (денежного) капитала и человеческого, несоответствия квалификации работников и рабочих мест предостаточно.

К сожалению, мы не смогли произвести такой анализ в силу отсутствия статистических и оперативных данных на предприятиях. Хотелось бы только отметить, что предлагаемая американскими учеными модель измерения человеческих ресурсов на уровне фирмы может и имеет прагматический смысл, но вряд ли достаточно хорошо методологически обоснована. Базовым критерием этой модели является эквивалентность между стоимостью рабочей силы (первоначальные издержки фирмы на приобретение и обучение новых работников плюс восстановительные издержки – выходные пособия, простой рабочих мест, снижение производительности) и стоимостью ожидаемых доходов от труда и услуг новых работников.

Можно смело утверждать, что заработная плата не отражает рыночную цену рабочей силы, а ее изменение не влияет на объем спроса, на труд. В какой-то мере снижение или рост зарплаты отразится лишь на уровне занятости.

Указанные выше методологические концептуальные подходы позволяют сформулировать следующее:

-       оплата труда наемных работников в условиях несовершенного рынка рабочей силы не отражает качество и потенциал человеческого капитала;

-       высокий оборот рабочей силы (примерно 45-49%) не является показателем ее мобильности и не повышает степень использования человеческого капитала;

-       наблюдаемый рост неквалифицированной рабочей силы приводит к снижению ценности человеческого капитала;

-       низкая конкурентоспособность рабочей силы (особенно во вторичном секторе) приводит к снижению конкуренции на отраслевых и региональных рынках рабочей силы и дискриминации по заработкам, профессиям (профессиональная сегрегация);

-       региональные и местные рынки рабочей силы носят закрытый и латентный характер, что приводит к повышению дискриминации наемных работников со стороны работодателей.


ГЛАВА 3. МЕТОДЫ ЭФФЕКТИВНОГО ФОРМИРОВАНИЯ И ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО КАПИТАЛА НА УРОВНЕ РЕГИОНА (НА ПРИМЕРЕ ЕВРЕЙСКОЙ АВТОНОМНОЙ ОБЛАСТИ)

3.1. Оценка масштабов инвестиций в человеческий капитал за период с 1995 г. по 2005 г. (на примере ЕАО)

В ходе проводимого нами исследования мы выяснили, что состояние человеческого капитала зависит от условий его формирования и развития. Главным условием является процесс вложений в человеческий капитал, т.е. инвестирование. В результате осуществления инвестиций в человеческий капитал повышается производительность труда, следовательно, растут доходы населения, что, в свою очередь, ведёт к увеличению социальной отдачи от таких вложений, а в конечном итоге – к перспективному  экономическому росту национальной экономики. Кроме этого, вложения в человека имеют ценность непосредственно для отдельного индивида, поскольку расширяют его кругозор, обеспечивают ему возможность самореализации, способствуют его материальному благополучию и здоровому образу жизни.

Как было отмечено в первой главе работы, осуществлять инвестиции в человеческий капитал может государство (правительство), негосударственные общественные фонды и организации, регионы, отдельные фирмы, домохозяйства (индивиды), международные фонды и организации, а также образовательные учреждения. Таким образом, процесс вложений в человека происходит на макро-, мезо-, микроуровне и в мировом масштабе, при котором каждый субъект, их осуществляющий, преследует свои цели. Например, на  макроуровне правительство тратит государственные средства на социально-культурную сферу экономики, поскольку «уверено, что здоровое и хорошо образованное население ускоряет развитие страны»[70]. На микроуровне работодатель несет расходы на своих работников, поскольку ожидает, что эти издержки окупятся, и будет получена дополнительная прибыль, благодаря более высокой производительности работников, и укрепится конкурентоспособность фирмы. Также и сами индивиды тратят не только свое личное время, но и деньги, чтобы, допустим, получить образование, т.к. принято считать, что более образованные, обладающие лучшими навыками работники способны заработать относительно больше.

Нам представляется интересным рассмотреть и оценить масштабы таких вложений, т.е. инвестиций в человеческий капитал, на уровне региона, как в целом, так и со стороны отдельных субъектов экономических отношений. Данную задачу мы будем решать на примере исследования масштабов инвестиций в человеческий капитал в Еврейской автономной области в 1995 – 2005 гг.

Для проведения такого анализа удобно использовать уже известный нам подход Андриановой В.В. для оценки стоимости человеческого капитала. Он базируется на методе калькуляции затрат на воспроизводство человеческого капитала. Расходы на воспроизводство человеческого капитала, в данном случае, и будут приняты в качестве инвестиций в человеческий капитал, исходя из определения понятия последних.

Далее, придерживаясь данного подхода, определим, что, конкретно, относится к инвестициям со стороны государства; что – к инвестициям со стороны фирм; что – к инвестициям со стороны отдельного индивида.

Согласно подходу Андриановой В.В., в процессе жизни человек расходует свои средства на питание, одежду, обувь, содержание жилья, оплату транспортных услуг, поддержание здоровья, получение образования, удовлетворение культурно-зрелищных и духовных потребностей и т.д. В то же время издержки на здравоохранение, образование человека и др. осуществляются со стороны государства. Поэтому:

-        к индивидуальным инвестициям (расходы индивида) в человеческий капитал мы будем относить расходы одного человека на удовлетворение физиологических потребностей, содержание жилья, оплату транспортных услуг, поддержание здоровья, получение образования, удовлетворение культурных потребностей (газеты, телевидение, книги, телефон и т.д.);

-        к государственным инвестициям в человеческий капитал – расходы на образование, здравоохранение и другие составляющие социально-культурной сферы из государственных фондов.

Отметим, что в данной работе мы не будем учитывать вложения в человеческий капитал со стороны отдельных фирм и организаций. Относительно  Еврейской автономной области такие мероприятия в полном объеме оценить достаточно сложно. Объясняется это незначительной долей, а чаще, вообще отсутствием фирм и организаций, осуществляющих подобную деятельность, в силу недостатка средств или непонимания целесообразности такой деятельности. Исключением являются фабрика офисной мебели «FOMA» и развлекательный центр «Кураж», ныне действующие на территории нашего региона, которые официально расходуют средства на профессиональную подготовку своих сотрудников. Возможно, многие организации не афишируют подобные мероприятия. Поэтому мы не располагаем статистическим материалом по данному явлению.

Необходимые для оценки масштабов инвестиций в человеческий капитал сведения по Еврейской автономной области за 1995 – 2004 гг. представлены в приложении 4.

Анализируя данные приложения 3, мы выявили следующие закономерности в отношении масштабов инвестиций в человеческий капитал Еврейской автономной области в 1995 – 2005 гг.

Во-первых, в целом, объемы инвестиций в человеческий капитал нашего региона за исследуемый период выросли более чем в 10 раз. В то же время, в расчете на душу населения они увеличились более чем в 11 раз. Но при этом, в данном случае и последующих сравнениях, важно учитывать, во-первых, тот факт, что под действием инфляционных процессов на протяжении 1995 – 2004 гг. происходил значительный рост цен, следовательно, количественное увеличение не говорит о качественном росте данных показателей. Во-вторых, в течение 1995 – 2005 гг. численность населения Еврейской автономной области постепенно сокращалась.

Во-вторых, относительно вложений в человека со стороны отдельных субъектов экономических отношений – государства и индивида – масштабы государственных инвестиций в человеческий капитал, представленные в нашей работе в виде расходов консолидированного бюджета Еврейской автономной области на социально-культурную сферу, за 1995 – 2005 гг. увеличились почти в 40 раз. При этом, каждый житель нашего региона повысил свои вложения на воспроизводство человеческого капитала, в среднем, более чем в 11 раз. Однако следует отметить, что в большей степени (на 85%) это объясняется ростом расходов человека на удовлетворение, прежде всего, физиологических потребностей (в 10 раз за 1995 – 2004 гг.).

В-третьих, если рассматривать среднедушевые объемы затрат отдельно на удовлетворение социально-культурных потребностей как со стороны государства, так и индивида, то наблюдается обратная ситуация. В данном случае инвестиции индивида в человеческий капитал, а точнее на удовлетворение социально-культурных потребностей, увеличились за 1995 – 2004 гг. в 14 раз, в то время как инвестиции государства в человеческий капитал (на душу населения), относительно той же социально-культурной сферы, успели вырасти в 11 раз. А к 2005 г. они повысились еще более чем в 3,5 раза, по сравнению с уровнем 2004 г.

И, в-четвертых, сравнивая между собой объемы вложений каждого субъекта экономических отношений в инвестиции в человеческий капитал Еврейской автономной области, а точнее в их социально-культурные составляющие, мы выяснили следующее. Доля инвестируемых индивидом средств (отношение расходов индивида на удовлетворение социально-культурных потребностей к общим инвестициям в человеческий капитал на удовлетворение социально-культурных потребностей, на душу населения) составляет приблизительно 99%, тогда как на долю государственных вложений (отношение государственных расходов на душу населения на удовлетворение социально-культурных потребностей к общим инвестициям в человеческий капитал на удовлетворение социально-культурных потребностей, на душу населения) приходится около 1%. Объяснить такое положение дел можно коммерциализацией в последние годы социально-культурной сферы экономики нашей страны, в связи с чем индивиды оказываются вынужденными самостоятельно оплачивать услуги образования, здравоохранения и т.д. Так, «в 2003/2004 учебном году более половины (54%) студентов страны полностью оплачивали свое обучение»[71]. «По некоторым оценкам, в российской «бесплатной» системе образования семьи тратят на «поступление» своих детей в вузы примерно 1 млрд. долл. США в год: на официальные курсы по подготовке в институт, платные базовые школы, репетиторство (настоящее и псевдо) и взятки. При этом только около 20% населения способно платить за получение образования»[72].

В целом по России расходы бюджетов различных уровней на социально-культурную сферу претерпели следующие изменения в 1995 – 2004 гг. В конце 1990-х гг. основная тяжесть социальных расходов ложилась на региональные и особенно местные бюджеты (см. Приложение 5, 6). 

«Объемы социальных расходов федерального бюджета в 1999 г. были относительно невелики. Всего  тратилось около 590 руб. на человека, из которых 340 руб. – расходы на социальную политику, 145 руб. – на образование, 70 руб. – на здравоохранение и физкультуру, 20 руб. – на культуру и искусство. Но необходимо иметь в виду, что социальные расходы федерального бюджета по объему больше финансовой помощи региональным бюджетам.

Из консолидированных региональных бюджетов в 1999 г. на социальные цели было затрачено 2,7 тыс. руб. на человека, из них 850 руб. – на образование, 630 руб. – на здравоохранение и физическую культуру, 300 руб. – на социальную политику, 100 руб. – на культуру и искусство.

Из социальных внебюджетных фондов, в среднем по России в 1999 г. на одного человека было затрачено 2,6 тыс. руб., в том числе из Пенсионного фонда – 1,9 тыс. руб., из фондов ОМС – 330 руб., из Фонда соцстраха – 300 руб., Фонда занятости – 80 руб.»[73].

«В целом, несмотря на растущую централизацию расходных полномочий, местные бюджеты остаются самыми социально-ориентированными: в 2004 г. доля расходов на социальные услуги в них составляла 77%, в региональных бюджетах – 44%, а в федеральном – 14% всех расходов (без учета финансовой помощи регионам на социальные цели)»[74].

Необходимо отметить, что в консолидированных (региональных и местных) бюджетах субъектов РФ доли расходов на образование, здравоохранение, социальную политику находятся в обратной зависимости от бюджетной обеспеченности регионов. «Бедные» регионы вынуждены проводить социально-ориентированную бюджетную политику, не имея возможности осуществлять другие расходы. В таблице 18 представлена структура расходов бюджетов на социальную сферу регионов – лидеров и аутсайдеров.
Таблица 18

Структура расходов бюджетов регионов-лидеров и аутсайдеров в 2004 г.,
в процентах[75]


Расходы консолидированных бюджетов региона:

В среднем по РФ

Москва

Ханты-Мансийский АО

Республика Ингушетия

Республика Тыва

образование

19,8

8,0

14,7

15,7

33,5

здравоохранение и физическая культура

13,5

7,3

11,5

17,1

20,3

культура и искусство

2,4

1,3

2,0

1,7

3,4

социальная политика

10,6

11,7

12,3

10,9

7,7

Всего социально ориентированные расходы

58,5

44,0

48,3

51,9

69,6

ИТОГО расходов

100

100

100

100

100

Источник: www.atlas.socpol.ru/overviews/econ_condition/index.shtml#invest

Душевые социальные расходы консолидированных бюджетов по регионам страны различаются в 10 раз (с поправкой на уровень цен, для корректировки использованы коэффициент стоимости товаров и услуг для межрегиональных сопоставлений Росстата). Большинство регионов центра и юга страны имеют показатели ниже средних (60 – 80%), а в слабозаселенных северо-восточных регионах с экстремальными природно-климатическими условиями душевые социальные расходы значительно выше среднероссийского уровня: в Ханты-Мансийском и Ямало-Ненецком АО – в 3 раза, в Эвенкийском и Чукотском АО – в 5 – 6 раз. В Москве душевые социальные расходы бюджета уже не так сильно опережают среднероссийские (в начале 2000-х гг. – в 1,5 – 2 раза, в 2004 г. – только в 1,2 раза). Еврейская автономная область, как и Республика Ингушетия, относится к регионам-аутсайдерам, следовательно, для нее характерны приблизительно такие же данные: в 2004 г. на сферу образования было потрачено около 16% консолидированного бюджета области; на здравоохранение и физическую культуру – около 17%; на культуру и искусство – около 2%; на социальную политику – около 11%. Таким образом, в целом, в социально-культурную сферу экономики Еврейской автономной области, а, значит в развитие ее человеческого капитала, в 2004 г. было инвестировано около 50% расходов консолидированного бюджета региона. Такие цифры, конечно, впечатляют, но нельзя забывать, что, во-первых, эти средства представляют собой финансовую помощь других регионов, т.е. наш областной бюджет не в состоянии в должной степени удовлетворить социально-культурные потребности всего населения региона; следовательно, во-вторых, оказывая подобную помощь, государство стремиться и может обеспечить каждому человеку только жизненно необходимый минимум. Поэтому говорить об избыточных денежных средствах, которые бы могли направляться на развитие и повышение качества человеческого капитала Еврейской автономной области, нам не представляется возможным – на сегодняшний день они отсутствуют.

Но все же, сколько необходимо средств для осуществления мероприятий по повышению качества человеческого капитала или для возможности его простого воспроизводства? По данным социологического опроса, чтобы человек мог нормально жить и работать, постоянно поддерживая хороший уровень здоровья, образования, полностью удовлетворяя свои культурные и духовные потребности, ему необходим доход в размере от 2-х до 3-х тыс. долл. США в месяц. Средний уровень доходов жителя Еврейской автономной области или любого другого россиянина очень далек от этой величины.

Однако, выступление президента РФ Путина В.В. в 2005 г. на встрече с руководством Госдумы о мерах по повышению уровня и качества жизни населения многие восприняли как поворот политики государства к человеку. Президент, наконец, признал необходимость приятия мер по восстановлению и развитию социальной инфраструктуры, здравоохранения, образования,…повышению оплаты труда…Но будет ли этот поворот совершен на самом деле?

В своем выступлении президент подчеркнул: «Концентрация бюджетных и административных ресурсов на повышении качества жизни граждан России – это необходимое и логичное развитие нашего с вами экономического курса, который мы проводили и будем проводить дальше»[76].

Сложившаяся у нас структура бюджетных расходов свидетельствует о другом: бюджетные ресурсы последних лет концентрировались на платежах по внешнему долгу, на силовые структуры, на содержание государственной бюрократии и административно-силового аппарата. Собственно на поддержку экономического роста, образование и научные исследования в 2006 г. планируется потратить «16% непроцентных расходов бюджета. С учетом расходов на здравоохранение, спорт и культуру на воспроизводство человеческого капитала в 2006 г. планируется израсходовать всего 14,3% федерального бюджета»[77].

Директором Института США и Канады РАН Сергеем Роговым было проведено сопоставление приоритетности госрасходов ведущих стран мира (см. Приложение 5 и Приложение 6). Россия резко выделяется завышенной приоритетностью расходов на обслуживание госдолга и военные нужды, существенно отставая от развитых стран по уровню расходов на образование и здравоохранение.

В противовес мировой закономерности увеличения расходов на выполнение современных функций государства в России государство большую часть расходов тратит на выполнение традиционных функций (7,5% ВВП). При этом в 3 раза меньше (3,5% ВВП) потрачено на социальные функции. Т.е. у нас соотношение расходов на традиционные и современные функции составляет 2:1. Как отмечает Сергей Рогов, «такая структура бюджета была характерна для государства XVIIIXIX вв.»[78].

Отметим, что развитые страны поддерживают уровень расходов бюджетной системы государства в пределах 40 – 50% ВВП. Более чем трехкратное увеличение уровня государственных расходов в течение последнего столетия – с 10% ВВП в конце XIX в. До 40 – 50% ВВП (в среднем по ОЭСР) в конце ХХ в. и в настоящее время – объясняется резко возросшей ролью НТП в генерировании экономического роста: вклад новых знаний в прирост ВВП развитых стран оценивается в 80 – 90%.

В противоположность общемировой закономерности повышения значения функций развития современного государства структура расходной части бюджета России уже многие годы формируется под влиянием доминирующего значения обслуживания внешнего долга. Даже сейчас, после погашения половины внешнего долга и существенного снижения бремени расходов на его обслуживание, создан колоссальный Стабилизационный фонд, отвлекающий из экономики до 10% ВВП.

Как следует из изложенного выше, выполнение президентских установок о «концентрации бюджетных ресурсов на повышении качества жизни граждан» требует пересмотра всей структуры федерального бюджета и его базовых характеристик. «Для того чтобы выйти на общепринятые в мире стандарты финансирования социальной сферы, необходимо повысить расходы на образование до 7% ВВП (на 2006 г. планируется 3,6%), на здравоохранение – до 5% ВВП (на 2006 г. планируется 2,5%), на науку – до 2,5% ВВП (планируется 1,6%), на культуру – до 1,5% (планируется 0,6%). Всего государственные расходы на социальную сферу должны быть повышены на 7% ВВП. В этом случае все расходы государства составят 39,9% ВВП, вплотную приблизившись к общепринятой в развитых странах пропорции»[79].

Согласно основным принятым приоритетным национальным проекта («Здоровье», «Образование»), озвученным в послании президента РФ
Путина В.В. Федеральному собранию, предполагается добиться следующих целей.


Национальный проект «Здоровье». «Основные цели:

-        укрепление здоровья населения России, снижение уровня заболеваемости, инвалидности, смертности;

-        повышение доступности и качества медицинской помощи;

-        укрепление первичного звена здравоохранения, создание условий для оказания эффективной медицинской помощи на догоспитальном этапе;

-        развитие профилактической направленности здравоохранения;

-        удовлетворение потребности населения в высокотехнологичных видах медицинской помощи.

Главная цель национального приоритетного проекта в сфере здравоохранения – сделать дорогостоящую (высокотехнологичную) помощь доступной как можно большему числу граждан.

Реализация проекта в 2006 г. будет осуществляться из средств федерального бюджета и государственных внебюджетных фондов в соответствии с федеральными законами – от 26 декабря 2005 г. № 189-ФЗ «О федеральном бюджете на 2006 г.», от 22 декабря 2005 года № 171-ФЗ «О бюджете Федерального фонда обязательного медицинского страхования» и от 22 декабря 2005 г. № 173-ФЗ «О бюджете Фонда социального страхования на 2006 год». На реализацию мероприятий проекта предусмотрены  в 2006 г. денежные средства  в объеме 88,4 млрд. руб., в 2007 г. – 120,5 млрд. руб. Минздравсоцразвития России уже заключает соглашения между федеральным центром и регионами, в которых будут определены «встречные обязательства» территорий по уровню финансирования здравоохранения, обеспечению целевого использования выделяемых средств, обеспечению взаимодействия при реализации данного проекта»[80].

Национальный проект «Образование». «Первоочередная задача приоритетного национального проекта «Образование» для страны, которая ориентируется на инновационный путь развития, заключается в том, чтобы дать системе образования стимул к движению вперед.

Основные направления национального проекта «Образование»:

-        стимулирование образовательных учреждений (вузов  и школ), активно внедряющих инновационные образовательные программы. В рамках этого направления в 2006 г. на конкурсной основе не менее 10 вузов получат гранты в размере от 200 до 500 млн. руб. и 3000 школ получат дополнительное финансирование в размере 1 млн. руб. каждая;

-        информатизация образования. За два года школы, не имеющие доступа к Интернету, получат качественное подключение к Глобальной сети;

-        поддержка инициативной и талантливой молодежи. Ежегодно 2,5 тыс. молодых людей – победителей всероссийских олимпиад и конкурсов – будут выделяться именные гранты по 60 тыс. руб.;

-        организация начального профессионального образования для военнослужащих, проходящих военную службу по призыву и по контракту;

-        формирование сети национальных университетов и бизнес-школ для комплексного кадрового и научного обеспечения перспективного социально-экономического развития регионов и подготовки управленческих кадров мирового уровня;

-        дополнительное вознаграждение за классное руководство (ежеквартальные перечисления средств из расчета 1 тыс. руб. в месяц в классе наполняемостью 25 и более человек для городской местности и 14 и более человек для сельской местности, в классе с меньшей наполняемостью – с учетом уменьшения размера вознаграждения пропорционально численности обучающихся);

-        поощрение лучших учителей (ежегодно 10 тыс. учителей – победители региональных конкурсов – получат поощрения размером
100 тыс. руб.);


-        оснащение школ дотационных регионов учебным оборудованием. В 2006 г. будут закуплены комплекты оборудования на общую сумму не менее 2,3 млрд. руб.

На реализацию мероприятий проекта планируется потратить  в 2006 – 2007 гг. 56,46 млрд. руб., в том числе в 2006 г. – 25,28 млрд. руб.»[81].

Только предложенным выше образом можно обеспечить реальное повышение уровня жизни граждан. «Оставаясь в рамках бюджета на 2006 г., существенного улучшения добиться невозможно. Для этого должны быть пересмотрены его основные характеристики, в том числе увеличение расходной части более чем на 1 трлн. руб. за счет дополнительных источников и соответствующего сокращения Стабилизационного фонда. Возможности для этого есть. Общемировая практика бюджетной политики подтверждает целесообразность соответствующего увеличения бюджетных расходов, доля которых в структуре ВВП по-прежнему будет ниже, чем в европейских странах. Тогда структура федерального бюджета будет сориентирована на развитие и обеспечение социальных гарантий в соответствии со стандартами развитых стран»[82].

Если бюджет 2006 г. в будущем не будет пересмотрен и его основные характеристики будут утверждаться в бюджетах последующих лет, то поставленные главой государства задачи заведомо не будут выполнены.

В связи с этим, в завершении данной работы нам представляется необходимым, на основе произведенных расчетов и некоторых уже сделанных выводов, рассмотреть возможные варианты улучшения состояния человеческого капитала на уровне региона – Еврейской автономной области – и предложить ряд направлений по достижению общегосударственной цели России – повышение уровня и качества жизни ее населения. 

3.2. Обоснование необходимости разработки направлений региональной программы экономического и социального развития в области формирования человеческого капитала

В настоящее время в России и ее регионах сложилась ситуация перехода от старой системы формирования человеческого капитала и управления его движением (плановая подготовка специалистов государственными и муниципальными учреждениями профессионального образования, плановое распределение выпускников, регулирование расселения посредством института прописки, организованный набор рабочей силы, унифицированные системы оплаты труда, выплаты районных коэффициентов, предоставление жилья всем нуждающимся) к новой (рынку образовательных услуг, либерализованному рынку жилья, свободе выбора места жительства и пребывания), необходимо определить механизмы распределения человеческого капитала по территории страны и обеспечить его наиболее эффективное использование. Капитализация человеческих ресурсов и их распределение по территории страны становятся одной из главных составляющих регионального развития России в долгосрочной перспективе, а потому должны быть включены в число его приоритетов. Повышение пространственной и квалификационной мобильности населения ставит ряд новых вопросов перед российскими регионами. Прежде всего, это вопросы о согласовании демографического, трудового и миграционного балансов, о формировании городской (поселенческой) среды, делающей российские регионы привлекательными для жизни и работы.

Социально-экономическое состояние практически всех субъектов ДВ и Забайкалья вызвало необходимость принятия Федеральной целевой программы экономического и социального развития Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 годы. В осуществление этой программы в период 1996-2005 годов было инвестировано около 20% средств, запланированных на реализацию программных мероприятий. Существенным недостатком Программы явилось отсутствие увязки экономического и социального развития региона с реальными возможностями федерального бюджета и возможностями бюджетов субъектов Российской Федерации, вследствие чего цели и задачи в целом не были выполнены.

Не является секретом, что собственных бюджетных ресурсов на уровне территорий все больше и больше не хватает. Особенно это свойственно муниципальным образованиям: так, с 2000 г. в совокупных доходах из бюджетов на фоне падения доли налоговых доходов быстро растет доля безвозмездных перечислений (в основном из бюджетов выше стоящих уровней). Она выросла с 26,7% в 1999 г. До 41,7% в 2005 г. (доля налоговых доходов за этот же период снизилась с 69,7 до 51,6%).

За годы действия программы (с 1996г.) уровень жизни населения Дальнего Востока и Забайкалья, измеренный отношением среднедушевых денежных доходов к величине прожиточного минимума (ПМ), в абсолютном выражении почти не изменился (было 1,42, стало в 2001г-1,40), а в относительном даже снизился. Если в 1995 году отношение среднего дохода в регионе к ПМ составило 0,73 от среднего по России, то за годы действия Программы оно уменьшилось до 0,64.

В связи с необходимостью концентрации ресурсов на ключевых направлениях развития региона и активизации возможностей субъектов Российской Федерации по привлечению внебюджетных средств, Правительством Российской Федерации было принято решение о корректировке указанной Программы с продлением срока реализации до 2010 года.

Федеральная целевая программа «Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Забайкалья на 1996-2005 и до 2010 года» (далее именуется – Программа) представляет собой взаимоувязанный комплекс организационно, технических, финансовых, правовых, инвестиционных, институциональных мероприятий по улучшению социально-экономического положения региона.

Программа развития Дальнего Востока и Забайкалья разработана для 13 субъектов российской Федерации, расположенных на Дальнем Востоке и Забайкалье: Республики Саха  (Якутия), Приморского края, Хабаровского края, Амурской, Магаданской и Сахалинской областей, Еврейской автономной области, Корякского, Чукотского автономных округов, республики Бурятия, Читинской области, Агинского Бурятского автономного округа.

Программа развития Дальнего Востока и Забайкалья является очередной корректировкой предшествующих Программ. Прежде всего, ее корректировка связана с тем, что к началу 2001 года сложилась принципиально новая экономическая и политическая ситуации в России и на Дальнем Востоке. Во-первых, прекратился затяжной спад производства и началось восстановление экономической динамики как в целом по России, так и в субъектах Федерации Дальнего Востока и Забайкалья. Во-вторых, дефицит государственного бюджета сменился его профицитом. В–третьих, начала формироваться новая стратегия геополитического развития России, в которой существенную роль играли интересы страны в Северо-восточной Азии и Азиатско – Тихоокеанского региона[83].

Основные направления развития Дальнего Востока и Забайкалья определены, исходя из общей концепции социально-экономического развития Российской Федерации, согласно которой территориально социально-экономическое развитие российской Федерации в значительной мере будет определяться мировыми экономическими, экологическими и геополитическими тенденциями.

Основными факторами, действующими на период до 2010 года, будут являться: усиление интеграции российской экономики в мировую экономику; дифференциация геополитической ситуации стратегических приоритетов на различных участках Государственной границы Российской Федерации в регионе; особая значимость территории региона как резервной ресурсной и экологической зоны мирового значения.

В соответствии с Программой развитие Дальнего Востока и Забайкалья на период до 2010 года будет определяться следующими приоритетами:

1.     Развитие топливно-энергетического комплекса.

2.     Модернизация отраслей традиционной специализации рыбохозяйственного комплекса, цветной металлургии, лесной и деревообрабатывающей промышленности.

3.     Развитие транспортного комплекса.

4.     Развитие минерально-сырьевого комплекса.

5.     Развитие социальной инфраструктуры и закрепление населения на южных территориях региона.

6.     Интеграция Дальнего Востока и Забайкалья в экономическую систему Азиатско-Тихоокеанского региона.

Приоритетными направлениями откорректированной Программы провозглашены вполне традиционные для любой региональной программы:

-       создание условий для привлечения иностранных инвестиций в экономику Дальнего Востока и Забайкалья, формирование инвестиционного климата, не менее привлекательного, чем в сопредельных странах Северо-Восточной Азии;

-       увеличение объема внешней торговли Дальнего Востока и Забайкалья для содействия развитию экономики и социальной сферы региона, интеграции России со странами Азиатско-Тихоокеанского региона и Северо-Восточной Азии.

Таким образом, очевидным становится недостаточное внимание такому фактору экономического развития и повышения конкурентоспособности региона как человеческий капитал. В Программе вообще не рассматривается использование методов повышения человеческого капитала области. 

Несмотря на постоянно декларируемые намерения в отношении закрепления населения и, в более общем плане, создание комфортной безопасной жизни в регионе продолжает регистрироваться отток населения региона на фоне ухудшающихся сравнительных показателей уровня и качества жизни. Это свидетельствует о том, что причина относительной неудачи в этой сфере заключена не в отставании выделяемых ресурсов от намеченных или необходимых, необходимости самой постановки задачей и определений стратегии действий. Очевидно, следует сформулировать самостоятельную и нетривиальную концепцию формирования населения и его закрепления в регионе. Это концепция очевидна, должна включать в себя указания на механизмы и стимулы, обеспечивающие безусловное  преимущество миграции на Дальний Восток с гарантированным поддержанием сравнительно высоких социальных стандартов не только прибывающего, но и постоянного в регионе населения. Основной идеей этой концепции должны стать не конструируемое государством или местными органами власти и управления «региональное благоденствие», а создание климата, атмосферы, обеспечивающих максимальное использование собственного человеческого потенциала.

Для ослабления негативных тенденций формирования, развития и сохранения человеческого капитала региона в Программе развития Дальнего Востока и Забайкалья должны быть предусмотрены следующие меры:

-       введение в качестве социального стандарта минимальной часовой оплаты труда, учитывающей повышенные затраты на воспроизводство рабочей силы в восточных районах с условием частичной государственной компенсации повышенных затрат на привлечение трудовых ресурсов социально-значимым предприятиям приоритетных отраслей в регионах;

-       гарантирование за счет бюджетных средств минимальных социальных стандартов (учитывающих региональные особенности) и нормативов минимальной бюджетной обеспеченности;

-       реформирование системы социального страхования и системы социальных гарантий, льгот и выплат, нацеленное на повышение адресности производимых выплат и учитывающее региональное удорожание;

-       постепенное повышение минимальной заработной платы и пенсий (с учетом районных коэффициентов) до уровня регионального прожиточного минимума;

-       льготное кредитование жилищного строительства для местного и прибывающего населения;

-       разработка государственной программы по переселению проживающих в районах Севера и приравненных к ним местностям;

-       создание в южных районах Дальнего Востока современной и престижной системы образования на основе преимущественного бюджетного финансирования и др.;

-       проведение на региональном уровне активной политики увеличения занятости;

-       разработка системы мер по компенсации жителям региона части транспортных расходов при их поездках в центральные районы Российской Федерации;

-       финансирование развития объектов социальной инфраструктуры.

По оценке Министерства экономического развития и торговли Российской Федерации по уровню социально-экономического развития регионы РФ по значению его интегральной оценки условно разделяются на 5 групп. Еврейская автономная область отнесена к регионам с крайне низким уровнем развития.

Еврейская автономная область расположена на юге Дальнего Востока РФ. Ее население составляет 188,8 тыс. человек, или около 2,8% от Дальневосточного федерального округа (ДВФО). Протяженность территории области с севера на юг - 330 км, с запада на восток – 220 км. ЕАО ДФО удельный вес валового регионального продукта ЕАО в Дальневосточном Федеральном округе составляет 1,4 %.

Экономика области – самая малая на юге ДВФО, что подтверждается не только экономическими показателями объемов валового регионального продукта, промышленного, аграрного производства, численности занятых, которые в несколько раз уступают соседям, но и сравнением количества элементов административно-территориального деления в группе близких по профилю и уровню экономического развития областей (см. Таблицу 19).

Таблица 19

Административно-территориальное деление трех регионов-аналогов



районы

города

городские районы (округа)

поселки городского типа

сельские
администрации


Еврейская автономная область

5

2

-

12

47

Амурская область

20

9

-

24

287

Читинская область

31

10

4

44

366

Источник: Региональная целевая программа «Экономическое и социальное развитие Еврейской автономной области на 2004 – 2008 годы»

Рассматривая социально-экономическое положение Еврейской автономной области для обоснования необходимости разработки мероприятий по формированию и использованию человеческого потенциала, важно отметить как преимущественные, так и негативные моменты в таких объектах регионального управления, как: географическое положение и транспортное сообщение; население; природные ресурсы; экономика; промышленность; сельское хозяйство; социальная сфера; инвестиции; инфраструктура рынка; рынок труда.

Несомненно, что каждый из объектов заслуживает пристального внимания с точки зрения регионального развития (его стратегии), вместе с тем предмет исследования требует ограничиться анализом таких объектов, как население, социальная сфера и рынок труда. Преимущества и недостатки по всем объектам управления представлены в Приложении 7.

Динамика качества человеческого капитала ЕАО, начиная с  1990-х годов, имеет негативную тенденцию: рост коэффициента общей смертности, сокращение численности населения за счет отрицательного сальдо миграции и отрицательного естественного прироста. С 1992 по 2003 годы население ЕАО уменьшилось на 25 тысяч человек или на 11 %. Снижается рождаемость и продолжительность жизни. Лишь в самое последнее время по некоторым демографическим показателям данная тенденция начала понемногу меняться, но эти перемены пока не имеют устойчивого характера.

По состоянию социальной сферы можно отметить следующее: среднемесячные доходы на душу населения на треть ниже средних показателей по ДВФО и Российской Федерации; среднемесячные расходы на душу населения ниже на 40% от средних показателей по ДВФО и на 27 процентов в среднем по России; среднемесячная заработная плата ниже на 30 процентов от среднемесячной зарплаты по ДВФО; величина прожиточного уровня ниже на 29 % в сравнении с ДВФО. Объём товарооборота на душу населения ниже на 20 % в сравнении с ДВФО и на 32 процента в среднем по России. Уровень инфляции выше на 4 процентных пункта в сравнении с ДВФО и в среднем по России. Уровень платных услуг на душу населения ниже в 2,5 раза с ДВФО и в 2 раза в среднем по России. Чрезмерная дифференциация доходов населения.

Структура потребления продуктов питания характеризует уровень бедности населения (высокое подушевое потребление картофеля (второе место в России) и последнее место по потреблению мяса и мясопродуктов. Потребление основных продуктов питания на душу населения в год в сравнении со среднестатистическим жителем России и в среднем по ДВФО ниже на 35- 37 процентов - мясу и мясопродуктам, по молоку и молокопродуктам на 37,2 % меньше, чем в среднем по России. Несбалансированность питания, избыточное потребление низкокалорийных продуктов, дефицит белка приводит к снижению иммунитета в организме, повышению заболеваемости, как следствие - к снижению показателей продолжительности жизни.

Средняя продолжительность жизни населения области составляет 97 % от показателя в ДВФО и 95 % от РФ.

В области самый низкий охват детей дошкольными учреждениями. Их число и мест в них сократилось в 1,8 раза. Значительно уменьшилось количество дневных общеобразовательных школ и численность учащихся в них. Наблюдается несоответствие системы обучения, подготовки и переподготовки кадров требованиям рынка труда[84].

Таким образом, анализ социально-экономических процессов, происходящих на территории области в последнее десятилетие,  позволяет определить следующие основные тенденции и проблемы в социальной и экономической сферах. Так, для социальной сферы характерны следующие тенденции:

-       ухудшение демографической ситуации, устойчивая динамика превышения смертности над рождаемостью;

-       снижение темпов прироста реальной заработной платы и доходов населения;

-       расслоение населения по доходам, достаточно высокий уровень бедности;

-       наличие «теневых» форм оплаты труда и социальной незащищенности работников;

-       относительный рост уровня безработицы;

-       низкий уровень медицинского обслуживания, тенденция роста заболеваемости детей и подростков;

-       неудовлетворительное состояние жилищно-коммунального комплекса;

-       снижение уровня и качества образования населения (особенно среднего профессионального образования).

Экономическая сфера характеризуется:

-       структурным спадом экономики, связанным с неэффективностью ряда производств и снижением конкурентоспособности производимой продукции;

-       недостаточным уровнем инвестиций;

-       неразвитой рыночной инфраструктурой;

-       «закрытость» экономики области для малого и среднего бизнеса;

-       неустойчивым финансовым состоянием хозяйствующих субъектов.

Таким образом, перечисленные неблагоприятные тенденции развития Еврейской автономной области с позиции человеческого потенциала свидетельствуют о необходимости разработки и реализации программы, включающей в себя направления по формированию составляющих элементов человеческого капитала.

На протяжении всей истории территория ЕАО развивалась на основе государственной поддержки. С одной стороны, это определялось природно-географическими особенностями условий освоения территории, с другой – интересами государства, которые в зависимости от исторического периода отличались по целям, задачам и способам их достижения. Опыт функционирования экономики ЕАО в период реформ 1992‑2003 гг. показал, что складывающаяся хозяйственная система не способна преодолеть возникшие кризисные явления[85].

Необходимость разработки Программы обусловлена остротой социально-экономических проблем, стратегией и тактикой стимулирования роста региональной экономики. Для достижения этой цели необходимо, во-первых, сохранить накопленный в области человеческий потенциал, во-вторых, обеспечить его качественное формирование и эффективное использование.

При формировании направлений региональной политики в области развития человеческого капитала необходимо основываться на общесистемных принципах и отражать специфику регионального развития. В основу формирования стратегии региональной политики должны быть положены как принципы объективно существующих законов государственной и рыночной форм развития человеческого капитала, так и построенные автором оценки состояния человеческого капитала области. Механизм формирования такой стратегии представляет собой совокупность методов экономической, социальной, инвестиционной, правовой и др. направленности. В условиях особенностей социально-экономического развития Еврейской автономной области необходимо мероприятия региональной политики сопоставлять с бюджетными возможностями.

Анализ ситуации в регионах показывает: набор средств региональной политики, которым располагает российская власть в центре и на местах, недостаточен для решения стоящих перед ней задач. В этих условиях настоятельной необходимостью становится модернизация региональной политики. Ее  основным  содержанием должно стать не сглаживание разрывов в текущих бюджетных расходах (как сейчас), а долгосрочная стратегия обустройства территории и развития «человеческого капитала», опирающаяся, в первую очередь, на развитие социальной инфраструктуры.

В настоящее время на территории области действует утвержденная постановлением Правительства Еврейской автономной области региональная целевая программа «Экономическое и социальное развитие Еврейской автономной области на 2004 – 2008 годы».

Цель Программы состоит в создании благоприятных условий для закрепления населения в области и достижения достойного уровня его жизни на основе ускоренного развития базовых, быстро окупаемых проектов агропромышленного комплекса, ряда других отраслей экономики за счет собственного потенциала, средств федерального бюджета и внебюджетных источников, взаимовыгодного сотрудничества с субъектами РФ и Китаем.

Основные задачи Программы:

-       институциональные преобразования в сфере землепользования, муниципального управления и рынка жилья;

-       структурная перестройка аграрного сектора на основе формирования сегмента муниципальных предприятий;

-       повышение эффективности межрегиональных связей с субъектами РФ и приграничного сотрудничества области с Китаем и другими странами АТР;

-       укрепление кадрового потенциала в экономике и социальной сфере;

-       повышение уровня обеспеченности населения социальными услугами.

Поставленная цель Программы и задачи для ее реализации, по мнению автора, не в полной мере отвечают курсу политики государства. Так, «Недавнее выступление президента на встрече с руководством Госдумы о мерах по повышению уровня и качества жизни населения многие восприняли как поворот политики государства к человеку… Президент наконец признал необходимость принятия мер по восстановлению и развитию социальной инфраструктуры, здравоохранения, образования и науки, повышению оплаты труда, возрождению сельского хозяйства»[86].

В перечне основных направлений (стратегии) социально-экономического развития области в 2004 – 2008 гг. также отсутствует приоритетность развития сфер, оказывающих влияние на формирование, развитие и эффективное использование человеческого потенциала (образование, здравоохранение, культура, взаимодействие регионального рынка труда и рынка образовательных услуг).

На современном этапе многие процессы в социально-экономическом развитии Еврейской автономной области носят неустойчивый, трудно предсказуемый характер, а общее положение области можно назвать состоянием социально–экономического кризиса. В значительной мере это вызвано выбором неоптимальных вариантов экономических и социальных реформ, ошибками и просчетами в социально-экономической политике, как на федеральном, так и областном уровне.

Анализ основных направлений региональной целевой программы «Экономического и социального развития Еврейской автономной области на 2004 – 2008 годы» позволяет сделать вывод о недостаточности их разработки в сфере формирования и эффективного использования человеческого капитала области. В частности, не затрагивается демографическая составляющая человеческого потенциала.  

Так, например, в Программе предусмотрено решение следующих задач (имеющих отношение к формированию человеческого капитала):

-       укрепление кадрового потенциала в экономике и социальной сфере;

-       повышение уровня обеспеченности населения социальными услугами.

Для достижения названных задач разработчиками Программы до 2008 года предполагается сосредоточить усилия в следующих направлениях:

1.     Для укрепления кадрового потенциала в экономике и социальной сферах предполагается:

-       создать систему обучения основам предпринимательской деятельности;

-       сформировать новые структуры государственной поддержки на региональном уровне;

-       реализовать проекты поддержки развития предпринимательской деятельности (консалтинговый центр для малого бизнеса, проект микрокредитования малых предприятий, программу развития женского предпринимательства).

2.     Для повышения уровня обеспеченности населения социальными услугами:

-       модернизировать социальную инфраструктуру области и обеспечить населению области доступность и качество гарантированных государством социальных услуг.

Работу по этому направлению предполагается строить с привлечением ресурсов федеральных целевых программ «Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Забайкалья на1996-2005 и до 2010 года», «Сокращение различий в социально-экономическом развитии регионов Российской Федерации (2002 - 2010 годы и до 2015 года)». Так же запланирован ряд мероприятий по строительству объектов в образовании, медицине, домов для одиноких и престарелых, центров реабилитации подростков.

В рамках участия в федеральной целевой программе «Жилище», подпрограмма «Переселение граждан из ветхого жилья» предполагается утвердить региональные и муниципальные программы сноса ветхого и аварийного жилья, организовать выкуп ветхого и аварийного жилья у населения, приступить к программе кредитования под приобретение жилья, для чего проводить компенсацию за счет бюджетных средств с процентной ставки по кредитам, предоставляемым банками, переселенцам из районов Крайнего Севера и социально незащищенным категориям граждан. Предстоит провести наиболее неотложные работы по ремонту и реконструкции учреждений социальной сферы областной собственности, используя для этого в основном возможности регионального и федерального бюджетов по федеральным целевым программам.

Однако перечисленных мероприятий недостаточно для реализации «президентской концепции» социально-экономического развития России и ее регионов. 

Одним из условий изменения сложившейся ситуации, на взгляд автора, является формирование, развитие и рациональное использование регионального человеческого капитала. Для этого необходимо разработать систему мероприятий, включающую следующие направления:

1.     Переход на новые направления миграционной политики применительно к движению населения, как внутри  ДВФО, так и внутри страны. Ответом на вызовы новых экономических условий последних лет стало значительное изменение внутрироссийских и внутрирегиональных потоков перемещения трудовых ресурсов. В среднесрочной перспективе необходимо изучение тенденций внутрироссийской и внутрирегиональной миграции в рамках создаваемой системы мониторинга регионального развития с целью разработки и принятия системы мер, направленных на решение следующих проблем:

-       определение направлений основных миграционных потоков;

-       выявление ограничений, создаваемых на региональном уровне власти, препятствующих свободному перемещению рабочей силы и эффективному размещению трудовых ресурсов;

-       устранение ограничений, препятствующих эффективному размещению трудовых ресурсов.

2.      Политика в области профессионального образования с учетом региональных особенностей. В среднесрочной перспективе необходимы разработка и создание на региональном уровне системы образовательных проектов, направленных на профессиональную подготовку и создание кадрового потенциала, способного обеспечить потребности регионального рынка труда. Обеспечение области кадровым потенциалом необходимо для решения двух основных задач:

-       кадровое обеспечение экономических и социальных реформ, проводимых на территории области;

-       содействие обеспечению профессиональными кадрами инвестиционных проектов, реализуемых в области.

3.      Повышение уровня, качества и продолжительности жизни населения.

Повышение уровня, качества и продолжительности жизни населения Еврейской автономной области необходимо как для развития «человеческого капитала», демографического, образовательного и культурного потенциала области, для создания благоприятной социальной среды, так и для экономического оживления, которое невозможно без квалифицированной рабочей силы, без увеличения платежеспособного спроса на массовую потребительскую продукцию и услуги местных предпринимателей.

Приоритетность социальной направленности мероприятий, предусмотренных в программах регионального (областного) развития, обусловливается тем, что развитие социальной сферы способно напрямую активизировать определенные отрасли экономики. Так, например, создание цивилизованного рынка жилья, создание финансово-экономических условий для удовлетворения потребностей в качественном жилье способны активизировать такие отрасли промышленности, как: металлургия, мебельная, деревообрабатывающая, производство различных строительных материалов.

3.3. Концепция стратегии развития человеческого капитала
Еврейской автономной области


Целенаправленное формирование человеческого капитала на уровне государства началось в странах Запада с середины 60-х годов прошлого столетия. Этот процесс был возведен в ранг государственной экономической политики многих стран. В этот же период времени в развитых странах были приняты серии законов, стимулирующих деятельность государства и предпринимателей, направленные на развитие человеческого капитала, поощряющие компании к инвестициям в человека путем соответствующих налоговых послаблений, льготных кредитов, общественного поощрения через прессу, радио, телевидение.

Переход от сегодняшнего состояния человеческого потенциала, которым располагает экономика России и ее регионов, к формированию качественно новой рабочей силы должен осуществляться поэтапно, но программа преобразований условий для достижения этой цели должна быть определена уже сейчас, с учетом специфики как российской экономики в целом, так и экономики ее регионов. Также важно учитывать структуру экономики и перспективы путей развития.

Проведя все необходимые расчеты и проанализировав полученные результаты этих оценок, мы, в данном параграфе, постараемся дать некоторые рекомендации по более эффективному использованию ныне действующего человеческого капитала Еврейской автономной области и возможным способам его развития, преумножения и повышения качества, чтобы поддерживать экономическое развитие нашего региона и уровень благосостояния его населения на должном уровне.

Следует при этом учитывать, что, формируя, можно сказать, региональную стратегию развития человеческого капитала, необходимо основываться на общесистемных принципах и отражать специфику регионального развития Еврейской автономной области. В основу формирования стратегии должны быть положены как принципы объективно существующих законов государственной и рыночной форм развития человеческого капитала, так и рассмотренные многофакторные оценки уровня развития человеческого капитала региона. Механизм формирования такой стратегии представляет собой комплекс методов правовой, экономической, финансовой, организационной, инвестиционной и др. направленности.

Концепция стратегии развития человеческого капитала региона в современных условиях должна являться доминирующей целевой стратегией для всех других региональных стратегий.

Формируемая в интересах эффективного управления качеством чело­веческого капитала региона концепция должна по возможности охватывать все сферы функционирования человеческого капитала. На основании результатов проведенного анализа качества человеческого капитала Еврейской автономной области можно заключить, что первоочередное внимание при разработке стратегических ориентиров развития человеческого капитала области необходимо сосредоточить на улучшении демографических, социально-экономических и культурно-образовательных условий его функционирования.

Среди приоритетных направлений совершенствования социально-экономических условий функционирования человеческого капитала Еврейской автономной области первостепенное значение имеет, прежде всего, ориентация бюджетной политики на обеспечение повышения уровня жизни населения области. В этом направлении целесообразным следует признать реализацию следующих мероприятий: достижение сбалансированности бюджета области за счет увеличения доходной части бюджета, а не сокращения расходов; усиление гарантий и рационализация государственного финансирования социальной сферы, образования и здравоохранения.

Увеличение доходной части бюджета должно осуществляться за счет роста объемов производства; повышения инвестиционной привлекательности региона; совершенствования налоговой политики, в частности, развития системы косвенного финансирования социальной сферы.

Для усиления гарантий и рационализации государственного финансирования социальной сферы необходимо, сохраняя ведущую роль государства в поддержке здравоохранения, образования, культуры, усилить контроль над расходованием финансовых средств, практиковать финансирование этих отраслей на основе целевых программ.

Например, в 2005 г. к реализации были приняты следующие важнейшие целевые программы в области здравоохранения, образования и моло­дежной политики: «Здоровый ребенок в Еврейской автономной области», «Подготовка, профессиональная переподготовка и повышение квалификации государственных служащих Еврейской автономной области», «Реализация основных направлений молодежной политики в Еврейской автономной области». «На их финансирование из областного бюджета было выделено 5 млн. 795 тыс. руб.»[87].

Непременным условием эффективного развития человеческого капита­ла Еврейской автономной области является усиление образовательного потенциала региона. Особое внимание следует уделять развитию высшей школы, а также целевой подготовке абитуриентов. Практику осуществления целевой подготовки целесообразно расширять в рамках межрегионального сотрудничества и направлять студентов и специалистов для обучения перспективным специальностям в регионы с развитой системой высшего и последипломного образования. Приоритетными задачами в развитии образовательного потенциала, на наш взгляд, должны стать:

-        продолжение реформы структуры и содержания образования;

-        расширение доступности и повышение качества образовательных услуг;

-        расширение сети профильных лицейских классов, классов с углубленным изучением предметов гуманитарного и естественнонаучного профиля;

-        создание адаптивной школы, классов коррекционно-развивающего обучения;

-        дальнейшее совершенствование непрерывного профессионального образования;

-        совершенствование форм получения высшего образования, в том числе развитие целевых форм обучения;

-        социальная защита студентов, молодых специалистов, преподавателей;

-        повышение заработной платы работникам образования;

-        содействие развитию инновационных процессов;

-        формирование единого информационного образовательного пространства.

Немаловажным фактором успешного развития интеллектуальной составляющей человеческого капитала региона является комплексное решение задач по реализации политики занятости населения с различным уровнем образования.

Результаты проведенного исследования системных диспропорций региональной структуры и их влияния на формирование и использование человеческого капитала проблемного региона побуждают к необходимости разработки концепции региональной программы экономического и социального развития по формированию и развитию человеческого капитала как необходимого условия эффективного функционирования региональной социально-экономической системы. При разработке Программы, на наш взгляд, необходимо соблюдать определенную последовательность работ, представленную на рисунке 15.



Рисунок 15. Логическая последовательность разработки и реализации программы формирования и развития человеческого капитала
проблемного региона


При разработке Программы по формированию и использованию человеческого капитала проблемного региона, в том числе и Еврейской автономной области представляется необходимым:

-       разработка и совершенствование институционально-правовых и организационных механизмов, предотвращающих этно-конфессиональные конфликты, регулирующих реализацию демографических, миграционных и кадровых программ субъекта Федерации и муниципальных образований, отдельных хозяйствующих субъектов, а также бюджетные и другие отношения в данной сфере;

-       создание ассоциации образовательных учреждений автономной области в целях улучшения подготовки и переподготовки кадров. Организация подготовки на базе Дальневосточной социально-гуманитарной академии специалистов с высшим образованием по дисциплинам: государственное и муниципальное управление, финансы и кредит, социальная работа, коррекционная педагогика, прикладная информатика и др.;

-       разработка новых принципов финансирования профессионального образования, повышение доступности и качества предоставляемых образовательных услуг, гармониза­цию и взаимодействие между рынком образовательных услуг и рынком труда, развитие системы и повышение качества непрерывного профессионального образования как основ­ного института формирования человеческого капитала в регионе, их соответствие потребностям экономики и социального развития регионов. Создание равных стартовых возможностей для детей в получении образования и рост доступности качественного общего образования, повышение инвестиционной привлекательности системы образования как основного института формирования человеческого капитала;

-       восстановление в рациональных объемах профессионально-технического образования в ЕАО для подготовки высококвалифицированных рабочих кадров для промышленности, агропромышленного комплекса и капитального строительства;

-       учитывая привлекательность природно-климатических условий южных регионов Дальнего Востока, в том числе и Еврейской автономной области, необходимость освоения северных территорий с использованием вахтового метода организации трудовой деятель­ности, определение институциональных требований к среде жизни населения в этих рай­онах, выработки механизмов развития и регулирования градостроительной деятельности, осуществления природоохранных мероприятий, формирования специальных рекреационно-курортных, торговых и культурных зон в южных районах Дальнего Востока;

-       разработка и реализация мероприятий, направленных на улучшение демографического потенциала региона (повышение рождаемости, сокращение смертности, увеличение продолжительности жизни и т.д.);

-       создание условий, стимулирующих процессы внутренней миграции как краткосрочного (беспроцентные кредиты и ссуды на приобретение и строительство жилья, обустройство в районах населения, оплата проезда и провоз багажа и т.д.), так и долгосрочного характера (либерализация системы регистрации по месту жительства, развитие рынка жи­лья и всемерная поддержка реализации ипотечных программ, реализация национальных проектов образования и здравоохранения, создание условий для ведения предпринимательской деятельности и т.д.);

-       совершенствование механизма определения потребности организаций в выпускниках учреждений профессионального образования всех уровней, а также разработка критериев оценки эффективности вложения бюджетных средств в профессиональное образование молодежи;

-       развитие системы внутрипроизводственного обучения персонала организации, а также опережающего профессионального обучения работников, подлежащих высвобождению, как важнейшего средства повышения их конкурентоспособности в условиях реструктуризации отдельных отраслей экономики;

-       мероприятия по повышению качества рабочей силы и конкурентоспособности граждан на рынке труда, обеспечение отраслей экономики регионов рабочими и специалистами, имеющими профессии (специальности) и квалификацию и пользующиеся спросом на региональном рынке труда;

-       разработка и реализация территориальных программ социально-экономического развития, включая целевые программы по приоритетным активным направлениям работы на региональных рынках труда, в том числе в населенных пунктах, образованных градообразующими организациями, с критической ситуацией на рынке труда, обусловленной реструктуризацией градообразующих предприятий и компаний;

-       в целях смягчения социальной напряженности на региональных рынках труда, вызванной диспропорциями в социально-экономическом развитии территории, выработать эффективную региональную политику в сфере занятости, предусматривающую создание новых рабочих мест, содействие развитию предпринимательства и других мероприятий, оказывающих положительное влияние на ситуацию на региональных рынках труда, обеспечению сбалансированности профессионально-квалификационной структуры спроса и предложения рабочей силы, в том числе на основе анализа и прогноза потребности отраслей экономики в соответствующих категориях работников и корректировки структуры профессионального обучения с учетом перспектив социально-экономического развития регионов.

Подытоживая скажем, что формирование сбалансированной по спросу и предложению системы создания и использования человеческого капитала относится к классу задач, решение которых невозможно без активного государственного регулирования. В этой сфере, по меткому выражению академика РАН Н. Петракова, «рынок близорук, имеет небольшой горизонт видения»[88].


ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Социально-экономическое развитие региона и страны в целом определяется многими факторами. Однако в условиях современности определяющим является человеческий капитал.

Процесс качественного совершенствования человеческих ресурсов (уровня образования, физического здоровья, профессиональной подготовки и др.), анализируется представителями теории человеческого капитала, начиная со второй половины ХХ века.

Российская практика показывает, что в стране отсутствует долгосрочная программа формирования человеческих ресурсов, отражающая интересы большинства населения России.

Различные определения понятия «человеческий капитал» в научной литературе автором сведены к следующему: это совокупность знаний, опыта, здоровья, внешних и внутренних данных, а также социальных связей, влияющих на уровень дохода человека. Качество и количество человеческого капитала зависят от положения дел на конкретной территории, стабильности или нестабильности ее экономической и социальной систем.

Существенное значение при формировании программных задач развития человеческого капитала региона имеет оценка его как фактора, объясняющего конкурентоспособность территории в межрегиональном распределении ресурсов, сравнение происходящих в этой сфере процессов с другими регионами. Таким образом, человеческий капитал региона как совокупность локализованного на территории населения, обладающего определенными качественными и количественными характеристиками, сформированными в результате инвестиций, выступает одним из основных элементов в структуре социально-экономического потенциала (СЭП) региона.

По мнению автора, население региона (как носитель человеческого капитала, элемент СЭП региона) должно рассматриваться как минимум с трех точек зрения:

1.     Как источник кадрового потенциала (демографическая и образовательно-квалификационная структура).

2.     Как контингент потенциальных потребителей товаров и услуг (этническая структура, потребительская способность).

3.     Как социальная среда, в которой должна осуществляться предпринимательская деятельность (структура населения по качеству жизни, уровню занятости, уровню доходов, обеспеченности материальными и духовными благами).

Понятие «человеческий капитал» соответствует современной оценке роли и места человека в экономической системе. Ценность понятия и в целом концепции, по мнению большинства экономистов, выражается в следующем:

-       человек рассматривается в единстве экономического, социального и индивидуального аспектов;

-       в понятии «человеческий капитал» выделяются основные три группы качеств и способностей, характеризующих человека в трудовой деятельности: физические, интеллектуальные и психологические;

-       использование понятия «капитал» для определения роли человека в экономической системе общества указывает на необходимость инвестирования в человека и его способности и возможность получения длительного эффекта от этих вложений;

-       понятие «человеческий капитал» является характеристикой свободного индивида, самостоятельного агента на рынке рабочей силы.

Одним из главных условий повышения конкурентоспособности государства и отдельных его регионов в современных условиях является необходимость осуществления эффективных вложений в подготовку квалифицированного персонала. Затраты на развитие образования являются не следствием благосостояния государства и его регионов, а его источником.

В самом общем виде все вложения в человека, которые осуществляются с целью повышения квалификации, приобретения новых знаний, умений, навыков, сохранения его здоровья, рассматриваются как инвестиции в человеческий капитал.

В настоящем диссертационном исследовании доказывается, что инвестиции в человеческий капитал можно классифицировать по двум группам: первая включает вложения в человека, отраженные в национальном учете, вторая – неотраженные в национальном учете.

Проведенный автором анализ структуры и динамики инвестиций в человеческий капитал показывает, что одна из главных причин ухудшения качественного состояния человеческого капитала в России - низкие объемы инвестиций в человека. Уже к началу 1990-х гг. в России значительно меньшая, чем в развитых странах, доля всех расходов приходилась на затраты, связанные с инвестициями в основные структурные элементы человеческого капитала нации. В течение последних лет реальное финансирование этих затрат продолжает сокращаться.

Наряду с падением общего уровня инвестиций в человеческий капитал в России наблюдается тенденция изменения их структуры (сокращение государственных расходов, рост частных расходов и их «теневизация»). Еще одним фактором, ухудшающим ситуацию в области инвестирования человеческого капитала выступает падение уровня жизни и углубление имущественного расслоения. Такая тенденция резко дифференцировала финансовые возможности повышения уровня человеческого капитала через инвестиции в образование, здоровье и т.д. основной массы населения.

По мнению автора, для выполнения государством функции воспроизводства интеллектуально-человеческого капитала требуется пересмотр всей структуры федерального бюджета и его базовых характеристик. Для того чтобы выйти на общепринятые в мире стандарты финансирования социальной сферы, необходимо повысить расходы на образование до 7% ВВП (на 2006 год запланировано 3,6%), на здравоохранение – до 5% ВВП (на 2006 год запланировано 2,5%), на науку - до 2,5% ВВП (запланировано 1,6%), на культуру – до 1,5% (запланировано 0,6%). Всего государственные расходы на социальную сферу должны быть повышены на 7% ВВП. В этом случае все расходы государства составят 39,9% ВВП вплотную приблизившись к общепринятой в развитых странах пропорции.

В работе показано, что, являясь важнейшей составляющей национального богатства страны, социально-экономического потенциала каждого региона России человеческий капитал непосредственно воздействует на воспроизводственные процессы. Именно от него зависит получение в экономике прироста ВВП, формирование доходов экономических агентов, повышение эффективности производства и привлекательность социальной среды и др. Это позволило автору определить, что одним из важнейших условий развития региональной экономики является формирование в нем человеческого капитала, соответствующего требованиям создаваемой рыночной экономической системы.

Условным показателем, позволяющим ранжировать регионы по состоянию человеческого капитала можно считать ИРЧП. Данный показатель разработан специалистами ООН в 1990 году для определения достижений в сфере базового развития человека. Этот показатель содержит четыре парадигмы и измеряется тремя показателями: ожидаемая продолжительность жизни; уровень образования и реальный ВВП.

В 2001 году Еврейская автономная область по показателю ИРЧП занимала последнее место среди субъектов ДФО. Рассчитанный автором ИРЧП Еврейской автономной области за период с 1995 по 2005 гг. показывает рост данного показателя, однако не позволяет констатировать улучшение качественной и количественной составляющей человеческого капитала.

Определяя место человеческого капитала в структуре социально-экономического потенциала региона важно еще раз обратиться к данной категории. Как отмечалось выше, человеческий капитал представляет собой накопленный запас знаний, профессионального опыта, здоровья, которые в результате деятельности человека способны приносить ему доход. Региональный же человеческий капитал представляется как совокупность локализованных на территории трудовых ресурсов, обладающих определенным уровнем образования, профессиональных знаний и навыков, здоровья и т.д.

Понимание важности поиска рациональных измерителей человеческого капитала вызвало появление, как в экономической литературе, так и на практике достаточно большого числа подходов к его оценке.

По мнению автора наиболее приемлемым методом для оценки человеческого капитала региона является подход В.В. Андриановой и ИРЧП, позволяющие отразить региональные особенности формирования человеческого капитала.

По определению автора, «системные диспропорции» региональной структуры представляют собой несоответствие состояния экономической и социальной систем воспроизводству человеческого капитала.

В настоящем диссертационном исследовании автором доказывается, что качественные и количественные характеристики человеческого капитала региона не только зависят от состояния региональной системы, но и оказывают прямое воздействие на региональную систему.

Сложившаяся региональная организация не в полной мере обеспечивает воспроизводство и капитализацию ключевого актива – человеческих ресурсов. Это выражается, как показано выше, в дестабилизации (низком уровне) качества жизни населения, сильной стратификации населения по данному показателю.

Автором доказано, что системное воздействие демографических и социально-экономических факторов на формирование и использование человеческого капитала отражает неблагополучную ситуацию. Так, демографическая компонента формирования человеческого капитала позволяет определить следующие последствия:

-       деформируется возрастная структура населения;

-       население «стареет». В ЕАО так же как в Приморском, Хабаровском краях и в Амурской области средний возраст населения опережает среднерегиональный показатель и составляет 35,0 лет (в 2004 году);

-       сокращается численность экономически активного населения;

-       увеличивается демографическая нагрузка на занятое население;

-       миграция продолжает функцию количественного дополнения естественной потери населения, тем самым ускоряет сокращение общей численности проживающих в регионе.

Проведенный в настоящем диссертационном исследовании анализ социально-экономической системы свидетельствует об упадке производства, низком уровне доходов населения и высоком уровне безработицы, о крайне низкой возможности населения осуществлять инвестиции в человеческий капитал. Все перечисленное приводит к формированию имиджа территории малопригодной для развития предпринимательства и комфортного проживания, к утечке высококвалифицированных кадров из Еврейской автономной области.

Результаты проведенного исследования системных диспропорций региональной структуры и их влияния на формирование и использование человеческого капитала проблемного региона побуждают к необходимости разработки концепции региональной программы экономического и социального развития по формированию и развитию человеческого капитала как необходимого условия эффективного функционирования региональной социально-экономической системы.


Библиографический список использованных источников

1.  Конституция Российской Федерации (официальный текст, новая редакция). – М.: Элит, 2004. – 31 с.

2.  Трудовой кодекс Российской Федерации (официальный текст, действующая редакция). – М.: Экзамен, 2004. – 158 с.

3.  Авдиенко А. Мобильность рабочей силы [Текст] // Служба кадров. – 2006. № 7. – С. 9 – 15.

4.  Авдиенко А. Трудовой потенциал и перспективы его развития [Текст] // Служба кадров и персонал. – 2006. № 8 – С. 9 – 13.

5.  Адамчук В.В. Экономика и социология труда: Учебник для вузов [Текст]. – М.: Юнити, 1999. – 407 с.

6.  Барышева Г. Вклад образования в создание ВВП страны [Текст] // Экономист. – 2006. № 7. – С. 35 – 40.

7.  Беккер Г. Человеческий капитал (главы из книги). Воздействие на заработки инвестиций в человеческий капитал [Текст] // США: экономика, политика, идеология. – 1993. № 11. – С. 115 – 116.

8.  Беккер Г. Экономический анализ и человеческое поведение // TESIS. – 1993. – Т. 1., Вып.1. – С. 26.

9.  Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе [Электронный ресурс].– М.: Дело, 1994. Режим доступа: http://www.ecsoc.msses.ru /pdf/ Sinyavskaya03.doc

10.            Болотин И. Кадры современной высшей школы [Текст] // Высшее образование в России. – 1998. №2. – С. 14 – 20.

11.            Большой толковый социологический словарь (Collins). Т. 1. [Текст]. — М.: Вече, АСТ, 1999.

12.            Борисов Е.А., Галичанин Е.Н., Уваров В.А., Штыров В.А. Северо-Восток России: региональная экономика и управление [Текст]. – Хабаровск: ДВАГС, 2005. – 787 с.

13.            Бычкова С.Г. Системный подход к статистической оценке различий регионов по уровню жизни населения [Текст] // Вопросы статистики. – 2005. № 12. – С. 24 – 28.

14.            Валентей С., Нестеров Л. Человеческий потенциал: новые измерители и новые ориентиры [Электронный ресурс]: //Вопросы экономики– 1999.–№2. Режим доступа: http://www.rags.ru/akadem/gos_sl/17-2002/17-2002-60.html:

15.            Веретенников Н.П., Леонтьев Р.Г. Корпорации: организационные формы, принципы и функции управления [Текст]. – М.: ВИНИТИ РАН, 2003. – 624 с.

16.            Верзилин Д.Н., Гайворонский В.С., Гердюш Э.А., Максимова Т.Г. Многофакторная социально-экономическая типология регионов Российской Федерации [Текст] // Личность, образование и общество в России в начале XXI века: Межвузовский сб. научн. Трудов. – СПб.: ЛОИРО, РГПУ им. А.И. Герцена, 2001. – С. 125 - 128.

17.            Вильховченко Э. О «посттейлоризме» и «человеческом капитале» [Текст] // Мировая экономика и международные отношения. – 1995. № 11. – С. 138 – 141.

18.            Вишневский А. Демографический потенциал России [Текст] // Вопросы экономики. – 1998. № 5. – С. 113 – 116.

19.            Воздействие на заработки инвестиций в человеческий капитал (глава из книги Г.Беккера «Человеческий капитал») [Текст]. // США: экономика, политика, идеология. – 1993. – № 11. – С. 17-32.

20.            Гермаидзе Г.Е., Иваницкий В.П., Ишина И.В. Кредитование как механизм финансового сопровождения студентов [Текст] // Экономика образования. – 2005. № 4. – С. 31 – 36.

21.            Глазьев С. Идеи и люди. Кто ответит за обман? Проект федерального бюджета на 2006 г. противоречит социально-экономическим задачам, поставленным президентом [Текст] // Независимая газета. – 2005. – 23 сентября. – С. 10.

22.            Говорова, Н. Современная концепция развития человеческого потенциала [Электронный ресурс]: / Говорова, Н. Режим доступа: http:// www.govorova.ru

23.            Гранберг А.Г. Основы региональной экономики: Учебник для вузов [Текст]. – М.: ГУ ВШЭ, 2000. – 495 с.

24.            Дальний Восток и Забайкалье. Программа экономического и социального развития Дальнего Востока и Забайкалья до 2010 года [Текст] / Под ред. П.А. Минакира. – М.: ЗАО «Экономика», 2002. – 434 с.

25.            Денежные доходы и расходы населения Еврейской автономной области [Текст]: Стат. сб. ТО Росстата по ЕАО, 2005 г. – 46 с.

26.            Денисенко В.А. Качество образования как стратегический фактор благосостояния нации [Текст] // Экономика образования. – 2006. № 2. – с. 10 – 18

27.            Добрынин, Дятлов, Курганский. Методология человеческого капитала [Текст] //Экономика образования. Международный периодический научный журнал. Кострома. – 1999. №1. – С. 10 – 16.

28.            Доллан Э. Рынок: микроэкономическая модель [Текст]. Пер. с англ. – СПб.: Автокомп, 1992. – 560 с.

29.            Достойный труд – высокая цель и жизненная необходимость [Текст]// Человек и труд. – 2005. – №1. – С. 10-18.

30.            Дубянская Г.Ю. Экономико-статистический анализ заработной платы в России. 1991-2001 гг. [Текст]. – М.: Финансы и статистика, 2003. – 256 с.

31.            Дусь Ю.П. Интеллектуальная колонизация. Миграционные перспективы присоединения Российской Федерации к Болонскому процессу [Текст] // ЭКО. – 2006. № 2. – С. 76 – 93.

32.            Ермаков С.Н. Тенденции и особенности структуры смертности населения России в современных условиях [Текст] // Социологические исследования. – 1997. № 6. – С. 66 – 80.

33.            Жуков, В.И. Что такое ИРЧП? К вопросу о «человеческом потенциале» [Текст] // Социологические исследования. – 1996. №4. – С. 101 – 112.

34.            Звягин А. Безопасность человеческих ресурсов [Текст] // Кадровик, – 2007. № 7. – С.24 – 29.

35.            Здравоохранение в Еврейской автономной области: Ст. сб. [Текст] / Еврстат. г. Биробиджан, 2005 г. –  55 с.

36.            Зубаревич, Н.В. Социальный атлас регионов Российской Федерации / Исследования института социальной политики / Концепция стратегии социально-экономического развития регионов Российской Федерации [Электронный ресурс]: Зубаревич, Н.В. Режим доступа: http:// www.atlas.socpol.ru.

37.            Зубаревич, Н.В. Социальный атлас российских регионов / Интегральные индексы / Индекс развития человеческого потенциала [Электронный ресурс]: Зубаревич, Н.В. Режим доступа: http:// www.atlas.socpol.ru/indexes/index.shtml.

38.            Зубаревич, Н.В. Социальный атлас российских регионов / Интегральные индексы / Региональные различия качества жизни и их динамика (2000 – 2003 гг.) [Электронный ресурс]: Зубаревич, Н.В. Режим доступа: http:// www.atlas.socpol.ru/index.shtml.

39.            Зубаревич, Н.В. Социальный атлас российских регионов / Карты [Электронный ресурс]: Зубаревич, Н.В. Режим доступа: http:// www.atlas.socpol.ru.

40.            Зуев, А., Мясникова, Л. Интеллектуальный капитал [Электронный ресурс]: // Риск – Ресурсы. Информация. Снабжение. Конкуренция (Москва). –30.12.2002. – 004.(С.4–13). Режим доступа: http:// www.situation.ru /app/j_artp_355.htm#HIT0117.

41.            Иванов П.М. Устойчивое региональное развитие: концепция и модель управления [Текст] // Экономика и математические методы. – 2006. том 42. № 2. – с.50 – 59.

42.            Игнатов Г. Проблемы внешней трудовой миграции в Россию [Текст]. // Экономист. – 2004. – №2. – С. 71-77.

43.            Капелюшников Р.И. В наступлении — Homo oeconomicus [Текст]. // Мировая экономика и международные отношения. — 1989. — № 4. – С. 24-38.

44.            Капелюшников Р.И. Механизмы формирования заработной платы в российской промышленности [Текст]. // Вопросы экономики. –2004. – №4. – С. 66-90.

45.            Капелюшников Р.И. Российская модель рынка труда: что впереди? [Текст]. // Вопросы экономики. – 2003. – № 4. – С. 83–100.

46.            Капелюшников Р.И. Экономический подход Гэри Беккера к человеческому поведению [Текст]. // США: экономика, политика, идеология. – 1993. – № 11. – С. 9-18.

47.            Кендрик Дж. Совокупный капитал США и его формирование [Текст]. – М.: Прогресс, 1978. – 275 с. - С. 15-17.

48.            Кокин Ю.П. Основы политики доходов и заработной платы на перспективу [Текст]. // Человек и труд. – 2000. – №12. – С. 58-60.

49.            Корицкий А.В. Введение в теорию человеческого капитала [Текст]. – Новосибирск, 2000. – 105 с.

50.            Концепция Федеральной целевой программы развития образования на 2006 – 2010 годы [Электронный ресурс] Режим доступа: //http://www.goverment.gov.ru/data/news_text.html.

51.            Корицкий, А.В. Введение в теорию человеческого капитала [Текст]: учеб. пособие / Корицкий, А.В. – Новосибирск: Сиб УПК, 2000. – 112 с.

52.            Кормнов Ю. О повышении конкурентоспособности экономики [Текст] // Экономист. – 2006. № 8, – С. 13 – 21.

53.            Корсунский Б.Л., Леонов С.Н. Управление развитием проблемного региона [Текст]. – Хабаровск: РИОТИП, 2006. – 276 с.

54.            Кузнецова Е.В. Индекс человеческого развития и тенденции его измерения в России и зарубежных странах [Текст] // Вопросы статистики. – 1999. № 2. – С. 21 – 24.

55.            Кузьмин С. Сдвиги и проблемы в социально-экономическом развитии России [Текст] // Экономист. – 2002. № 7. – С. 26 – 32.

56.            Курганский С. А. Человеческий капитал: сущность, структура, оценка [Текст]. – Иркутск: Изд-во ИГЭА, 1999. – 288 с.

57.            Кушлин В. Переход к новой модели экономического развития [Текст] // Экономист. – 2006. № 10. – С. 3 – 11.

58.            Лавровский Б.Л. Региональная асимметрия в РФ: измерение и регулирование. Региональная политика, направленная на сокращение социально-экономической и правовой асимметрии [Текст]. – Новосибирск: Эко, Сибирское соглашение. 2000. – 216 с.

59.            Леонтьев Р.Г. Избранное: монографические циклы (1984-2005) [Текст]: в 3 т. – Т. 1: Общественный выбор. – Хабаровск: Изд-во ДВГУПС, 2006. – 262 с.

60.            Леонтьев Р.Г. Северо-Восток России: региональная экономика и управление [Текст]. – Хабаровск: ДВАГС, 2005. – 682 с.

61.            Локатюхина Н.В., Помогайбин В.Н. Методологические аспекты теории рынка труда и занятости [Текст] // Экономика образования. – 2006.
№ 1. – С. 58 – 62.


62.            Майбуров, И. Эффективность инвестирования и человеческий капитал в США и России [Текст] // Мировая экономика и международные отношения. – 2004. №4. – С. 3 – 13.

63.            Маковская Н. Квалификационная диагностика [Текст]// Служба кадров и персонал. – 2006. № 5. – С. 21 – 26.

64.            Маркс К. Капитал / К. Маркс. Т.1., кн. 1. – М.: Политиздат, 1978. – 750 с.

65.            Мартынов А.С. Артюхов В.В. Виноградов В.Г. Россия как система: комплексный аналитический Web-атлас [Электронный ресурс]// Режим доступа: www.sci.aha.ru. - 1997.

66.            Марцинкевич В. Инвестиции в человека: экономическая наука и российская экономика (Что скрывается за термином «человеческий капитал») [Текст] // Мировая экономика и международные отношения. – 2005. № 9. –
С. 29 – 39.


67.            Марцинкевич В.И., Соболева И.В. Экономика человека [Текст]. – М., 1995. – 286 с.

68.            Маршалл А. Принципы политической экономии [Текст]. Т. 1. – М.: Прогресс, 1983 - С. 209

69.            Матинян, Н. Реализация социальных приоритетов в правительственных программах долгосрочного и среднесрочного развития России [Электронный ресурс]: Матинян, Н. Режим доступа: http:// www.rags.ru/akadem/gos_sl/32-2004/32-2004-106.html.

70.            Микульский Ю. Формирование новой модели занятости [Текст]. // Экономист. – 1999. – № 3.

71.            Минакир П.А. Системные трансформации в экономике [Текст]. – Владивосток: Дальнаука, 2001. – 536 с.

72.            Минакир П.А. Эконмика регионов. Дальний Восток [Текст]. – М.: ЗАО «Экономика», 2006. – 845 с.

73.            Михеева Н.Н. Дифференциация социально-экономического положения регионов России [Текст]. – М., 2000. – 216 с.

74.            Михеева Н.Н. Региональная экономика и управление [Текст]: учеб. пособие для вузов. – Хабаровск: РИОТИП, 2000, – 64 с.

75.            Могилевкин И. Человеческий фактор в метастратегии [Текст] // Мировая экономика и международные отношения. – 1999. № 6. – С. 71 – 82.

76.            Мотрич Е.Л. Население Дальнего Востока России [Текст]. – Хабаровск: ДВО РАН, 2006. – 224 с.

77.            Мотрич Е.Л. Демография и миграционная ситуация в Дальневосточном федеральном округе [Текст] // Вестник ДВО РАН. – 2004. № 6. – С. 101 – 110.

78.            Мэнкью Г. Принципы экономики: Учебник для вузов [Текст]. Пер. с англ. – СПб.: Питер Ком, 1999. – 624 с.

79.            Наемный труд на первых этапах развития рыночной экономики / Отв. рук. Р.И. Цвылев [Текст]. – М.: Эдиториал, 1999. – 120с.

80.            Направления, основные мероприятия и параметры приоритетного национального проекта «Здоровье», утвержденные президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по реализации приоритетных национальных проектов (протокол №2 от 21 декабря 2005 г.) [Электронный ресурс]: Режим доступа: http:// www.rost.ru/projects/health/p01/p11/a11.shtml

81.            Направления, основные мероприятия и параметры приоритетного национального проекта «Образование», утвержденные президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по реализации приоритетных национальных проектов (протокол №2 от 21 декабря 2005 г.) [Электронный ресурс]:Режим доступа:http:// www.rost.ru/ projects/ education/ education_main. shtml.

82.            Новолодская Г.И. Воспроизводство конкурентоспособного человеческого капитала: Дисс…доктора эконом. наук [Текст]. – Иркутск, 2002. – 380 с.

83.            Новолодская Г.И. Инвестиции в человеческий капитал как фактор повышения его конкурентоспособности [Текст]. // Известия ИГЭА. – 2002. – №4. – С. 81-85.

84.            Областные целевые программы Еврейской автономной области на 2005 г. [Текст]: «Здоровый ребенок в Еврейской автономной области», «Подготовка, профессиональная переподготовка и повышение квалификации государственных служащих Еврейской автономной области», «Реализация основных направлений молодежной политики в Еврейской автономной области».

85.            Олейник А.Н. Издержки и перспективы реформ в России [Текст]. // Истоки. Вып.3. – М., 1998. – 235 с.

86.            Оноприенко, Ю.И. Человеческий капитал как фактор регионального развития: На примере Хабаровского края [Текст] : дис. … канд. экон. наук : 08.00.05 / Оноприенко Ю.И. – М.: РГБ, 2005 г. – 187 с.

87.            Паникарова С. Факторы выполнимости государственных целевых программ [Текст] // Экономист. – 2006. № 8. – С. 36 – 42.

88.            Петраков Н. Надо прекратить безумное бегство государства из экономики [Электронный ресурс]: Режим доступа – http:// www.rbcdaily.ru/news/person/index.shtml?2003/07/03/42610. 

89.            Петти У. Экономические и статистические работы [Текст]. – М.: Соцэгиз, 1940. – С. 154, 156, 171.

90.            Политика доходов и заработной платы: Учебник Под ред. П.В. Савченко, Ю.П. Кокина.[Текст]. –М.: Юрист, 2000. – 456 с.

91.            Попов А. Потребность экономики в специалистах и квалифицированных рабочих: методологические основы прогнозирования [Текст]. // Человек и труд. – 2004. – №6. – С. 30-35.

92.            Производительные силы человека: структура и формы проявления / Добрынин А.И., Дятлов С.А., Коннов В.А., Курганский С.А. [Текст]. – СПб.: Изд-во СПбУЭФ, 1993. – 180 с.

93.            Региональная целевая программа «Экономическое и социальное развитие Еврейской автономной области на 2004 – 2008 годы» [Текст].

94.            Ржаницына Л. Экономический рост должен сопровождаться повышением уровня жизни населения [Текст]. // Человек и труд. – 2004. –№1. – С. 47-51.

95.            Римашевская Н.М. Гендерные аспекты социально-экономической трансформации в России [Текст]. // Народонаселение. 2000. № 2

96.            Римашевская Н.М. Человек и реформы: Секреты выживания [Текст]. - Москва: ИСЭПН РАН, 2003.

97.            Роик В. Регулирование заработной платы – центральный вопрос социальной политики государства [Текст]. // Человек и труд. – 2005. – №1. – С. 54-58.

98.            Ростанец В., Топилин А. Социальные структуры региональной интеграции [Текст] // Экономист. – 2006. № 2. – С. 36–39.

99.            Рощин С.Ю. Экономика труда: экономическая теория труда [Текст]. – М.: ИНФРА-М, 2000. – 400 с.

100.       Рощин С.Ю. Экономическая активность населения: условия и факторы [Текст]. // Человек и труд. – 2004. – №2. – С. 46-48.

101.       Самуэльсон П.А. Экономика [Текст]. Пер. с англ. – М.: «Издательство БИНОМ», 1997. – 800 с.

102.       Селигмен Б. Основные течения современной экономической мысли [Текст]. – М.: Прогресс, 1968. – 600 с.

103.       Симчера Я.В. К оценке численности населения и масштабов человеческого потенциала в России за 100 лет [Текст] // Вопросы статистики. – 2001. № 12. – С. 63 – 68.

104.       Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов [Текст]. – М.: Соцэкгиз, 1962. – 490 с.

105.       Соболева С.В. Иностранные мигранты на российском рынке труда [Текст]. // ЭКО. – 2003. – №1. – С. 60-78.

106.       Соболевская А. Роль заработной платы в рыночной экономике [Текст] // Мировая экономика и международные отношения. – 2002. № 12. – С. 49 – 58.

107.       Стабилизация численности населения России (возможности и направления демографической политики) [Текст]. – М.: Изд-во Центра социального прогнозирования, 2001. – 310 с.

108.       Статистическая сводка о миграции населения Еврейской автономной области в январе - августе 2005 г. [Текст] / Еврстат. г. Биробиджан, 2005 г.

109.       Статистический ежегодник Еврейской автономной области: Стат. сб. В 2 ч., ч. 1 [Текст] / Еврстат. – Биробиджан, 2005. – 203 с.

110.       Сумарокова Е.В. Человеческий капитал России: тенденции макроуровня [Текст] // Экономика образования. – 2005. № 4. – С. 48 – 64.

111.       Суринов А.Е. Доходы населения. Опыт количественных измерений [Текст]. – М.: Финансы и статистика, 2000. – 480 с.

112.       Сухарев О. Национальное богатство и структурная политика [Текст] // Экономист. – 2006. № 2. – С 56–59.

113.       Труд и занятость в Еврейской автономной области: Стат. сб. ТО Росстата по ЕАО 2005 г. [Текст] – 83 с.

114.       Уильямсон О. Поведенческие предпосылки современного экономического анализа [Текст] // TESIS: теория и история экономических и социальных институтов и систем. – М., 1993. – Вып. 3.

115.       Фокин Н.И. Великие экономисты XX века. Жизнь и идеи [Текст]. – Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 1997. – 160 с.

116.       Франк Р.Х. Микроэкономика и поведение [Текст]. Пер. с англ. – М.: ИНФРА–М, 2000. – XVI, 696 c.

117.       Хайман Д.Н. Современная микроэкономика: анализ и применение [Текст]. Пер. с англ. В 2-х тт. – М.: Финансы и статистика, 1992. – 384 с.

118.       Хомелянский Б.Н. Уровень жизни населения России: современное положение, тенденции развития [Текст]. // ЭКО. – 1999. – №3. – С. 142-152.

119.       Цыренова Е.Д. Формирование и динамика человеческого капитала транзитивной экономики: Дисс…доктора эконом. наук [Текст]. – Иркутск, 1996. – 323 с.

120.       Четыркин Е. Медицинское страхование на Западе и в России [Текст] // Мировая экономика и международные отношения. – 2002. № 12. – С. 93 – 99.

121.       Шадрин А.Е. Трансформация экономических и социально-политических институтов в условиях перехода к информационному обществу [Текст]. // Информационное общество. – 1999. – №2. – С. 27-33.

122.       Экономическая теория [Текст] / Под ред. А.И. Добрынина, Л.С. Тарасевича, 3-е изд. – СПб.: Изд. СПбГУЭФ, Изд. «Питер», 2003. – 544 с.

123.       Экспресс-информация: Величина прожиточного минимума населения Еврейской автономной области и регионов Дальневосточного федерального округа за 2005 г. [Текст] / Еврстат. г. Биробиджан, 2005 г.

124.       Becker G.S. Human capital: A Theoretical and Empical Analisis with Special Reference to Education. N.Y. – Columbia University Press, 1975, – 480 с.

125.       Ben-Porath Y. (1967) The production of human capital and life cycle of earnings [Текст] // Journal of Political Economy. 75:4.

126.       Bowen H.R. Investment in Learning [Текст]. – San Francisco, 1978. – 362 S.

127.       Investment in Human Beings [Текст], NBER Special Conference 15, Supplement to "Journal of Political Economy", October 1962, p. 9-49.

128.       Mill J. Principles of Political Economy [Текст]. – L., 1920. – 756 S.

129.       Schultz T.W., Economic value of education [Текст]. N.Y. – L., 1963. – 16 S.

130.       http:// www.budgetrf.nsu.ru/Publications/Magazines/VestnikSF/2001/

131.       http:// www.eao.ru/?p=477

132.       http:// www.ecsocman.edu.ru/db/msg/105530.html

133.       http:// www.education.rekom.ru/2_2004/86.html

134.       http:// www.hungary.mid.ru/0img/RU2000-2004_2.doc

135.       http:// ww.info.kna.ru/main.dll?dir=3&firm=2802&level=2&m1_id=2





[1] Петти У. Экономические и статистические работы. — М.: Соцэгиз, 1940. - С. 154, 156, 171

[2] Петти У. Экономические и статистические работы. — М.: Соцэгиз, 1940. - С. 79

[3] Там же, С. 173

[4] Там же, С. 176

[5] Петти У. Экономические и статистические работы. — М.: Соцэгиз, 1940. - С. 75

[6] Там же, С. 66

[7] Маркс К., Энгельс Ф. Т. 24. -С. 428.

[8] Mill J. Principles of Political Economy. L, 1920, p.756

[9] История экономических учений. Часть II. - М.: Прогресс, 1994. - 236с., с. 54

[10] Селигмен Б. Основные течения современной экономической мысли. - М.: Прогресс, 1968. - 600с., с. 342

[11] Маршалл А. Т. 1. - С. 209

[12] Маршалл А. Принципы экономической науки. Т.П.М.: Прогресс, 1993. С. 270

[13] http:// www.libertarium.ru/libertarium/10624

[14] http:// www.libertarium.ru/libertarium/10624

[15] Курганский, С. А. Человеческий капитал: сущность, структура, оценка / Курганский, С. А. – Иркутск: Изд-во ИГЭА, 1999. – 288 с., С. 28

[16] Марцинкевич В.И., Соболева И.В. Экономика человека. – М., 1995., С.  41

[17] Там же, С. 45-46

[18] Там же, С. 46

[19] Капелюшников Р. И. Современные буржуазные концепции формирова­ния рабочей силы. -М.: Наука, 1981. - С. 15

[20] Щетинин Н. Человеческий капитал и неоднозначность его трактовки //МЭиМО, 2001, № 12. С. 45

[21] Bowen H.R. Investment in Learning. San Francisco, 1978., p.362

[22] Беккер Г. Человеческий капитал (главы из книги). Воздействие на заработки инвестиций в человеческий капитал // США: экономика, политика, идеология. – 1993. № 11. – С. 115-116.

[23] Добрынин, Дятлов, Курганский. Методология человеческого капитала. //Экономика образования. Международный периодический научный журнал. Кострома, 1999, №1. с. 10

[24] Ben-Porath Y. (1967) “The production of human capital and life cycle of earnings”, Journal of Political Economy, 75:4.

[25] Schultz T.W., Economic value of education, N.Y.- L., 1963, p.16

[26] Bowen H.R. Investment in Learning. San Francisco, 1978., p.362

[27] Becker G.S. Human capital: A Theoretical and Empical Analisis with Special Reference to Education. N.Y., Columbia University Press, 1975, p.l

[28] Беккер Г. Человеческий капитал (главы из книги). Воздействие на заработки инвестиций в человеческий капитал // США: экономика, политика, идеология. – 1993. № 11. – С. 115-116.

[29] "Investment in Human Beings", NBER Special Conference 15, Supplement to "Journal of Political Economy", October 1962, p. 9-49.

[30] Добрынин А.И. Человеческий капитал в транзитивной экономике. – СПб., 1999.

[31] Добрынин А.И. Человеческий капитал в транзитивной экономике. – СПб., 1999. с. 111—113

[32] Добрынин А.И. Человеческий капитал в транзитивной экономике. – СПб., 1999. с. 100

[33] Минакир П.А. Системные трансформации в экономике – Владивосток: Дальнаука, 2001. 536 с. – С.11.

[34] Болотин И, Кадры современной высшей школы. / И. Болотин, А. Бере­зовский // Высшее образование в России. -1998. - №2. – С. 14-20

[35] Сумарокова Е.В. Человеческий капитал России: тенденции макроуровня // Экономика образования, 2005. № 4, с. 52

[36] Глазьев, С. Идеи и люди. Кто ответит за обман? Проект федерального бюджета на 2006 г. противоречит социально-экономическим задачам, поставленным президентом // Независимая газета – 2005. – 23 сентября. – С. 10.

[37] Глазьев, С. Идеи и люди. Кто ответит за обман? Проект федерального бюджета на 2006 г. противоречит социально-экономическим задачам, поставленным президентом // Независимая газета – 2005. – 23 сентября. – С. 10.

[38] //Экономика и образование сегодня, 2004, № 8, с.100

[39] Михеева Н.Н. Региональная экономика и управление – Учебное пособие для вузов. - Хабаровск: РИОТИП, 2000, с. 64

[40] Леонтьев Р.Г. Избранное: монографические циклы (1984-2005). – В 3-х т. – Т. 1. Общественный выбор. – Хабаровск: Изд-во ДВГУПС, 2006. – 262 с.

[41] Верзилин Д.Н., Гайворонский В.С., Гердюш Э.А., Максимова Т.Г. Многофакторная социально-экономическая типология регионов Российской Федерации // Личность, образование и общество в России в начале XXI века: Межвузовский сб. научн. Трудов. – СПб.: ЛОИРО, РГПУ им. А.И. Герцена, 2001. – С. 125 - 128

[42] Жуков, В.И. Что такое ИРЧП? К вопросу о «человеческом потенциале» // Социологические исследования. – 1996. – №4. – С. 101 – 112.

[43] Борисов Е.А., Галичанин Е.Н., Уваров В.А., Штыров В.А. Северо-Восток России: региональная экономика и управление. – Хабаровск: ДВАГС, 2005. – 787 с, С. 356

[44] Борисов Е.А., Галичанин Е.Н., Уваров В.А., Штыров В.А. Северо-Восток России: региональная экономика и управление. – Хабаровск: ДВАГС, 2005. – 787 с, С. 356

[45] Оноприенко, Ю.И. Человеческий капитал как фактор регионального развития: На примере Хабаровского края : дис… канд. экон. наук : 08.00.05 / Оноприенко, Ю.И. – М.: РГБ, 2005 г., С. 47

[46] Оноприенко, Ю.И. Человеческий капитал как фактор регионального развития: На примере Хабаровского края : дис… канд. экон. наук : 08.00.05 / Оноприенко, Ю.И. – М.: РГБ, 2005 г., С. 52

[47] http:// www.crimea.edu/internet/Education/culture/03/part1/adrianova

[48] http:// www.crimea.edu/internet/Education/culture/03/part1/adrianova

[49] Экономическая теория / Под ред. А.И. Добрынина, Л.С. Тарасевича, 3-е изд. – СПб.: Изд. СПбГУЭФ, Изд. «Питер», 2003. – 544 с., С. 367

[50] Стабилизация численности населения России (возможности и направления демографической политики). М.: Изд-во Центра социального прогнозирования, 2001. 310 с.

[51] Борисов Е.А., Галичанин Е.Н., Уваров В.А., Штыров В.А. Северо-Восток России: региональная экономика и управление. – Хабаровск: ДВАГС, 2005. – 787 с.

[52] Мартынов А.С. Артюхов В.В. Виноградов В.Г. Россия как система: комплексный аналитический Web-атлас// www.sci.aha.ru. - 1997

[53] Ермаков С.Н. Тенденции и особенности структуры смертности населения России в современных условиях // Социологические исследования. 1997. -№ 6. -С. 66-80.

[54] Борисов Е.А., Галичанин Е.Н., Уваров В.А., Штыров В.А. Северо-Восток России: региональная экономика и управление. – Хабаровск: ДВАГС, 2005. – 787 с.

[55] Вишневский А. Демографический потенциал России // Вопросы экономики. 1998. № 5. С. 113

[56] Минакир П.А. Эконмика регионов. Дальний Восток – М.: ЗАО «Экономика», 2006, 845 с. – С.621

[57] Мотрич Е.Л. Население Дальнего Востока России, 107

[58] Минакир П.А. Эконмика регионов. Дальний Восток – М.: ЗАО «Экономика», 2006, 845 с. – С. 611

[59] Статистический ежегодник Еврейской автономной области: Стат. сб. В 2 ч., ч. 1 /  Еврстат. – Биробиджан, 2005. – 203 с.

[60] Население Еврейской автономной области от переписи до переписи:  Аналитическая записка ТО Росстата по ЕАО, 2005 г.

[61] Образование и культура в Еврейской автономной области: Стат. сб. / Еврстат. г. Биробиджан, 2005 г.

[62] Там же

[63] Сумарокова Е.В. Человеческий капитал России: тенденции макроуровня // Экономика образования, 2005. № 4, с. 52

[64] Борисов Е.А., Галичанин Е.Н., Уваров В.А., Штыров В.А. Северо-Восток России: региональная экономика и управление. – Хабаровск: ДВАГС, 2005. – 787 с. С 710

[65] Жуков, В.И. Что такое ИРЧП? К вопросу о «человеческом потенциале» // Социологические исследования. – 1996. – №4. – С. 101 – 112.

[66] http:// www.crimea.edu/internet/Education/culture/03/part1/adrianova

[67] http:// www.ecsocman.edu.ru/db/msg/105530.html

[68] Минакир П.А. Системные транформации в экономике. Владивосток: Дальнаука. 2001. 536 с. С. 94

[69] Эренберг Р. Дж., Р.С. Смит. Современная экономика труда. – МГУ, 1996

[70] Покаместов, И.Е. Инвестиции в человеческий капитал – составная часть образовательного маркетинга [Электронный ресурс]: Покаместов, И.Е. Режим доступа: http:// www.marketing.spb.ru/conf/2002-01-edu/sbornik-4.htm

[71] Зубаревич, Н.В. Социальный атлас российских регионов / Тематические обзоры / Социальные услуги: здравоохранение, образование, жилищно-коммунальное хозяйство [Электронный ресурс]: Зубаревич, Н.В. Режим доступа: http:// www.atlas.socpol.ru/overviews/social_sphere/index.shtml

[72] http:// www.education.rekom.ru/2_2004/86.html

[73] http:// www.budgetrf.nsu.ru/Publications/Magazines/VestnikSF/2001/

[74] Зубаревич, Н.В. Социальный атлас российских регионов / Тематические обзоры / Бюджетная политика выравнивания [Электронный ресурс]: Зубаревич, Н.В. Режим доступа: http:// www.atlas.socpol.ru/overviews/econ_condition/index.shtml#invest

[75] Зубаревич, Н.В. Социальный атлас российских регионов / Тематические обзоры / Бюджетная политика выравнивания [Электронный ресурс]: Зубаревич, Н.В. Режим доступа: http:// www.atlas.socpol.ru/overviews/econ_condition/index.shtml#invest

[76] Глазьев, С. Идеи и люди. Кто ответит за обман? Проект федерального бюджета на 2006 г. противоречит социально-экономическим задачам, поставленным президентом // Независимая газета – 2005. – 23 сентября. – С. 10.

[77] Там же. С. 10

[78] Глазьев, С. Идеи и люди. Кто ответит за обман? Проект федерального бюджета на 2006 г. противоречит социально-экономическим задачам, поставленным президентом // Независимая газета – 2005. – 23 сентября. – С. 10.

[79] Глазьев, С. Идеи и люди. Кто ответит за обман? Проект федерального бюджета на 2006 г. противоречит социально-экономическим задачам, поставленным президентом // Независимая газета – 2005. – 23 сентября. – С. 10.

[80] Матинян, Н. Реализация социальных приоритетов в правительственных программах долгосрочного и среднесрочного развития России [Электронный ресурс]: Матинян, Н. Режим доступа: http:// www.rags.ru/akadem/gos_sl/32-2004/32-2004-106.html

[81] Направления, основные мероприятия и параметры приоритетного национального проекта «Образование», утвержденные президиумом Совета при Президенте Российской Федерации по реализации приоритетных национальных проектов (протокол №2 от 21 декабря 2005 г.) [Электронный ресурс]: Режим доступа: http:// www.rost.ru/projects/education/education_main.shtml

[82] Глазьев, С. Идеи и люди. Кто ответит за обман? Проект федерального бюджета на 2006 г. противоречит социально-экономическим задачам, поставленным президентом // Независимая газета – 2005. – 23 сентября. – С. 10.

[83] Борисов Е.А., Галичанин Е.Н., Уваров В.А., Штыров В.А. Северо-Восток России: региональная экономика и управление. – Хабаровск: ДВАГС, 2005. – 787 с. С. 438

[84] Региональная целевая программа «Экономическое и социальное развитие Еврейской автономной области на 2004 – 2008 годы»

[85] Региональная целевая программа «Экономическое и социальное развитие Еврейской автономной области на 2004 – 2008 годы»

[86] Глазьев, С. Идеи и люди. Кто ответит за обман? Проект федерального бюджета на 2006 г. противоречит социально-экономическим задачам, поставленным президентом // Независимая газета – 2005. – 23 сентября. – С. 10.

[87] Областные целевые программы Еврейской автономной области на 2005 г.: «Здоровый ребенок в Еврейской автономной области», «Подготовка, профессиональная переподготовка и повышение квалификации государственных служащих Еврейской автономной области», «Реализация основных направлений молодежной политики в Еврейской автономной области».

[88] Петраков Н. Надо прекратить безумное бегство государства из экономики. – http://www.rbcdaily.ru/news/person/index.shtml?2003/07/03/42610 

1. Курсовая на тему Модернизация привода главного движения станка с ЧПУ
2. Контрольная работа Учение о бессознательном
3. Реферат Инновации в малом и среднем бизнесе и разработка банка данных технологий и инновационных проекто
4. Реферат Избранная Рада и ее реформы 2
5. Доклад на тему Мегаколон
6. Реферат Билеты по инновационному менеджменту за осенний семестр 2000 года
7. Сочинение Василий Теркин Твардовского
8. Реферат Лексические средства выражения авторского я в публицистике
9. Курсовая на тему Образы Бога и Дьявола в живописи ХХ ХХI века
10. Реферат Разработка технологии изготовления секции левого борта